От света не сбежать - Ольга Валентеева

Хотелось бы посмотреть, как миролюбивый эльф собирается скручивать фейри, но, учитывая характер Лаавелиона, не сомневался, что так он и сделает. Когда речь заходила о друзьях, Лави становился тверд, как скала.

– Мы будем ждать за тренировочным полем, – ответил я. – Там еще беседка неподалеку.

– Да, я понял. Не забудь об оружии. Мало ли, что у фейри в голове. И ты тоже, Ник. Я бы вообще предпочел встретиться с фейри на погосте, чтобы тебе было сподручнее поднять нам помощников, но, боюсь, он туда не пойдет.

– Обойдемся без зомби, – поморщился я. – Значит, на закате фейри должен быть на поляне. А там разберемся, чего он хочет. Заодно объясним парнишке, что злить темных нехорошо. – Покосился на Лави. – И светлых тоже.

– И все-таки странно это, – вздохнул эльф. – Зачем злить того, кто может убить тебя за долю секунды? Фейри ведь не отличаются физической выносливостью. Они еще слабее эльфов, хоть и считаются нашими дальними родственниками.

– Вот и разберемся.

За четверть часа до заката мы разошлись. Лави – к соседу, мы с Ником – на обозначенную поляну. Почему-то казалось, что фейри не придет. Он был всего лишь хлипким трусом, иначе не действовал бы исподтишка. Но вскоре на тропинке показались две фигуры. Значит, Арт не испугался и решился встретиться лицом к лицу. Я приказал себе успокоиться, но какая-то часть меня жаждала схватить фейри и размазать по поляне. Видимо, где-то в глубине поднимала голову пропавшая тьма.

Лави следовал за Артом. Эльф выглядел таким сосредоточенным, что даже стало смешно. Как еще Мрака с собой не привел? Хотя захватил же я Шуна. Шишига скакал по ветке дерева и поддерживал меня писком.

Наконец противник ступил на поляну. В закатном свете его лицо казалось бледным – значит, все-таки боится. Что ж, страх – это хорошо. Иногда он помогает скрыться от опасности. Но не сейчас.

– Ваше темнейшество, вы желали меня видеть? – Губы Арта искривила недобрая усмешка.

– Да. Ты дал Ани яд ринкоцетии? – спросил, приказывая себе сохранять спокойствие и не убивать фейри сразу, а сначала допросить.

– Я.

В его лице ничто не дрогнуло. Что это? Смелость? Безрассудство? Глупость?

– На что ты рассчитывал? – продолжил расспросы. – Что проглочу очередную пилюлю? Признаю, поначалу это было забавно, но ты перешел грань. А знаешь, что бывает с теми, кто стоит у меня на пути?

– Ты их убиваешь. – Арт улыбнулся. На этот раз – искренне. Странная улыбка. Я почему-то злился все больше и больше, словно моим сознанием управлял кто-то чужой. Не припомню, когда я вообще в последний раз настолько выходил из себя. Наверное, когда проклятие чуть не убило Ника.

– Хочешь, чтобы я тебя убил? – поинтересовался, едва сдерживая магию, рвущуюся наружу. Увы, светлую магию.

– На твое усмотрение. – Фейри пожал плечами.

– Эрин, он безумен, – прошептал Ник. – Оставь его.

Но я уже не мог просто развернуться и уйти. Мне нужны были ответы, и я собирался получить их во что бы то ни стало.

– Отвечай! – Пальцы впились в чужие плечи. – Что тебе от меня нужно? Кто тебя подослал? На убийцу не похож, да и не пытался. Кто тогда?

– Катись в бездну, Эринальд, – пожелал мне фейри.

– Кто ты? – Я тряс противника. – Может, и не фейри вовсе? Ты ведь не пахнешь, и крыльев нет.

– Я – фейри. – Арт впервые попытался вырваться. Видимо, я все-таки нащупал истину.

– Вот и проверим. – Склонил голову набок. – Ник, Лави, подержите-ка фейку.

Лави и Ник не знали о моем замысле, но привыкли слушаться меня. В большей части случаев. Поэтому быстро перехватили Арта. Тот понял, что дело нечисто, и забился в их хватке, пока я стаскивал с фейри рубашку. Раз он – фейри, то у него должны быть крылья! Точка!

– Пусти! – рычал Арт. – Пусти немедленно, нечисть! Будь ты проклят, пусти!

– Меньше дергайся, лучше будет, – по-дружески советовал я. – Чего ты боишься? Что раскрою твою ложь?

– Пусти!

– Не пущу, фейка. Не пущу, пока не получу ответы. А раз говорить ты не желаешь, найду их сам.

Ткань затрещала под пальцами, но я уже не помнил себя. Давление на голову усилилось, и это злило все больше. Обрывки рубашки упали на землю. Вот только крыльев у фейри действительно не было. Я замер в ужасе от увиденного.

На месте крыльев спину пересекали два багровых рубца, еще не до конца заживших, словно раны нанесли совсем недавно. Они выглядели воспаленными. По спине от рубцов разбегались алые прожилки сосудов. Да фейри от заражения крови умрет!

– Что, насмотрелся? – рванулся фейри. – Ты же темный, тебе чужие страдания должны быть в радость.

– Кто это сделал? – тихо спросил я.

– Да что ты за темный властелин такой? – Арт перешел на крик. – Убей меня, слышишь? Убей меня, в конце концов! Эти раны все равно никогда не зарастут, я не могу так жить!

Наверное, это было больно. Вот так лишиться крыльев.

– Кто это сделал? – повторил свой вопрос.

– Тебе какая разница? Мой прежний хозяин. Что с того? Уже год прошел, понятия не имею, где он. Ну, так и будешь смотреть?

Лицо фейри искажала ярость – и обреченность. Он жаждал смерти. Жаждал прекратить страдания. Но не к тому обратился.

– Держите крепче, – скомандовал друзьям.

Арт почувствовал подвох, снова забился, но Лави и Ник вцепились в него на совесть. Я зашел ему за спину и призвал свет. Знакомая магия, так долго сдерживаемая, наконец обрела воплощение, раскрываясь светлым куполом. Я прикрыл глаза, стараясь сосредоточиться, как учил Энтареаль, а когда увидел разорванные зеленые магические нити, позволил свету их срастить. Процесс продвигался медленно. Фейри кричал от боли и бился, мешая работать. Но я всегда был упрямым и теперь связывал воедино пучок за пучком. Ничего, потерпит, если год терпел такие раны. Наконец магически все выглядело в порядке. А вот физически – пока что нет. Свет окутал стоящую на коленях фигуру, ярко вспыхнул на мгновение – и погас. Я устало осел на землю и обхватил голову руками.

– Эрин! – кинулся ко мне Лави, выпуская притихшего фейри.

– Все в порядке, – остановил я друга. – Всего лишь устал.

Подтверждая свои слова, осторожно поднялся на ноги. Из-за такого расхода сил голова немного кружилась, но в целом самочувствие было не таким уж плохим. Взглянул на фейри – шрамы больше не казались воспаленными. Краснота исчезла, остались только зажившие рубцы. Так-то лучше.

– Слушай меня внимательно. – Арт вздрогнул и поднял голову. – Сегодня я тебя отпускаю – только потому, что мне тебя жаль. Но если ты еще раз попытаешься унизить меня или моих друзей, учти, твоя смерть будет долгой и болезненной. А теперь прочь с глаз моих.

Арт недоверчиво покосился на меня, встал с земли и повел плечами. В его глазах вспыхнуло изумление.