Возвращение - Александр Прозоров

— Ну, как хочешь.

Ведун извлек саблю, одним ударом снес голову и спрятал клинок обратно. Туловище еще с минуту посидело на постели, но потом все же потеряло равновесие и рухнуло на ламинат.

— Вот и все, Вячеслав Григорьевич. Могли бы и сами управиться, чем в пять утра людей подымать.

Антиквар громко сглотнул. Середин, подумав, все же присел рядом с телом, коснулся значка. Обычная рекламная штамповка, поверх которой кто-то приклеил бумажку.

— Да… Непохоже, чтобы он в могиле это изготавливал. Развернуто к тебе подступают, Вячеслав Григорьевич, масштабно. Покрывало старое, пленка, накидка какая-нибудь есть?

— Зачем?

— А ты хочешь его на память оставить? Или все же вынесем?

— Так это… Давай в простыню закатаем. Все равно я на ней спать уже не смогу.

— В простыню так в простыню…

Жидкости из давнишнего мертвеца почти не вытекло, посему пачкаться не пришлось. Олег расстелил простыню рядом с телом, закатил его на ткань, пристроил рядом отсеченную голову. Потом они уже вдвоем закрутили труп в сверток.

— И куда теперь?

— К Первому медицинскому подбросим, пока город не проснулся. Чтобы и от тебя подальше и на студентов мысли следователей навести. Медики — народ без комплексов, шуток дурацких у них хватает. Ну, и экспертиза подтвердит, что трупу уже не меньше года. То есть, уже не убийство, а хулиганство получится.

— Верно… — согласился мачо.

— Тогда одевайся и понесли. А то мужик в трусах на улице куда больше внимания, нежели труп, привлекает.

— Ага…

Антиквар наскоро собрался, они спустились на грузовом лифте, вынесли останки упыря к машине. Краем глаза Олег заметил возле стены две фигуры и пожалел, что не выглянул, прежде чем выходить. Кто же знал, что в шесть утра на улице гуляки появятся! Но теперь отступать было поздно. Одна надежда — в тряпичном свертке человеческое тело никто не угадает.

Закинув куль в багажник, Середин положил туда же саблю — неудобно с ней за рулем, — захлопнул дверцу, отряхнулся, пошел было за руль, однако перед водительской дверцей стоял смуглый большеносый парень с короткими черными волосами. Он довольно улыбался:

— Карошая машина, дарагой.

«Двое было!» — щелкнуло в голове ведуна. Он развернулся и увидел второго незнакомца, тоже черноволосого и смуглого, прямо перед собой. Ствол пистолета в вытянутой руке почти упирался Олегу в переносицу.

— Электрическая сила! — Середин сделал шаг вправо от машины, чтобы не мешала. Парень повторил его движение, а сзади в поясницу больно укололо острие ножа.

— Нэ прыгай! Ключи давай, дэнги давай. Докумэнты давай.

— Вячеслав Григорьевич, документы где? — поинтересовался Середин у замершего за джипом антиквара.

Ствол пистолета дернулся в направлении мачо, ведун тут же повернулся всем корпусом, одновременно взмахивая рукой в противоположную сторону. Вжатый в тело нож оказался за спиной в положении плашмя, а кистень влажно чмокнулся в челюсть грабителя с пистолетом, уходя куда-то к нёбу.

— Свинья! — Первый чуть отступил, отдернул руку с ножом, намереваясь воткнуть его в Олега, но тот тоже отступил, освобождая место для замаха и подтягивая кистень к себе.

Тать успел заметить опасность, что-то сообразить, даже попытался пригнуться — но с непривычки получилось это у него слишком медленно и граненая стеклянная капелька с силой, достаточной для сминания настоящих рыцарских доспехов, врезалась ему в висок.

— Нет у меня документов! — отозвался мачо. Все произошло слишком быстро для тихого антиквара.

— Пустяки! — Олег наклонился над грабителем и тщательно вытер окровавленную стекляшку рубашкой неудачника.

— Ты их… Обоих? Уже? — обошел «Хайлендер» Вячеслав Григорьевич. — Как ты…

— Тебя бы на пять лет в мою шкуру, ты бы тоже железом работать научился…

Второй грабитель громко хрипел и мотал головой. Олег забрал его пистолет и свершил «удар милосердия». Однако вместо четкого выстрела оружие лишь слегка хлопнуло, оставив на лбу татя небольшую кровавую царапину.

— Вот японский городовой, пневматичка!

— Ты хотел его застрелить? — изумился антиквар.

— Чем раньше убьешь, тем меньше людей искусает, — повторил известную мудрость ведун, покрутил «пневматику» в руках и закинул подальше в сторону. — Ладно, поехали. Пусть мучается.

У медицинского института, к счастью, было тихо. Середин заехал через ворота прямо в сквер, благо колеса «Хайлендера» позволяли, вдвоем они пристроили спеленутого упыря на скамеечке и тут же дали ходу.

— Тебя где высадить? — поинтересовался Середин.

— Нигде, — закрутил головой мачо. — Я с тобой.

— Куда? Мне сегодня весь день мотаться. Маму отправить нужно, на работе отпроситься. Да и вообще… Сматываюсь я и тебе советую.

— Мне магазин нужно заинвентаризировать, договор о ремонте заключить, смету составить, заведующего назначить. Потом я тоже, наверное…

— Так давай к магазину подброшу.

— Не-ет! Я туда без тебя не поеду. Вдруг там опять… Это самое…

— Может быть, — согласился Середин. — Избавляться нужно от этой проклятой монеты. Да боюсь, коли выбросить, не поможет. Не отвяжутся. Нужно официально продать, чтобы все знали: нет ее больше у меня!

— Так мы договорились, Олег? Про комиссионные услуги?

— Комиссионные? — удивленно повернул к нему голову Середин. — Тебе еще не надоело это приключение, Вячеслав Григорьевич?

— Пятнадцать процентов — это по минимуму десять тысяч долларов, а по максимуму почти сто. Мне весь магазин разнесли, на какие средства я его теперь восстанавливать стану?

— Положим, не весь. Хотя, конечно… — Олег почесал в затылке и наддал газу. — В принципе, я бы согласился. Но некие обстоятельства, — он многозначительно хмыкнул, — требуют моего отъезда из города.

— В принципе — или согласен? — уточнил антиквар.

— Согласен, — кивнул ведун.

— По рукам?

Мачо протянул свою ухоженную ладошку, на этот раз не пахнущую духами и дрянным американским виски. Середин усмехнулся. Он как-то привык думать, что рукопожатие означало вступление договора в силу только там, в Древней Руси. Ан обычай-то вот он, сохранился.

— По рукам.

— Отлично! — Вячеслав Григорьевич развернул плечи, поправил усики, провел ладонями по волосам, приглаживая их к голове. — Тогда нам нужно согласовать свои действия.

— Давай, — улыбнулся Середин.

— Сейчас, подумаю, — потер пальцами виски мачо. — Сейчас. Обычно сделки организуются немного проще…

Олег успел забрать матушку и невольницу, отвезти их на вокзал, взять билет, посадить родительницу на поезд и вернуться с Урсулой в машину — когда антиквар наконец выдал первые свои соображения: