Объект «Зеро» - Сергей Волков

Под котлом-дюзой, уже загруженной кусками породы, горели дрова. Огонь был жаркий, и капли дождя, не успевая долететь до котла, испарялись, отчего вокруг стояла сизая дымка.

Голые по пояс арбайтеры, блестя мокрыми плечами, то и дело подбрасывали поленья, а сам Шерхель стоял наверху, у закрытого куском обшивки широкого конца дюзы, и время от времени покрикивал:

– Больше жара! Больше!

Жар и так был невыносимый, все вокруг колыхалось и плыло, а Шерхель казался сквозь эту завесу дрожащего воздуха неким миражом, существом из виртуального мира, богом огня с увенчанной рыжими кудрями головой.

– Зигфрид! – крикнула ему Франческа Кьянци, миловидная брюнеточка – рядовой из отдела автоматизации. – Вы же сгорите! Спускайтесь к нам!

– Найн, фрейлейн Франческа! – прокричал Шерхель, заглядывая в котел. – Сейчас все случится. Давайте желоб!

Последние слова он адресовал своим подчиненным, которые уже волокли выгнутый из листа все той же обшивки длинный желоб. Один конец они поместили в самом пламени, под дном дюзы, другой повис над заранее сделанной из глины плоской односторонней формой. Под желоб подвели стойки.

– Вы бы отошли, господа, – низким басом обратился к нам один из арбайтеров, явно земляк Прохора Лапина. – Ну как сорвется чего или пойдет не туда…

Мы послушались и встали в стороне.

– Айн! – начал наверху отсчет Шерхель. – Цвай! Драй!

– Давай! – рявкнул полуголый сибиряк, и двое литейщиков длинными кусками арматуры быстро раздолбили снизу глиняную пробку.

Я ожидал, что по желобу хлынет искрящийся огненный поток, но вместо этого по нему медленно, словно нехотя, в форму потекла струйка расплавленного металла.

– Э-э-э… И это вот медь? – спросил кто-то.

– Бронза, господа! Бронза! Здесь десять процентов олова. – Торжествующий Шерхель – подбородок вперед, рот до ушей – встал возле формы, внимательно следя за процессом. – Сейчас, господа, сейчас…

Струйка иссякла. Форма наполнилась более чем наполовину.

– Вассер! Скорее! – закричал немец, размахивая рукой. Двое рабочих принялись поливать форму водой. Пар ударил во все стороны, скрывая от наших глаз происходящее. – Если сплав не охладить быстро, – донесся из мутного облака возбужденный голос Зигфрида, – то возможна ликвация, то есть расслоение сплава обратно на медь и олово. Нужен фосфор и цинк, чтобы этого не произошло, но у меня пока их… Да лейте же, камраден! Лейте!

Шипение вскоре стихло, пар рассеялся. Мы увидели Шерхеля, гордо вздымающего серый предмет, весьма отдаленно напоминающий топор. Кто-то фыркнул, Лускус пробормотал что-то язвительное.

– Вот, господа! После обработки это будет самый настоящий келт! – торжественно произнес Зигфрид.

– Господин Зигфрид, а не могли бы вы… – смущаясь, тоненьким голоском спросила Франческа Кьянци, – не могли бы вы сделать нам ложечки? И вилочки. А то кушать… неудобно.

Все рассмеялись. Шерхель тоже улыбнулся, но ответил со всей почтительностью:

– Увы, милая фрейлейн. Пища содержит кислоты, которые при взаимодействии с медью могут создавать ядовитые вещества, поэтому для столовых приборов этот металл непригоден.

– Вы молодец, герр Шерхель, – очень серьезно сказала Акка. Она взяла из рук немца отливку, осмотрела и кивнула. – Хорошо. Нам нужны топоры. И пилы. И лопаты. Чем больше – тем лучше. Сколько сможет выдавать ваш… э-э-э… завод при полной загрузке?

– Фрау Анна, в данный момент я не могу в точности ответить на ваш вопрос, – солидно ответил Шерхель, – но, думаю, к утру у вас будет вся информация.

И при взгляде на него мне впервые подумалось, что, похоже, наше пусть и трагическое, но все же приключение оборачивается чем-то гораздо большим…