Одержимые Зоной - Анна Китаева

— Спасибо, что ты меня спас, — выговорила она, пряча глаза. Потом подняла глаза и уже совершенно без стеснения горячо поцеловала Каймана в губы.

Первые несколько секунд Кайман с удовольствием отвечал на поцелуй, после чего с сожалением отстранил Мышку.

— Хватит, хватит, — сказал он ворчливо. — Если кто увидит хоть краем глаза… Мало нам не покажется! С такой репутацией придётся валить отсюда со скоростью пули из «гаусса». И наниматься в войска ООН, у них там в уставе три четверти пунктов про толерантность ко всяким… альтернативным.

Девушка прыснула, но тотчас посерьёзнела.

— А почему? — вернулась она к прежней теме. — Почему я не могу быть, ну, скажем, твоей подружкой? Или даже напарницей?

Кайман дожевал последний кусок хлеба, допил чай, с надеждой посмотрел на дверь, но никто не вошёл. Вот ёшкин кот! Придётся ставить девчонке мозги на место. А чего он хотел? Чтобы семнадцатилетняя соплячка всё понимала, как понимает он сам? Но Мышка сама виновата. Ей неоднократно случалось вести себя так толково, что Кайман забывал про её возраст и пол.

— Нормальные, говоришь, мужики? — протянул он. — Согласен. У Корсара отребья нет. А ты знаешь, сколько в Зоне бандюков? Сюда такие бегут, кому большие сроки заключения светят, вплоть до пожизненного. От зоны в Зону прячутся, за радиацию и аномалии. Откуда, по-твоему, мародёры берутся? Есть целые группировки, есть и звери-одиночки, которые даже с другими такими же ужиться не могут. Хуже мутантов, плешь их побери! Если пойдёт слушок про сталкера с молодой девчонкой, которые идут вдвоём, не в отряде, мы превратимся в желанную добычу. Хочешь побыть в роли хабара, Мышонок?

Девушка молча помотала головой. С каждым словом Каймана она всё мрачнела, и похоже было, что смысл его прочувствованной тирады до неё дошёл. Вот и хорошо. Авось продержится некоторое время в той дырявой мусорной корзине, которая заменяет девицам голову.

— Вот и хорошо, — произнёс Кайман вслух. — Вопрос закрыт.

Он поскрёб отросшую на подбородке щетину, скривился. Надо бы привести себя в порядок перед дорогой. Или плюнуть да отпустить бороду? Нет, лучше побриться. Никогда он не любил шерсть на лице, хотя бритьё в походных условиях — та ещё радость. Иногда Кайман даже завидовал сталкерам, у которых от аномальных полей прекращали расти волосы вообще. Да, надо привести себя в порядок. И пора уходить отсюда.

— Слушай, а ты здесь бывал раньше?

Мышка не собиралась сворачивать разговор.

— Смотря где «здесь», — хмыкнул сталкер. — В Лиманске как таковом бывал, а здесь, на базе, — не доводилось. База — это тебе не бар, тут чужаков не привечают. Я даже не знал, что Корсар у них нынче за старшего… И не узнал бы, если б не нынешний расклад. А вот Везунчик, между прочим, полгода с местными тусовался. Давно, ещё до того, как мы с ним скорешились…

Дверь распахнулась.

В казарму ввалилось полтора десятка человек. Сразу стало очень шумно.

Кайман отвернулся к окну и задумался о своём. Кто-то потряс его за плечо:

— Эй, не слышишь, что ли? Корсаков тебя к себе требует.

Кайман не стал мешкать.

В штабе у Корсара тоже было людно, а ещё — адски накурено. В сизом дыму едва угадывались очертания фигур и предметов. Кто-то незнакомый Кайману отловил его на входе и отбуксировал к Корсару. Старший над лиманскими сталкерами сидел за конторским столом. На столешнице располагались ровным счётом два предмета — кружка с крепким дымящимся чаем и разобранный пистолет.

Судя по заведённым им на базе порядкам, прежде чем попасть в Зону, Корсар был военным. Почему он в таком случае оказался не среди военсталкеров, а среди лиманских? Хотя в Зоне таких вопросов не задают.

Кайман поздоровался.

— Здравствуй, бродяга, — дружелюбно сказал Корсар. — Вижу, ты оклемался, верно? Есть к тебе дело.

В общем-то так Кайман и предполагал. Вряд ли занятой человек Корсаков позвал его, чтобы рассказать анекдот про сталкера и лягушку.

— Мышонок твой сказал, вы на Янтарь собирались? Мне нужно тамошним научникам одну штуковину доставить. По-тихому, без толпы.

— Артефакт? — поинтересовался Кайман. Корсар потёр лоб ладонью.

— Да как тебе сказать… Пожалуй, да, артефакт. Только он немного живой.

Кайман слегка охренел.

— В общем, никто в точности не знает, что это такое, — продолжал Корсар. — Я вот его пообещал научникам, а тут оказалось, что в контейнер его фиг затолкаешь. Сваливает, скотина! Зато к человеку на руки идёт…

Кайман охренел окончательно.

— Так, может, это животное? — предположил он. — Мало ли мутантов.

— Да какая хрен разница, — раздражённо сказал Корсар, — артефакт или мутант! То есть это научникам есть разница, вот они пусть и разбираются с этой штуковиной. Как по мне, главное, что она безобидная. То есть до той поры безобидная, пока её в руки не возьмёшь. А если взять, то человека глючить начинает, типа как от выброса.

— И ты хочешь, чтоб я её на себе на Янтарь тащил? — удивился Кайман.

— Шаман сказал, у тебя сейчас иммунитет, — объяснил Корсар. — После «вензеля». Ещё где-то неделю продержится. Ну, а я вам патронов дам, сколько надо. Пайками затаритесь… Чего ещё? Оружие могу предложить… не гаусс, сам понимаешь, но есть неплохие стволы, можешь выбрать.

— Меня мой «эф-эн» вполне устраивает, — пожал плечами Кайман. — Патроны — это да, это спасибо. Жратва, сигареты нормальные, если есть. А ещё мне нужна информация по одному человеку. Пробьёшь по своим каналам?

— То есть ты в принципе согласен? — уточнил Корсар.

— Да.

— И что за человек?

— Пономаренко Матвей Сергеевич, — раздельно сказал Кайман. — Десятого года рождения. Есть предположение, что он в двенадцатом году попал в Зону и до сих пор здесь. Мог, конечно, и умереть. Меня интересуют любые сведения о нём, прошлые и настоящие, достоверные и слухи. Да, вот ещё. Возможно, он не знает своего имени.

Корсар даже бровью не шевельнул, только переспросил:

— Десятого года? Значит, ему сейчас четырнадцать? А в Зоне он оказался в двухлетнем возрасте?

— Именно, — сказал Кайман, стараясь выглядеть таким же невозмутимым, как собеседник.

— Хорошо, — припечатал Корсар. — Поиск я запущу. Если будут хоть какие-то результаты, отправлю тебе на ПДА. А ещё… Скажи Шаману, чтобы отвёл тебя к Пауку-Отшельнику. Скажи, я велел. Знаешь, кто такой Паук?

— Собиратель историй? — припомнил Кайман. — Что-то такое я про него слыхал. Так он здесь, в Лиманске?

— Угу. Ну, остальное тебе Шаман расскажет. Бывай, бродяга. И постарайся доставить шуршавчика на Янтарь поскорее.

— Шуршавчика?!

Впервые Кайман увидел Корсара смущённым. Ну, или близко к тому.