Путь от змеиного хвоста - katss

Наталья Пална, копавшаяся в своём цветнике под окнами, близоруко сощурилась. Ну вообще этой её близорукостью можно не обманываться: на работе, в реабцентре для тяжёлых, она ходит в очках, да. А вот чужих мужиков — за километр разглядеть способна, во всех подробностях! Включая степень тренированности полужопиц, рост-вес и прочие показатели… Как копятница* жеребцов в стойле, ей-богу…

Не стала сообщать и без того задолбанному куратору, что сейчас он шагает под ястребиным взором со встроенным штангенциркулем. Старой лошадницы… Тьфу-тьфу. Не старая она ещё. Но откуда эта любовь к мужикам в полтора-два раза моложе, я хз. Но пока вроде ни один в её логово не затащился на добровольных началах… Хотя тут могу и ошибаться.

Славка очень кстати притворился "балной, савсэм балной!", и мы без ненужных приключений прошмыгнули в подъезд.

А нет, это я поторопилась. На лестнице нос к носу столкнулись с Чухлиным с верхнего…

— Здравствуйте, Василиса!

— И вам не хворать.

— Ой… — это на него зыркнул шедший сзади с пакетами, голодный аки дракон Стрешнев. Ещё бы, после полудня наяривания по груше и потом ещё нескольких часов беготни по всем плоскостям!

— Ну, я побежал на пробежку… — и Илюша, спотыкаясь, поскакал через ступеньку.

— Исключительно вы полезное приобретение, Дима, — припечатала я разувающегося куратора.

— Почему это? — ровно поинтересовался лейтенант.

— Потому что со всех сторон хорош и прекрасен, — хмыкнула, радуясь про себя, что всех соседей, это минное поле времен Первой Мировой, мы сегодня с успехом обошли. По краешку, можно сказать… Но с успехом.

***

— Так раздражает это гламурное "панкейк", — высказался тупящий в телефоне мелкий. — Почему нельзя сказать "оладушек"?!

— Оладьи это просто оладьи. Под заливкой на выбор, — фыркнула, вытаскивая из духовки противень с готовыми запечёнными котлетами. Да, я их не жарю: леплю, ленивым способом выпекаю под фольгой, в толстостенном стеклянном поддоне. Экономит кучу времени, усилий и масла. Растущему организму оно завсегда полезней, чтоб мяса и овощей в рационе побольше. А масло вон, пусть в салатах и на бутербродах ест…

— Вот и я о том же! — возмутился Славка, отрываясь от экрана. — Моднявые дебилы! Бесит прям, когда вставляют английские-немецкие-французские и тэ-дэ, названия к обычной жратве! Чего вот выпендриваются? По-хохляцки так вообще, всё это — что блинчики, что панкейки, что наши оладушки — называется простым и понятным словом "млинцi". От слова "млин" — мельница. Ну логично же? Логично! И сразу ясно, что это чё-то мучное и вкусненькое. И без лишних выёживаний. Молодцы, короче… Побольше б таких, интуитивно понятных слов вокруг!

— Тебя с чего так бомбануло-то? — разложила нехитрую снедь по тарелкам. Большим тарелкам…

— Да я сдуру подписался на сообщество в вайбере со всякими рецептами, — жадно чавкая, принялся пояснять мелкий. — И часть там вполне так ничего и полезно — для общего развития, и даже интересно. Только ж, блин, половина рецептов с комментариями: "КБЖУ такой-то, можно на диете". Ну ёпрст, там же не только диетические тёлочки сидят, а вполне нормальные люди, которые хотят кушать, а не вот это вот всё!… Лиск, а Лиск, — малой состроил просящее выражение. Сильно просящее. Котята из "Шрека" бы удавились.

— Что? Блинчиков тебе, страдальцу, напечь? Алгебру с английским на "отлично" посдавал?

— Ага! Можешь в дневнике посмотреть…

Я вздохнула. Ну блинчиков так блинчиков. Тем более, сгущёнку купили… Оторвавшись от собственной тарелки, быстро намешала тесто и включила греться пару сковородок. И вытяжку. И окошко распахнула…

— Да что ты говоришь? — донёсся тихий, донельзя заинтересованный голос Палны. Внизу стоит, дворников опять допрашивает… — Вот прямо так и ездит в наш двор, каждый день?

Захид пробубнил, мол, мамой клянусь! А я, высунувшись в окошко, кулаком погрозила пьющему чаёк на лавочке Караму, который как раз считал в небе ворон. Дворник поперхнулся и округлил глаза. Да, я вас, обормотов, прекрасно слышу! Фильтруйте базар. А то фиг вам с маслом в следующий раз, а не халявный кофеёк премиум-класса!

— Чего там? — с долей любопытства поинтересовался Славка, вылизывая тазик из-под салата.

— Да дворники ваши, оказывается, болтливые слишком, — хмыкнул Стрешнев, наворачивая третью порцию котлет. У меня брови поползли вверх: и он слышит?

— Ни хрена себе у вас обоих слух как у мыши, — возмутился подросток. — Я вот только бу-бу-бу и шу-шу-шу различаю.

— У охотников слух отличается, — задумчиво поглядев на Диму, ответила. И залила первые два блина на сковородки. — Равно как и зрение, и прочие качества, скажем так…

Куратор на секунду жевать перестал и тоже задумался. Дошло видать, что этаж-то у нас не первый, и даже не второй. И прочих звуков во дворе полным-полно, а вот поди ж ты… Всё в подробностях расслышал! Потом махнул рукой и продолжил уничтожать содержимое тарелки.

***

— Любой опытный охотник неплохо владеет самым первым и самым главным охотничьим приёмом — умением быстро и далеко бегать! — встретил меня вошедший со стрижами Коловрат. Оскалился:

— Так что сегодня вы весь день до седьмого пота бегаете! А ты, Рощина, ещё и хилишь оптом всю команду, включая себя… Первых полчаса трусцой, для разогрева, потом ускоритесь, и ещё полтора — в быстром темпе. Не факт, что в сопределье вам придётся мчаться от превосходящих сил противника так долго, но потренируетесь. Выносливость и терпение — они ещё никому не мешали… А потом играем в городки, городок я вам тут организую… Слушай мою команду! Стро-о-ойсь! По периметру — бего-о-ом марш!

И мы побежали. Два часа быстрого бега в общей сложности — это я не знаю, сколько километров. Но где-то под полторы сотни, учитывая среднюю скорость охотника в ранге С или В. Такую, не самую напряжную скорость…

Затем на весь полигон действительно вырос каменный город. Заставленный всякими железками. И после получаса упражнений на растяжку и прочее, Михайлов загнал всех его проходить. Так сказать, отсюда и до обеда…

На обед эти счастливые люди, стрижи, пошли. А по мою душу явилась дежурящая Сонька и принялась разминать и растягивать во все стороны мои бедные деревянные ноги… Горящие огнём! Хорошо,