Любовь к драконам обязательна - Марина Ефиминюк

- Здравствуйте! – прикрикнула. - Я от господина ди Элроя!

- Тереза? - раздался мужской голос за спиной. От испуга я подскочила, резко оглянулась. На лестничной клетке стоял высокий мужчина в самой обычной одежде, никаких тебе характерных плащей, колпаков и прочей атрибутики, какой отчаянно грешили маги, чтобы привлечь клиентов. Зато глаза, желтые и точно застылые, с вертикальным зрачком, не оставляли сомнений, что передо мной стоял не человек. Вернее, не совсем человек.

- Господин чародей? – уточнила я очевидную вещь.

- Можно без официоза, – поморщился он.

Я потеснилась в дверях, позволяя хозяину первым войти с апартаменты, и посеменила следом, вдруг поймав себя на том, что отчаянно прижимаю к животу ридикюль, словно бы маг собирался меня ограбить. Даже если бы собирался, то в сумке, кроме любовного романа и женских мелочей, брать было решительно нечего. Может, если бы ридикюль был поменьше, то в нем не хранилось столько дряни? Хотя, кому я вру?

Астреус провел меня в большой кабинет, очень похожий на обычную лекарскую приемную. Никакого уюта: письменный стол, кресло для пациентов, шкаф с книгами, вешалка для одежды, кушетка для осмотра. Кристальная чистота, и странный кисловатый аромат в воздухе. Видимо, так пахла магия.

- Ложись, - указал на кушетку.

- А? - как всегда, блеснула я догадливостью.

- Будем решать твою проблему, - приветливо улыбнулся он.

Всю жизнь искренне считала, что главной моей проблемой являлся комплекс зажатой отличницы. О том, как от него избавиться, написали сотни любовных романов, и в каждом серую мышку превращали в раскрепощенную, уверенную в себе женщину весьма тривиальным методом. Способ, без сомнений, импонировал, но не с приблудным же магом начинать превращаться.

- Это обязательно? - попятилась я к двери. – Лечиться?

- Да, – категорично заявил чародей и щелкнул пальцами, за моей спиной захлопнулась дверь в кабинет, а в замке сам собой провернулся ключ. - Элрой мне уже заплатил.

- Аргумент… - пробормотала я и растерянно проследила, как чародей принялся закатывать рукава рубашки, демонстрируя красивые предплечья с вытатуированными магическими знаками. Неожиданно ко мне вернулся нервный тик глаза.

- А какую проблему вам обрисовали? – уточнила я, чтобы внести ясность, имеем ли мы в виду одни и те же сложности.

- Таннер сказал, что у тебя чудовищное зрение, и это сильно мешает работе. Ложись? Обещаю, что будет не больно.

На кой бес я вчера сболтнула, будто перепутала дракона из-за плохого зрения?!

- Прикладывайся и расслабляйся, нервное создание, - спокойно повторил маг, сверкнув желтыми недобрыми глазищами.

Ноги, подчиняясь чужому приказу, понесли меня к кушетке. Сама не поняла, как улеглась, по–прежнему прижимая к животу ридикюль, как будто в нем действительно хранился золотой слиток, сворованный в монетном дворе.

Маг приблизился к кушетке и посмотрел на меня сверху вниз, потом попытался сумку забрать, но пальцы от страха окостенели, вытащить не удавалось. Да и имущество мне почему–то было важно оставить близко к телу. Иначе как нервным тиком, передавшимся от глаза к рукам, несвоевременное упрямство я назвать не могла.

- Не выпустишь? - уточнил Астреус.

- Там ключи от дома, – брякнула я.

- Ладно, стискивай, - сдался маг и, наклонившись, снял у меня с носа очки.

Мир моментально превратился в размытое пятно, и я невольно заморгала, пытаясь прояснить обзор. Бесполезное занятие. Надо было меньше в детстве читать под свечой, но для маленькой девочки, проводившей вечера в комнате над трактиром, другого развлечения просто не имелось. Не слушать же разговоры за стенкой и всякие разные непредназначенные для детских ушей звуки от посетителей, снявших комнату на час. Только после появления Летиции трактир превратился в приличное заведение, а прежде являлся форменным притоном, составлявшим конкуренцию заведению мадам Бонни.

- Я думала, что маги ритуалы проводят… - стараясь справиться с нервным напряжением, заговорила я. - Заговоры читают, знаки рисуют…

- Дополнительный сервис, иначе клиенты не верят, - объяснил Астреус. – Мне за него недоплатили, так что мы быстренько полечимся и разойдемся по домам. Закрой глаза.

Я послушно зажмурилась. На виски легли прохладные пальцы. Надо было заткнуться, но, как всегда, от страха на меня нападала разговорчивость.

- Дорого заплатил? - неожиданно даже для себя спросила я. – Пару лет назад я пыталась взять ссуду в монетном дворе, чтобы подправить зрение, но мачеха отговорила. Сказала, что это опасно. У вас безопасно?

- Абсолютно. Сделаем в лучшем виде, – хмыкнул Астреус. – Зрение будет, как у младенца.

- Ой, не надо, как у младенца! - испугалась я. - Они первое время толком ничего не видят, а у меня служба… Жизнь личная…

Никакая личная жизнь. А с моей новой должностью, вообще, скоро перейдет в разряд несбыточной мечты.

- Ты, видимо, у Элроя очень ценный сотрудник? – предположил маг.

Сегодня все, в том числе я сама, задавались этим нелегким вопросом.

- Угу, ценнейший. Вторую неделю пытаюсь понять, за что такая честь оказана. Астреус - ваше настоящее имя или псевдоним?

- Ты уже помолчишь, болтливая дева? - цыкнул он.

- Извините. Это мой первый раз с настоящим магом, я ужасно нервничаю.

- Тихо!

- Изв… - Я прикусила язык.

- Ты извиниться хотела или извращенцем меня назвать? - не удержался маг от шпильки. - Чего молчишь?

- Вы же попросили не говорить.

- Цвет глаз менять? – уточнил он, и в тишине прозвучал хруст суставов, видимо, маг разминал пальцы, будто костоправ. – Могу бирюзовый сделать или синий. Вертикальный зрачок сейчас очень актуален.

- Вы обещали без дополнительно сервиса, – тут же отказалась я, вспомнив, как у Фэйр в темноте, точно у кошки, светились глаза.

- Мое дело предложить… - пробормотал Астреус.

Никогда не буду верить чародеям! Он соврал. Было больно и очень. Виски пробило магическим разрядом такой силы, что, кажется, я на пару секунд отключилась. Хорошо, что в руках стискивала ридикюль, иначе бы при пробуждении вцепилась в горло самому мучителю.

- Все, зрячая моя, – объявил он. - Ты свободна.

Я открыла глаза и удивлением обнаружила, что действительно вижу без очков, а если сосредоточусь, то даже трещинку на потолке разгляжу и пыль в углах кабинета. По себе знаю, люди, страдающие слабым зрением, зачастую понятия не имели, что жили в царстве грязных полов. Зато паутина в углу никогда не давила на совесть и не вызывала желания схватиться за метелку. Хоть в чем–то плюс.

- С ума сойти, я отлично вижу! - моргнула я, усаживаясь на кушетке. - Спасибо! А читать мне можно?