Демон. Одиночка - Маргарита Блинова

— Курт, не сердитесь, пожалуйста.

Он вздыхает и медленно отстраняется.

— Одежду принесут позже, — произносит он уже на ходу и выходит из спальни.

После прохладного душа становится чуть легче.

Завернувшись в махровое полотенце с вышитым логотипом гостиницы, я опасливо приоткрываю двери ванной и выглядываю в спальню.

Как и обещал лаэрд, на кровати лежат вещи. Голубые джинсы, темно-синяя блузка и черный пиджак. Тонкие носочки, новенькая коробка с зимними кроссовками и два комплекта нижнего белья сложены чуть в сторонке. Но самое главное — это стакан с водой и две таблетки аспирина на тумбочке!

— Кайф!

Таблетки падают на дно прозрачного стакана, и происходит любимый мной еще с лабораторных по химии процесс. Казалось бы, ну что такого особенного в бикарбонате калия? Но ведь как забавно шипит, подлец!

Пока таблетки медленно истончаются, выпуская пузырьки газа, я быстро одеваюсь в предложенное. И вот что странно, подобранные вещи сидят на мне идеально.

Дело в том, что чисто мужская компания наложила отпечаток на все аспекты моей жизни. К примеру, я великолепно прибиваю полки, с легкостью устраняю засоры в сифоне, но совершенно не умею подбирать себе одежду, в частности, нижнее белье.

Да что там! Я даже не в курсе, какой у меня размер лифчика.

— Нет, и это не обсуждается, — слышу я из-за неплотно прикрытой двери, раздраженный голос мужчины.

Подхватив с тумбочки стакан, осторожно приближаюсь к двери, наклоняю голову ближе к щели и с любопытством прислушиваюсь.

— Глупо, я и не спорю, Крис, но я уже решил, что будет так, — говорит с кем-то на повышенных тонам Курт, нервно прохаживаясь по комнате. — Поговори с Авророй, Крис. Она тоже считает, что девочку надо забрать.

Я настороженно замираю, так как, судя по всему, речь идет обо мне. Курт сказал, что мы выезжаем через сорок минут — это значит, он хочет забрать меня обратно, но при чем тут Аврора? Неужели бывшая подруга тоже против моих отношений с Миком?

Далее Курт начинает говорить чуть тише и спокойнее. До меня доносятся лишь малопонятные фразы, упоминание адвокатов и бронирование какого-то кабинета для переговоров. Обо мне мужчина больше не упоминает, поэтому, потеряв интерес, я отхожу от дверей и возвращаюсь в ванную, чтобы подсушить все еще влажные волосы.

За этим процессом меня и застает Курт пару минут спустя.

Он входит в спальню, останавливается у открытой двери и выжидательно смотрит в мою сторону.

Немного смутившись под его взглядом, торопливо выключаю фен и поворачиваюсь к мужчине. Лаэрд выглядит спокойным, но меня почему-то пронзает беспричинное чувство тревоги и предчувствие чего-то плохого.

— Я хочу, чтобы ты знала, что на всю твою дальнейшую судьбу и мое решение в частности повлияла ваша с Микаэлем выходка.

От ровных интонаций его голоса по спине бегут мурашки.

Черт! Словно еще раз под холодный душ встала.

А еще меня беспокоит то, что никогда прежде Курт не говорил со мной в подобной манере.

— Зачем ты это сделала? — безжизненно спрашивает он.

Я зачем-то опускаю голову, сворачиваю черный шнур от фена и кладу его рядом с раковиной.

— А что я такого сделала? — растерянно спрашиваю у своего отражения и оборачиваюсь к лаэрду. — Правда, Курт. Ну, вот что такого криминального я сделала? Мы с Микой взрослые, самостоятельные люди. Ну, подумаешь, немного перебрали в клубе, но ведь мы же сразу поехали в гостиницу. Я хочу сказать, что мы не дебоширили, ничего не сломали, не перекидывались в демонов и вообще ничего предосудительного не сделали.

Мужчина скрещивает руки на груди и смотрит на меня тяжелым взглядом то ли синих, то ли зеленых глаз.

— Честно, Курт, я не понимаю… — развожу руками в недоумении. — Что такого мы с Микой натворили, раз вы сорвались и прилетели за нами?

Лаэрд молчит, и я неожиданно понимаю очевидное — ему нечего сказать! И он почему-то злиться…

— Ты готова ехать?

Я согласно киваю, а потом резко спохватываюсь.

— Я хочу остаться…

Мои слова оказывают на Курта эффект разорвавшейся бомбы. Он сжимает губы в узкую линию, делает два стремительных шага и оказывает почти в притык ко мне, заставляя невольно прижаться спиной к кромке раковины.

— Что ты хочешь? — холодно переспрашивает он.

Черт, Яблокова! Ну, разве сложно быть послушной?

Видимо, сложно, иначе почему еще я тараторю:

— Вы не волнуйтесь, я в гостинице не останусь. Здесь недалеко живет папина знакомая, я у нее переночую, — задыхаюсь от страха под тяжелым взглядом мужчины. — Просто не уверена, что прилечу сюда снова, а покататься хочется.

Я отклоняюсь назад, чтобы хоть немного увеличить расстояние между мной и лаэрдом. Курт замечает, что его вторжение в мое личное пространство немного неприятно мне, и усмехается.

— Ты. Едешь. Со. Мной.

Каждое его слово — приказ уверенного в своей власти мужчины, привыкшего распоряжаться и не терпящего неподчинения.

И я отчетливо это понимаю, как и возможные проблемы, но почему-то упрямо сжимаю пальцы в кулаки.

— Я хочу остаться…

Он резко хватает меня за локоть, поворачивает лицом к зеркалу и прижимается. Вторая его рука грубо собирает мои волосы на затылки и тянет в сторону.

Курт наклоняется к моему уху.

— Эва, не зли меня, — чуть громче и агрессивнее говорит мужчина, и впервые за весь наш разговор в его голосе слышатся хоть какие-то эмоции.

— Но… — все еще пытаюсь сопротивляться я хотя бы на словах.

Лаэрд негромко рыкает и неожиданно прикусывает зубами кожу шеи. Я потрясенно замираю, боясь пошевелиться, боясь сказать слово и… чувствуя, как где-то внутри зарождается легкое возбуждение.

Да что же это такое? Кто-нибудь, напомните лаэрду, что он демон, а не вампир!

Я судорожно ловлю губами воздух и испуганно смотрю на наше отражение в гладкой поверхности зеркала.

Курт разжимает зубы, так и не прокусив кожи, и аккуратно прикусывает еще разок, чуть выше первоначального места. Я пытаюсь пошевелиться, и тут же челюсть сжимается немного сильнее, заставляя меня замереть.

Лаэрд тут же сбавляет нажим, демонстрируя, что такое поведение ему по душе, но кусать не перестает.

— Курт! — возмущенно шепчу я, боясь пошевелиться, и он снова с силой надавливает клыками на нежную кожу.

Молчи, Яблокова! Молчи, а то ведь покусает, тут и к бабке ходить не надо!

Мы стоим так какое-то время. Я замерла в его руках, боясь спровоцировать лаэрда на действия, и только смотрю испуганными глазами на наши отражения.