Нежность ночи - Ярослава Лазарева

 И только я словно всем существом втянул в себя эту возникшую неизвестно откуда энергию, передо мной возник высокий силуэт мужчины. Он сделал широкий шаг ко мне и поднял руку, быстро сказав: «Не бойтесь!» Это был вампир! Я не сомневался ни одной секунды. Я просто знал!

 «С таким чутьем мне прямой путь в охотники»,— пронеслась в голове мысль.

 Я постарался сохранять спокойствие и внимательно смотрел на незнакомца. Он приблизился и остановился.

— Гарц!— невольно вскрикнул я и тут же невероятным усилием воли взял себя в руки и замолчал.

 Лада, это был он! Я узнал его длинные рыжеватые волосы, высокий лоб, зеленоватые глаза, крупные бледные губы. Мы с тобой видели его, когда Лила ввела нас в транс и мы попали в 1927 год. Он тогда был Альбертом Хольцем и еще не прошел обратное превращение, а соответственно не написал ни свой автобиографический роман, ни вампирские стихи. То есть он еще не был Рубианом Гарцем. Но как он нашел меня? Зачем? Эти вопросы вихрем пронеслись в моей голове. То, что он говорил на русском, хотя я знаю, что он саксонец, не удивило. Все вампиры обычно владеют большим количеством языков. Я смотрел в его глаза, при тусклом свете далекого фонаря его лицо было плохо различимо, но вот глаза сияли, словно подсвеченные изнутри зеленоватым пламенем. Я вспомнил его несчастную девушку Эльзу, которая после превращения осталась в одиночестве и вечной тоске. Ни она, ни Гарц не подозревали, что он перенесется в тот век, в котором стал вампиром. Я даже сделал шаг к нему, но позади Гарца возник белый силуэт девочки. Она зависла позади его плеча. Я узнал в ней Лилу.

 Она приложила палец к губам, ее личико приняло суровое выражение. И в моем мозгу пронеслись слова: «Молчи! Не вздумай сказать то, что ты знаешь! Иначе разрушишь будущее!»

 Гарц будто бы что-то почувствовал и медленно повернул голову. Но Лила мгновенно исчезла. Я взял себя в руки и постарался придать лицу невозмутимое выражение.

— Вы как-то меня назвали?— спросил он.— Я будто бы слышал слово «Гарц». А ведь это вовсе не имя, а гора в Саксонии!

— Я обознался!— ответил я и отодвинулся, ощутив легкую угрозу, исходившую от него.

 И заметил, что его ноздри дрогнули, а верхняя губа начала приподниматься.

 «Сейчас укусит, я снова стану вампиром, смогу вернуться к Ладе, и весь этот кошмар закончится»,— мелькнули недостойные мысли.

 Но я тут же их отогнал, подумав, что Гарц запросто может их читать. Но пока я не был уверен, что он это умеет. Я увидел, что его взгляд будто остекленел, он был направлен на мою забинтованную руку.

 «Черт побери!— дошло до меня.— Так вот чего он так напрягся. У меня же кровь выступила! А вампиры, словно акулы, чувствуют свежую кровь за много километров. Но не для этого же он примчался сюда из Саксонии! Можно подумать, мало в мире другой свежей крови. К тому же, насколько я помню из его романа, он давно питается исключительно кровью животных».

 Гарц уже взял себя в руки. Его лицо сделалось спокойным. Но на всякий случай я спрятал пораненную руку под пальто, хотя понимал, что это ничего не даст и кровь все равно будет его притягивать.

— Чем обязан?— вежливо поинтересовался я и отступил назад, но уперся спиной в стену дома.

— Я рад, что вы меня не боитесь,— констатировал Гарц и остановился напротив меня, скрестив руки на груди.

—  Ведь вас зовут Грег?— вдруг спросил он.

 И я невольно вздрогнул. Но тут же вспомнил серьезное личико Лилы и спокойно сказал, что «вообще-то Григорий, а попросту Гриша».

—  Простите, но я сам не могу понять, что происходит,— торопливо заговорил он.— Мне снятся иногда удивительные сны. И вас... я в них тоже видел. Я не мог ошибиться, ведь почти сразу узнал вас! Но во сне вас звали Грег... хотя да, Гриша! Сам не понимаю, откуда всплывает в мозгу это западное имя! Я ведь многое могу... Но тут какая-то пелена, словно кто-то не хочет, чтобы я знал...

— Зачем вы хотели меня найти... даже если я вам и приснился?

— Чтобы  получить ответ на необычайно важный вопрос,— задумчиво произнес он.— Будто именно вы знаете! Но почему вы?

 Я пожал плечами, стараясь сохранять невозмутимый вид. Но как же трудно это было, Лада! Ведь  я  действительно в точности знал, что произойдет с ним буквально через четыре года! Но Лила вовремя вмешалась. И несмотря на всю жалость и желание рассказать о том, что происходит после превращения, я должен был молчать. Шутить с будущим опасно, нарушать естественный ход событий непростительно. Но странно, что Гарц вообще смог что-то почувствовать. Видимо, это случилось, когда я прошел обратное превращение. Ведь он сам сказал, что увидел какой-то сон.

— А что вам приснилось?— уточнил я.— Вы же понимаете, мне интересно это узнать, раз вы тут появились.

—  И вы меня не боитесь,— задумчиво проговорил Гарц,— не кричите, не убегаете. Значит, все это неспроста!

— Ответьте на мой вопрос!

 Он посмотрел на меня расширившимися глазами и отступил. Я заметил, что его ноздри снова дрогнули.

— От вас пахнет кровью,— глухо проговорил он.

— Поранил руку,— пояснил я и глубже засунул ее под пальто, тщательно запахнув полы.

— Мне приснилось, что вы стоите в каком-то полуразрушенном доме, - начал он и отступил еще на шаг. - И что в руках у вас веревка с петлей на конце. А вот дальше начинается непонятное... Вы верите в вампиров?— быстро спросил он.

— Читал в книгах,— спокойно ответил я.— И что было непонятным для вас?

— Какое-то странное раздвоение,— пробормотал Гарц.— То мне казалось, что вы собираетесь повеситься... Тогда получается, что я появился здесь, чтобы предупредить? Но почему я? И почему именно вас? И вдруг какие-то проблески, будто вы уже повесились и стали... вампиром. Но словно кто-то набрасывает непроницаемую завесу, и истина ускользает! Вам кажется это бредом сумасшедшего?

 В волнении я сделал к нему шаг. И тут же позади Гарца возникла Лила. Ее лицо было страшным. Я мгновенно пришел в себя, вспомнив о будущем, в котором для меня заключалось все.

 «Гарц не умеет читать мысли,— услышал я в мозгу голосок Лилы.— Так что придумай что угодно, но успокой его».

— Вот я и нашел вас,— продолжил он.— Хотел получить ответ. Это меня мучает!

— Кажется, я начинаю понимать, в чем тут дело,— стараясь говорить как можно ровнее, начал я.— Вы медиум!

—  Медиум?— явно удивился Гарц.

—  Ну человек, который обладает способностями, недоступными обычным людям.

 Я чуть было не сказал «экстрасенс», но насколько я помнил, это слово еще не было в ходу еще.

— Ну или гипнотизер,— улыбнулся я.— Вот вы и увидели меня во сне. Скажу вам по секрету,  раз уж так все вышло, в нашей семье из поколения в поколение передается  странное предание.

— Предание? - насторожился он.