Блюз полной луны - Надежда Первухина

— Но я даже не знаю, где они, эти границы!

— Со временем узнаешь. Но ты не волнуйся, ты под моей защитой. Ты же мой друг, верно?

— Во всяком случае, король, я вам не враг.

— Ах, какой хитрец, ушел от ответа! Ну ладно, ладно, это детали…

Было странно слушать подобные слова из уст двенадцатилетнего мальчишки. Впрочем, глаза выдавали истинный возраст этого монстра. Павел засомневался даже в том, что уйдет отсюда живым. Или, по крайней мере, не покалеченным.

— Да не волнуйся, принц! Все будет хорошо. Особенно после того, как ты женишься.

— Что?

— Женишься, говорю.

— О-ох. А я обязательно должен жениться?

— А как же! Все порядочные волки так поступают. Обесчестил девушку — женись.

— Я? Обесчестил? Девушку?

— Вот именно. Во время своей первой охоты. Ага-ага, вспомнил про волчицу, вспомнил! Невинная девушка просто прогуливалась в лесу, а тут такой настойчивый мачо…

— Но я… Это случайно получилось!

— Случайно или нет, мы сейчас спросим прямо у девушки. Инна, явись пред наши светлые очи!

В дальнем конце зала открылась дверь. Из нее вышла девушка в длинном черном платье и направилась к тронам. Подойдя, она присела в реверансе. Павел во все глаза смотрел на девушку. Это она? Та самая волчица?!

Девушка не была красива в общепринятом смысле этого слова. Нет, у нее была прекрасная фигура, лицо, чистое от прыщей или каких-нибудь татуировок, с правильными чертами. Но чего-то этой девушке не хватало. И Павел подумал: она как механическая кукла — движется, говорит, но жизни в ней не больше, чем в осеннем листке, носимом ветром.

— Инна, — обратился меж тем Кирилл к девушке, — это тот самый волк, что обесчестил тебя?

Инна дернула носом, принюхиваясь. А потом сказала:

— Да, это он. Он и сам потерял со мной девственность. Я это тогда тоже очень хорошо почуяла.

— Что ж, — потер руки король Кирилл, — тогда и ждать нечего! Устроим хорошую волчью свадьбу!

— Погодите, погодите! — воскликнул Павел. — Не так сразу. Свадьба — это, конечно, прекрасно, но не для меня! У меня… другие планы. Я пока бедный студент, который учится на библиотекаря. Мне ли заводить семью?

— Ох, ох, ох, бедный он! А разве ты не знаешь, Павел, что тебе как принцу достанется со временем право на Щедровский Пурпурный Аграф?

— Никогда о таком не слышал. Аграф — что это вообще такое?

— Как бы тебе объяснить… Аграф — это такая шикарная застежка для платья или прически. В древности их называли фибулами, а теперь их называют брошами.

— Почему нельзя тогда назвать проще — Пурпурная Брошь?

— Можно, конечно. Но аграф — это так стильно звучит!

— Он что, очень ценный?

— Его ценность измеряется миллионами долларов. Аграф усыпан редчайшими розовыми бриллиантами, а в его середине красуется единственный в мире пурпурный бриллиант.

— Разве такие бывают?

— То-то и оно, что не бывает. Есть только единственный такой бриллиант, и он заключен в Щедровском аграфе.

— И что же, я получу это сокровище?

— Не само сокровище, а право владения им. Где находится Аграф, никто не знает. Найти его невозможно. Но право на владение им есть, и оно вот уже не первый век числится именно за щедровскими оборотнями. Просто когда-то богатые щедровские вервольфы выкупили это право у одного обедневшего дворянского рода московских птицелюдов. Подсуетились, нечего сказать. Так что ты, Павлик, весьма богатый принц. Ничего похожего на бедного студента!

Инна меж тем присела на кушетку, стоявшую у стены.

— Но даже если я и богат, я не могу жениться!

— Почему?

— Я слишком молод!

— Э, парень, не финти. Молод он. Как спариваться — так в самый раз, а как жениться…

— Поймите, я не люблю Инну. То, что было тогда, чистая случайность. У меня… У меня есть девушка, которую я люблю.

— Это фея-то?

— Да, и я попросил бы вас не говорить о ней в столь уничижительном тоне.

— Вот еще. Если хочешь знать, феи стоят в эволюционной цепочке гораздо ниже человека и уж тем более оборотня. Фея — это вообще недоделок какой-то. Обломок цивилизации.

— Какой бы она ни была, я люблю ее!

— Сильно любишь?

— Сильно.

— Значит, ради нее пойдешь на все?

— Да!

— Мальчики, приведите сюда девушку, — скомандовал Кирилл.

— Нет! — воскликнул Павел, но было поздно.

Охранники втащили в зал полубесчувственную Елену.

Павел с болью и ужасом увидел, что ее били. Один глаз заплыл, на шее красовался кровоподтек.

— Это твоя девушка? — спросил Кирилл.

— Да! Что вы с ней сделали, твари?!

— Мы ее немного поучили вежливости. Когда тебя приглашают к королю волков, надо быть вежливой. Поняла, девочка?

Павел бросился к Елене:

— Отпустите ее! Немедленно!

Костоломы отпустили Елену, и она упала на грудь Павлу. Упала и разрыдалась:

— Пашка, за что мне это? Они меня били, так били!

— Я их уничтожу, — пообещал Павел, ласково целуя разбитое лицо девушки. — Я с ними разберусь.

Он обнял Лену и, поддерживая ее, подошел к трону. Несмотря на протесты Кирилла, усадил ее на трон, начал платком вытирать кровь со лба девушки.

— Павел, ты только зря теряешь время. Эта девушка никогда не станет твоей женой. А вот Инна — станет.

— Я не собираюсь жениться на Инне! — прорычал Павел.

— Это твое последнее слово?

— Да!

— Мальчики, займитесь.

Костоломы подошли к трону и сорвали с него Елену. Не обращая внимания на удары и пинки Павла, они принялись методично избивать девушку.

— Вы же забьете ее насмерть! — крикнул Павел.

— Одно твое согласие на свадьбу — и Елена будет жива.

— Хорошо, хорошо, я согласен! Довольны? А теперь оставьте ее в покое.

Костоломы отошли от распростертой на полу Елены. Она вся была в крови.

— Не волнуйся, мои люди уже вызвали "скорую". Елену отвезут в больницу, где ею займутся лучшие врачи-оборотни. Ей больше ничего не грозит, лишь бы ты не отвертелся от свадьбы с Инной.

— Я же дал согласие!

— Вот и хорошо. Елена! Елена, вы меня слышите?

Павел приподнял Елене голову.

— Слышу, — простонала она.