Роль для попаданки - Марина Снежная

Некоторое время казалось, что темный маг не ответит. Но все же нехотя произнес:

— Раньше оно было другим. За ним лучше следили.

— Это место для вас наполнено какими-то важными воспоминаниями? — осмелев, спросила, проходя и усаживаясь неподалеку. Слишком близко не осмелилась, понимая, что тогда аура мужчины будет просто подавлять.

— Скорее, хотел понять, остаются ли они до сих пор важными, — бросил Лориан Тирмил равнодушно. — К счастью, перестали.

Сердце екнуло. И что это может значить? То, что он окончательно избавился от былых чувств? Видя, что еще немного — и он точно уйдет, не желая продолжать разговор, я выпалила:

— Вы ведь знали мою мать?.. Скажите, какой она была? Здесь не любят о ней говорить. И я почти ничего не знаю.

Лориан Тирмил снова изучающе глянул на меня, потом медленно проговорил:

— Вы на нее очень похожи.

— Я не говорю о внешности, — возразила, не удовлетворившись ответом. — Каким человеком она была?

Темный маг задумчиво улыбнулся, будто погружаясь в собственные воспоминания.

— Очень живая и непосредственная. Эмоциональная. Искренняя. Габриэлла всегда действовала порывами сердца, и это в ней привлекало больше всего. Не лукавила и не пыталась казаться лучше, чем есть, говорила правду в лицо. Ардара Катрина считала это недостатком, но ничего не могла поделать. Дочь оказалась не менее сильной и упрямой по характеру, чем она сама.

— Мне говорили, что вы просили ее руки, — замерев от собственной наглости, сказала я. Но слишком важно было вывести его на откровенность, понять, что творится в душе. — Значит, любили ее?

— Любил, — он пожал плечами. — Но это уже в прошлом. А теперь, надеюсь, вы простите меня, лирна Элисса, но я хотел бы отдохнуть с дороги.

Лориан поднялся и двинулся к выходу из беседки, но его догнал мой новый вопрос:

— После отказа вы ее возненавидели?

Он замер. Потом, не оборачиваясь, сухо сказал:

— Не думаю, что готов это обсуждать.

— Со мной? — уточнила я. — Или вообще?

Лориан резко развернулся и посмотрел с некоторым недоумением. Похоже, не ожидал такой настойчивости.

— А вам не говорили, что вы чересчур бесцеремонны? — насмешливо прищурился.

— Никогда, — я невинно захлопала ресничками. — А это так?

Он хмыкнул.

— Тогда скажу прямым текстом, чтобы больше к этому не возвращаться. Да, когда-то я испытывал к вашей матери сильные чувства. Но сделал все, чтобы от них избавиться. И придя сюда, убедился, что старые воспоминания уже не имеют надо мной власти. Ну что, я удовлетворил ваше любопытство, юная лирна? Если да, то надеюсь, вопрос исчерпан.

— Этот да, — невозмутимо отозвалась, невинно улыбаясь. — Но есть другие.

— И вы полагаете, что я стану на них отвечать? — приподнял брови Лориан, явно поражаясь моей навязчивости.

— Этого требуют элементарные правила вежливости, — отозвалась с вызовом.

— Боюсь, я не из тех, кого слишком заботят эти правила, — усмехнулся темный маг. — И мое терпение уже на исходе, лирна Элисса!

— Вы всегда такой? — я покачала головой.

— К счастью, вам недолго придется терпеть мое общество, — саркастично сказал он.

— И все же ответьте на еще один вопрос.

— Смотря какой, — он разглядывал меня с холодным прищуром, будто пытаясь проникнуть в голову. — Обещать не буду.

— Вы сейчас пытаетесь мысли прочесть? — стало не по себе от того, что он может и правда это делать.

— К сожалению, такое недоступно даже магам, — хмыкнул он. — И в любом случае, вряд ли ваши мысли представляют для меня интерес.

— Считаете пустоголовой? — осведомилась я.

— Если позволите, промолчу, — насмешливо откликнулся темный маг.

Вот ведь хам! И правда, о хороших манерах имеет весьма смутное представление. Или, скорее, плевать на них хотел!

— Из чистого любопытства, — продолжил он. — Что же вы такого хотели спросить? И попрошу побыстрее. А то эта беседа начинает утомлять.

До чего же невыносимый тип! И что я в нем только нашла привлекательного? Теперь начинала уже по-настоящему злиться. И бабка еще считала, что он может клюнуть на крючок? Бесчувственная ледышка, для которой все окружающие — пыль под ногами!

— Хотела расспросить подробнее о ритуале, который мне придется пройти, — сухо произнесла. — А не о вашей драгоценной особе, как вы, вероятно, подумали!

Издевательский огонек в глазах темного мага лишь усилился.

— Все, что вам следует знать, я уже изложил за завтраком, отвечая на вопрос арды Беатрисы. Боюсь, больше вы просто не поймете.

— Вы так считаете? — процедила, неприязненно буравя взглядом заносчивого типа.

Похоже, он один из тех, кто считает, что женщина не способна ни на что большее, кроме как пироги печь и детей рожать. А таких я терпеть не могла!

— Уж простите, — он развел руками, продолжая улыбаться, — но трудно поверить, что вы разбираетесь в тонкостях магических ритуалов.

— Судите по внешности? — я независимо тряхнула головой, отчего кукольные локоны спружинили о плечи, напоминая о том, что он сейчас перед собой видит. Может, этот облик и ввел его в заблуждение? — Считаете, что красивая женщина — обязательно глупа?

— Вы считаете себя красивой? — скептически отозвался он, за что его захотелось пришибить. Вот последнее уже совершеннейшая грубость! Да как он смеет?! — А вы еще и «скромны», как вижу! — продолжал насмехаться темный маг. — Ко всем прочим «достоинствам»!

— Ладно, забудьте! — вскочив на ноги и пылая от негодования, я ринулась к выходу, наплевав на то, что он продолжает стоять на пути.

Даже захотелось побольнее пихнуть его, устраняя с дороги. Но эта сволочь успела посторониться. А я, выбежав из беседки, еще и зацепилась за сухую ветку, попавшую под ноги. Уже теряя равновесие и во всех деталях представляя картину неминуемого унижения, почувствовала, как сильные руки подхватывают и помогают восстановить равновесие.

— Осторожнее, лирна Элисса, — послышался издевательский голос над ухом.

— Вас забыла спросить! — прошипела, поднимая на него разъяренный взгляд.

В какой-то момент ощутила, что что-то в нем неуловимо меняется. Взгляд стал другим, в нем появились странные искорки. Даже лицо будто бы смягчилось. Но это длилось лишь несколько секунд, после чего оно вновь стало невозмутимым и слегка насмешливым. Лориан отпустил меня и даже снизошел до иронических извинений:

— Прошу простить, если был не слишком любезен!

— Можно подумать, вы и правда об этом сожалеете, — буркнула, но с удивлением ощутила, что уже не так сильно злюсь.