Судья Шерман - Алекс Орлов

– Понятно. Ну что же было дальше? – Мне было неприятно. – Тут Дженни пожала плечами.

– Я не понял, мисс, вы сказали «неприятно» или вы сказали «приятно»? – как бы между прочим заметил Хунгар, все свое внимание сосредоточив на разгоравшемся огоньке сигареты.

– Ну, сначала было неприятно, – стала вспоминать девушка. – Но потом я взяла бинокль – у нас был старый бинокль моего отца и стала рассматривать этого человека из темной комнаты... А он об этом даже и не догадывался.

Услышав это признание, Лефлер грустно усмехнулся и покачал головой.

– И он показался мне довольно симпатичным, – продолжала Дженни.

– И вы решили, что пусть пока подсматривает, правильно? – добавил капитан.

Девушка ничего не ответила и опять неопределенно пожала плечами.

– Ну хорошо, а что было потом?..

– Вчера я пошла на свидание.

– С кем?

– С одним человеком. Думаю, что это сейчас не так важно.

– Допустим, что не важно, мисс. Пока... Продолжайте, пожалуйста. – Капитан выпустил к потолку целое облако дыма и осуждающе посмотрел на Лефлера. А тот продолжал сохранять спокойствие, выслушивая показания против самого себя.

– Ну, когда я вышла, этот человек увязался за мной. Я его не видела, но очень хорошо чувствовала.

– Чувствовали?

– Чувствовала, – подтвердила девушка. – Сначала ничего не происходило и я просто шла, а когда с Остендрай свернула к домам богатых отшельников, то...

– Каких, простите, отшельников? – переспросил капитан.

– Ну это мы так еще в детстве прозвали людей, которые живут в районе с частными домами – там, перед площадью, в исторической части...

– Понял, – сказал капитан, продолжая пускать к потолку дымные кольца.

– И вот там, возле колючего кустарника, он стал меня душить...

– Именно этот джентльмен? – уточнил Хунгар.

– Да, Марк, думаю, это был он, – уже не слишком уверенно сказала Дженни. – Я его еще шарахнула разрядом из шокера. – Тут девушка непроизвольно хохотнула и добавила: – Он даже отключился.

– Что-нибудь еще помните?

– Нет. Помню только, что когда разрядила в него шокер, то вскочила и побежала.

– Понятно. – Капитан вдавил окурок в пепельницу и яростно покрутил его, словно это был его самый заклятый враг. – куда нанесли удар, милочка? – неожиданно спросил он.

– Кажется... – тут Дженни задумалась, – кажется, в спину. Да, точно, в спину. Он еще сидел на...

– Так-так, на чем он сидел, мисс Ривер?

– Ой, не помню, – призналась Дженни и, еще раз посмотрев на человека, которого она обвиняла, ощутила некое сожаление. Сожаление, что такой симпатичный оказался маньяком.

– Тогда, может быть, вы вспомните некоторые детали, – сказал Хунгар и, легко поднявшись с места, подошел к шкафу и достал оттуда вещдок, упакованный в полиэтиленовую пленку.

– Вот эта штука вам знакома, мисс Ривер? – спросил капитан, надвигаясь на нее и раскачивая висевший на блестящей цепи металлический шар с острыми шипами.

– Ой! – вскочила со своего места Дженни. – Помню! Точно, помню я эту штуку! Он хотел меня ею ударить!

– Вот этот парень! Вы точно помните?! – наседал Хунгар.

В этот момент распахнулась дверь, и появился Мозес, бывший напарник Рино.

– Чего тебе? – недовольно спросил капитан.

– Мокруха, сэр! Мокруха и похищение!

– Закрой дверь и подожди десять минут! – рявкнул капитан и угрожающе качнул тяжелым орудием. Мозес моментально ретировался.

– Что-то я совсем запутался, сэр, – неожиданно заявил Ружинский.

– Это совсем неудивительно, – ответил Хунгар и, бросив молот обратно в ящик шкафа, с грохотом его задвинул. Затем вернулся на свое место, закурил вторую сигарету и, выдохнув дым, сказал:

– Итак, мисс Ривер, позвольте вам представить лейтенанта Рино Лефлера, человека, который спас вам жизнь, рискуя своей собственной. Он вступил в схватку с Молотобойцем – убийцей-маньяком, который угробил двенадцать женщин и семерых мужчин и всем им разнес головы той самой штукой, которую я вам только что продемонстрировал. Вы же приложили своего спасителя разрядом из шокера, хотя, наверное, сделали это не намеренно, а по ошибке... Впрочем, лейтенант Лефлер нарушал закон, подсматривая за вами по вечерам, и за это вы вправе подать на него в суд... Правда, хочу вас предупредить, мисс Ривер, что выиграть этот процесс вам будет нелегко...

– Почему? – спросила Дженни. Она была смущена и растеряна.

– Потому что смотреть на красивых женщин – это вовсе не преступление, это обязанность всякого мужчины.

Дженни опустила глаза и покраснела. Ей было стыдно, что она обвинила своего спасителя да еще чуть не убила его шокером.

– Вот здорово! – восторженно воскликнул Ружинский, до которого наконец дошла вся суть вопроса.

– Помолчи, – сказал ему Хунгар. – Теперь перейдем ко второй части нашего увлекательного повествования:

Дженни вопросительно посмотрела на капитана.

– Какой части? – спросила она.

– Расскажите нам, мисс Ривер, что случилось с мистером Пьезо Бахом.

– Вам и это известно?! – воскликнула она и, всхлипнув, закрыла лицо руками.

– Нам все известно, – категорично заявил капитан, улыбнувшись внешне безмятежному Рино Лефлеру.

– Я ни в чем не виновата, мы только встретились,

и он сразу потащил меня в гостиницу, а потом на какую-то стройку... – сбиваясь, заговорила девушка.

– Подождите, – остановил ее капитан. – Давайте все по порядку. На какую стройку и зачем?

– Мы встретились за театром – у запасного выхода – всхлипывая, стала рассказывать Дженни. – Я надеялась, что мы пойдем в кафе и поговорим там о его ролях, о театре... Я очень люблю искусство, мистер Марк...

– Да кто же его не любит, дорогая моя, – признался Хунгар и мастерски сплюнул в корзину для бумаг. – Без искусства общество все равно как... полицейский без дубинки – вроде и вышел на дежурство, а по башке врезать нечем. Ну так и что же было дальше?..

– О... он потащил меня на стройку...

– Зачем?

– Для секса... – призналась Дженни и снова заплакала.

– Вот как? И что же он с вами сделал? – В голосе капитана послышался интерес.

– Он не успел ничего сделать, потому что в этот момент начали стрелять...

– Стрелять, – повторил капитан и, посмотрев на лежавший на столе пистолет Лефлера, добавил: – И что-то говорит мне, что стреляли именно из этого пистолета, а Рино?

– Да, сэр, – ответил лейтенант.