Обряд на крови - Джим Батчер

Возможно, ревнивая женщина. Особенно учитывая то, что у него в копилке целых три бывшие жены.

Ну конечно, Мэдж вовлечена в совместный с Артуро бизнес. Она не показалась мне человеком, способным рискнуть своим состоянием ради примитивной мести. Последняя по времени супруга, Триша, находилась в аналогичном положении… впрочем, с ней я еще не встречался. Третьей экс-супруги – как ее… Люсиль – на горизонте не наблюдалось. Интересно, а она могла воспользоваться магией с целью расплаты?

Я тряхнул головой и завел машину. До сих пор я встречался с энтропийным проклятием только раз и совсем недолго. Оно было на порядок сильнее мальоккьо, едва не убившего Джейка и Жизель. Я остался в живых по счастливому стечению обстоятельств – и это при всем моем арсенале магических приемов и оберегов.

Я спас Джейка и, надеюсь, Жизель – но мне повезло. С таким же успехом я мог погибнуть от электрического разряда в луже собственной крови. Мне удалось одолеть мальоккьо, но ничто не гарантировало от новых попыток. Более того, скорее всего в следующий раз острие этой смертоносной магии нацелится точнехонько на меня.

Я тронул Жучка с места и поехал к себе в офис.

Черт, для того, чтобы составить хоть мало-мальски пристойное представление о злоумышленнике, мне не хватало информации. Возможно, с моей стороны умнее было бы обследовать орудие убийства – как знать, может, мне и удалось бы определить, каким образом его использовали.

Проклятия связаны теми же ограничениями, что и любое другое заклятие. Из этого следовало, что тот, кто насылал сглаз – кем бы он ни был, – должен был тем или иным способом наводить магию на намеченную жертву. Лучше всего для этого подходят части тела: прядь волос, обрезки ногтей… сойдет и свежая кровь. Впрочем, есть и другие средства. Например, кукла, одетая так же, как жертва. Я слышал, что для этого годится даже фотография – при условии, что она неплохого качества.

Впрочем, навести проклятие на цель только полдела. Прежде чем убийца приведет его в действие, он должен накопить достаточно энергии. Такое сильное заклятие, как это, требует уйму подготовительной работы. И ведь энергию мало еще просто накопить – ее необходимо преобразовать в соответствуюшую форму. Даже среди обладающих магическим даром не так много найдется таких, кто способен на это. Ясное дело, любой член Белого Совета проделает это без особого труда – так ведь не каждого в этот Совет и берут. Подавляющее большинство им даже в подмастерья не годится. Да и далеко не те, кого в эти подмастерья берут, осиливают курс обучения.

Столь сильная магия опасна для новичка в нашем ремесле. Еще как опасна! В общем, решил я, велики шансы того, что это не просто ревнивый маг-самоучка. Эти методичные убийства совершены кем-то до неприятного умелым.

Но зачем? Зачем убивать работающих на Артуро женщин? И какого эффекта добивается убийца? Все вовлеченные в процесс съемок, конечно, нервничают. Может, кто-то пытается посеять страх лишь ради того, чтобы предприятие Артуро лопнуло, толком не родившись?

Конечно, месть вполне способна служить мотивом убийства, но, поразмыслив немного, я решил, что жадность как мотив не менее, если не более, перспективна для разработки. И то правда, жадность – славный, стерильный такой мотив. Если деньги стоящие, вам не обязательно знать того, из-под чьего носа вы их выхватили. Вам не нужно ни любить его, ни ненавидеть, ни даже знать, кто это такой. Вам достаточно хотеть этих денег сильнее, чем дышать, – и если история и учит чему-либо, так только тому, что подобный образ мышления никак не назовешь редкостью.

Я поставил машину на стоянку около дома и по лестнице поднялся в свой офис. Кто останется в выигрыше от краха Артуро? Студия «Силверлайт». Я кивнул. Эта версия завязывалась куда логичнее, чем действия какого-то мстительного одиночки. В качестве отправной точки это представлялось вполне убедительным – и у меня имелась еще пара часов на предварительные изыскания. Если повезет, я мог бы нарыть информацию, способную поддержать (или опровергнуть) версию нехорошего парня с долларовыми купюрами вместо совести.

Я отпер дверь моего офиса, но не успел шагнуть внутрь, когда в затылок мне уперлось что-то холодное и твердое: пистолетный ствол. Сердце панически дернулось и замерло.

– Идите в комнату, – негромко произнес чуть грубоватый мужской голос. – И не заставляйте меня шуметь сильнее, чем стоило бы.