Игры на свежем воздухе - Наталия Курсанина

Я старалась с Тауэром говорить поменьше. Один раз наткнулась на его пустой взгляд - он был не здесь. Пил, шел, а мысли все были далеко. И я даже знаю где. Он минуту сосредотачивался, чтобы понять, что я от него хочу, и сразу по окончанию моего монолога снова ушел. Я бы ему еще табличку повесила на шею: «Никого нет дома. Ушла гулять. Твоя крыша». Засады и погони он чуял. Не знаю чем - духом эльфийским своим или не духом. Пока уходить нам удавалось.

Кто бы мог подумать, что на такой высоте есть такая красота. Столетние сосны спускались к озеру и снова взбегали по противоположной горе чуть ли не до неба. Вот так сразу, после изматывающего подъема оказаться в сказке…

… в страшной. Нас ждали. Человек десять мужиков. Бородатые, злые и странно одетые. Тут, типа местная одежонка, а вместо рубахи гимнастерка. А у некоторых с портупеей. Шиза!

Только шиза может держать в руке ТТ и при этом иметь одноручную спату на боку. Я застыла. Мозг отказывался работать в нужном режиме.

Крепкий черноволосый мужик со здоровой окладистой бородой вышел вперед.

- А, зверюшка Рандира! Рад тебя видеть! А я-то думаю, кто это с бароном в прятки играет?

- Тауэр, кто это?

Мужик неожиданно наотмашь хлестанул Тауэра по лицу.

- Не смей телепатничать при мне! Только попробуй! Я же все чувствую - не забыл еще, тварь остроухая?!

Эльф застыл. Побледнел, хотя куда ему было бледнеть еще? И так весь прозрачный.

- А ты, красавица, - перевел на меня взгляд мужчина. Я с трудом подавила панику. - Говоришь, ты дочь Улетова?

Спинным мозгом я почувствовала: совру - убьет.

- Нет. И даже не знаю его.

- Правильно. Честно говоришь. Улетов - это я. - Мужик оттянул уголок рта - это обозначало у него улыбку. - Но русский знаешь хорошо. Рассказывай как на духу - кто ты?

Эльф стоит не оглядывается. Молчит. Ничем не поможет. Значит правду, только правду и ничего кроме правды.

- Я с Земли. Страна - Независимая Украина. Год - тысяча девятьсот девяносто шестой. Русская.

Это было жестоко - ударить со всего размаху. Мужик на несколько мгновений впал в прострацию и тоже побледнел. Это тебе за эльфа!

- Врешь! Не мог Союз потерять Украину!

- Союза нет. Есть Россия в границах Российской Советской Социалистической республики - и не территорией больше.

А все-таки мужик силен. Смог с собой совладеть.

- Рассказывай… Мы проиграли войну?

Теперь это был просто человек. Очень властный, но уязвимый человек. С таким уже можно говорить.

- Может быть, ты позволишь нам сесть? Я все расскажу и отвечу на все твои вопросы. Но не в приказном порядке. Мы или твои гости, или я тебе и слова больше не скажу.

Мужчина молчал и серьезно рассматривал меня с ног до головы - будто раздевал взглядом. Может, думал, что я буду смущаться? Разогнался! С нашими-то нудискими пляжами и стриптизом - нашел, кого пугать! Наконец, хмыкнул и повел рукой:

- Проходи…те, гости дорогие! Будьте как дома!

Землянка была просторной. Две койки возле одной из стен. Большой стол, три лавки и две табуретки. Возле стены закрытые сундуки. На них тоже сидят. В землянку набилось народу - почти все мужики, кроме, наверное, тех, что на посту. И три женщины. Все как говорил Рандир, две взрослые, а третья еще подросток - младшая Улетова. Та, за которую я пыталась себя выдавать.

Нам с эльфом предложили табуретки. Эльф сел медленно, будто на кол - прямой, отрешенный, даже кровь с лица не стер.

Улетов уселся напротив. Грузный, как медведь и такой же опасный. Вроде бы улыбается в бороду, а глаза холодные, жесткие.

Нам принесли напиток в берестяных чашках. Тауэр даже глаза не скосил, хотя у нас во рту не было ни капли со вчерашнего вечера. Что ж, он мужчина, он должен уметь терпеть, а я вот - баба. Мне можно. Я ухватила чашку и с наслаждением выпила. Налили еще. Какой-то напиток вроде нашего украинского звара. Холодный, вкусный.

Улетов молча ждал, а я тоже не спешила - пусть он начнет первый.

- Так, значит, ты из девяносто шестого, девочка?

- Так значит. - Подтвердила я. - Август. Двадцать третье августа. Пятнадцать ноль-ноль. Место переноса - южный Урал. Возле станции «Юматово».

- Ты одна перенеслась или с тобой был кто-то еще?

Вспоминать не хотелось, но надо.

- Были. Дети. Подростки. Приблизительное количество около восьмидесяти человек.

- Что с ними? Где они?

- Большинство убили эльфы, то есть скайль-т-тэйли. Около тридцати успели через портал уйти обратно в наш мир. Может, кто-то еще и выжил - я не знаю. Не смогла всех отследить.

Мужики не смогли сдержаться - загомонили все сразу, обсуждая, обмениваясь репликами, взглядами.

- Тихо. - Улетов сказал это тихо, как выдохнул, но тишина наступила такая, что казалось я одна дышу.- Дальше.

Я поняла, что его больше всего интересует и ответила:

- Войну выиграл Советский Союз. В сорок пятом, в Берлине.

Вячеслав на мгновение прикрыл ресницами глаза. Хорошо. Я попала туда, куда надо. Теперь бы кучность стрельбы удержать.

- Сталин умер в пятьдесят третьем. После его смерти к власти стали приходить генеральные секретари один «умнее» другого, - я усмехнулась на слове «умнее», чтобы ни у кого не осталось сомнения в их уме. Фамилии им бы все равно ничего не сказали, - в конце семидесятых СССР ввела войска в Афганистан.

- А что мы там забыли? - выдохнул кто-то. - Зачем нам Афганистан?

Нам?

- Не захватить… поддержать правительство, ориентированное на Союз. НАМ, - я выделила интонацией, - это было нафиг не нужно. И это поняли не только те, кто проливал там кровь… но и многие другие. За десять лет войны можно было немного набраться ума.

- Десять лет! - охнули мужики.

- Да. А потом в восемьдесят восьмом их вывели. Но Союз распался не из-за этого. На самом деле причин было очень много - экономические, политические, нравственные - весь набор. Союз к тому времени превратился в замкнутую систему, где человек оказался винтиком, без желаний, без возможности реализоваться, без денег - только политическая элита могла жить себе в удовольствие. По сути - то же дворянство, но только прикрытое громкими лозунгами о ведущей роли Партии, идеологией - это все рухнуло в одночасье. Нельзя долго жить на лжи. Вот пружина и распрямилась - отделились все республики, стали самостоятельными независимыми государствами, открылись границы с Западом и со всем миром. В девяносто первом был снят последний генеральный секретарь и теперь у нас демократия, президент.

Мужики слушали молча, только качали головой, то ли веря, то ли не веря.