Дикая и опасная - Кира Стрельникова

В группе уже вполне сформировались компании, которые в будущем, скорее всего, станут ячейками. Что удивительно, это получилось само собой, примерно как у нас с Верденом и Ольгой в последнее время — если не брать, конечно, альбиносовскую идею фикс затащить-таки меня в постель. Кто-то кому-то стал помогать, кто-то просто подружился, а вот Пашка и рыженькая Натали вообще встречаться стали. Этому никто не удивился. Интерес ко мне как-то резко упал, как только народ понял, что Верден четко обозначил свою позицию. С другой стороны, еще один плюс: ко мне не лезли с предложениями встречаться и проявлениями прочих чувств. Так, иногда заходили что-то по лекциям уточнить или если упражнение не давалось. Я с упоением поглощала знания, набирая очки на С-класс, и Николаич пообещал, что после Нового года попробует научить, как блокировать сознание от постороннего вмешательства. Широкие массы должны были начать осваивать этот предмет ближе к весне вместе с азами гипноза и воздействия на сознание. Высший пилотаж — чтение памяти и мыслей — откладывался аж на второй курс. Я пребывала в печали… Но недолгой. Приближался Новый год и неделя каникул.

Народ воодушевленно затаривался бухлом и хавкой, благо стипендия позволяла, а разъезжаться никто не собирался, да и некуда — как уже говорилось, институт ловко ухитрялся отсекать от прошлого. Я предвкушала, что наконец-то высплюсь, забуду бесконечные конспекты, учебники и методички, отдохну от разноцветных аур, от которых в глазах рябило. Вообще, Николаич обещал, что во втором полугодии освободит меня наконец от ненавистной физподготовки, поскольку толком драться не получалось, я скорее с перепугу нападающему что-нибудь с организмом сделаю, чем в нос тресну. Только стрельбу оставит, усложнив тренировки. Ясновидение я пока не трогала, так, с Таро продолжала заниматься. Сфера как лежала на тумбочке красивым сувениром, так и лежала. Тим блистал в руиной магии, с легкостью щелкая задачки и выстраивая замысловатые формулы, вместе с ним еще четыре человека из группы обещали стать знатными рунистами.

Со мной по экстрасенсорике отличались три девчонки, начав с А-класса и к зиме получив уже В. Правда, по словам Николаича, это их потолок, но тем не менее мы четверо неизменно обскакивали всех остальных на занятиях. В остальном по периферийным предметам вопрос стоял всего лишь в зубрежке и упорстве: ту же биохимию все сдали с первого раза, несмотря на зубодробительные формулы и названия. Психология тоже у всех ровно шла, и общая, и основы психоанализа. Откровенно отстающих, как и ботаников, сдающих все на отлично, не наблюдалось. У кого-то что-то шло лучше, что-то хуже, но, по словам Николаича, это нормально, институт тщательно отбирал студентов. Причина тоже ясна: кому захочется доверить свою спину и задницу троечнику и разгильдяю, так что академки здесь отсутствовали как явление вообще.

Итак, Новый год… Честно, я расслабилась. Все вошло в некое подобие порядка, Верден хоть и нервировал близким присутствием, но имел совесть на людях вести себя со мной прилично. Хотя все, как только сдали зачет по медитации и научились видеть ауры и их эмоциональную окраску, резко озаботились вопросами самоконтроля. Угу, только вампир недоделанный и не думал скрывать предательский фиолетовый цвет, другое дело, что шутить на эту тему никто не рисковал. Ну а я без нужды старалась не оставаться с ним наедине. При Ольге, кстати, он тоже вел себя более-менее сдержанно, обходясь двусмысленными шуточными подначками, раздевая меня глазами да обнимая, если садилась рядом. Перемирие пока сохранялось… Но и он, и я обзавелись новыми умениями, а вот блоки пока ставить никто из нас не научился, и чертов красноглазый извращенец первый сообразил, как можно эти самые умения применить с пользой для себя.

Тридцать первого с утра, как полагается, весь этаж, да что там, вся общага стояла на ушах. Кухни походили на парилку, потому что с самого утра на плитах варилось, шкварчало, томилось в духовке разнообразное жорево. Магазины в радиусе пятисот метров сделали хорошую кассу, бухло в них смели практически подчистую, как и молочные продукты. Почему-то никому в голову не пришло, что с бодуна можно быстренько самостоятельно вывести токсины из родного, страдающего похмелом организма, не вливая в него пиво и кефир. По коридору носились странные создания в замотанных полотенцах на головах, с лицами, покрытыми зеленым, синим, белым. Некоторые вместо полотенец щеголяли бигуди разнообразной величины, потрясая ворохами шмоток, из которых выпадали чулки, кружевные лифчики и трусики, больше похожие на мечту фетишиста, чем на нормальное белье. Барышни готовились к празднику… Мужской состав благополучно дрых, нимало не озабоченный своей внешностью. Как и я, собственно. Пока Ольга плескалась в душе и бегала ставить многочисленные кастрюльки и сковородки на кухню, я самозабвенно обнималась с подушкой, вкушая заслуженный отдых. Проспавшись и умывшись, я тут же оказалась припахана к готовке, а неосмотрительно высунувшийся в курилку Верден — к нарезанию салатов. Планировалось, что сам час икс все отмечают по комнатам, потом ставят столы в просторную кухню, выносят туда все вкусное, и вперед. Резонно, так все, кто не выдержит новогодний марафон до утра, смогут спокойно уползти к себе и отрубиться.

После обеда Ольге приспичило выяснить, что я собираюсь надеть. Пожала плечами, сообщила, что любимые джинсы и синюю рубашку, а в честь праздника повешу на шею дождик.

— Сонька-а-а-а!! — простонала Грановская и изобразила ужас, округлив глаза. — Ты можешь хотя бы раз в году выглядеть как девушка?!

— Зачем? — удивилась я, причем искренне.

В моем гардеробе не водилось юбок и платьев с того самого злополучного выпускного, я предпочитала мужской стиль в одежде. Соседка не ожидала такого вопроса и зависла, соображая, что ответить.

— Оль, не парься, — я махнула рукой, — все равно народ укушается так, что всем будет по фигу, кто в чем одет, — усмехнулась. — А красоваться мне не перед кем.

Она прищурилась, уперев руки в бока.

— С другой стороны, да, — задумчиво протянула Ольга. — Ладно, проехали. Ты это, как насчет идеи соблазнить Тима?

Я вытаращилась на нее, лихорадочно вспоминая, когда я такое сболтнуть могла.

— Да не, — правильно поняла она мой ошарашенный вид и хихикнула. — Ну если я его затащу в постель и потом поделюсь опытом? Помнишь, мы обсуждали?

— Э… — Я почесала в затылке и пожала плечами. — Да делай что хочешь. Я вообще робко надеюсь, что он удовлетворился поцелуями и на этом остановится.

— Угумс. — Грановская насмешливо хмыкнула и ехидно отозвалась. — А аура у него фиолетовым переливается просто так, да, для красоты? А уж когда он рядом или смотрит на тебя, так вообще искрит.

Я поежилась, разом вернулось беспокойство, спавшее все время учебы. Впереди неделя, особо ничем не занятая… Черт. Хотя из общаги-то свободно можно выходить, другое дело, что, пока училась, на прогулки времени практически не оставалось, так, перед сном пройтись вдоль Черной речки. Срочно, срочно составить культурную программу! Чтобы у Вердена не осталось шансов снова нервировать меня наглыми приставаниями!

— Ладно, расслабься, на сегодня я его займу. — Ольга хихикнула, правильно истолковав мою перекосившуюся физиономию.