Отбор не приговор - Наталья Самсонова

"Заткнись", сама себе приказала принцесса. "Вот просто прикуси язык и сиди ровно". Но внутри что-то пузырилось, подбивало на глупости и провокации. Стиснув кулаки, Лотанари напомнила себе, что сейчас на кону нечто большее, чем диплом. И что на Отборе нет карцера, после которого снимают все обвинения.

"Я просто возьму себя в руки и покажу все свои лучшие качества".

Откуда-то сверху донеслось совиное уханье. Все, как по команде посмотрели наверх, туда, где за иллюзиями был скрыт балкон со зрителями. Оттуда незамедлительно раздалось:

— Простите, просто было интересно, везде ли этот эффект есть.

"Что ж, мы, хотя бы, позоримся вместе", подумала Лота и повеселела. Все-таки Лима умеет поднимать настроение.

Лотанари внимательно посмотрела на стол, за которым сидел Повелитель. Затем осмотрела столы других невест и, наконец, вернула взгляд к тому столу, за которым сидела сама. И, в общем-то, ничего не изменилось — еды не было. Ни еды, ни тарелок, ничего.

"Может, обед будет после?", подумала Лота. "Я ведь прочитала про эльфийские обычаи, но, почему-то, никаких совпадений с реальностью не видно".

От безделья, принцесса принялась рассматривать Повелителя. Потратив на это минут пять, она пришла к выводу, что эльф все-таки красив, просто ему не хватает красок.

"Он как черновой набросок", осознала Лотанари. "Как карандашный эскиз, который еще не расцветили акварелью. Интересно, если Идрис-сопровождающий какой-то повелительский родственник, то не завидно ли лорду Эйлогу? Конечно, облик Повелителя скрыт иллюзией, но он все равно высокородный. А значит, такой же бесцветный, как леди Дьердре". Внезапно, Лоте стало очень жаль эльфийского правителя. Вернее, она испытала острый приступ сочувствия — все же мужчины тоже склонны сравнивать свою внешность с чужой. А тут, как ни посмотри, а невест лорд Эйлог привлекает именно своим статусом.

— Возблагодарим Лес за дары, — звучно произнес лорд Эйлог и прижал к столешнице ладони.

Эйтин повторила жест правителя, а за ней это сделала и Лотанари.

"Надеюсь, тут кормят вне зависимости от религиозных убеждений", хмыкнула про себя принцесса. Но, опять же, если ее не покормят, она не сильно расстроится. Аппетит, как таковой, еще не появился. Да и компания не располагает к бездумному наслаждению пищей.

— Арристоэль ирлири, — не отрывая рук от столешницы, произнес эльф. — Духи Леса всегда желанные гости в моем доме.

И Лотанари могла поклясться, что услышала едва ощутимый ответ: "Арристоэль". То есть, где-то в зале, помимо целого балкона наблюдателей, есть еще и лесные духи?! Как минимум один дух мужского пола!

"Надеюсь, Лима хоть что-нибудь о них знает", понадеялась Лота.

Слуги появились незаметно. Только что зал был пуст и вот уже перед невестами расставляют блюда. На огромных тарелках, изысканно украшенные, покоились крошечные порции еды. Едва Лота успевала что-то попробовать, как служанка убирала тарелку и ставила вместо нее другую. Ложки и вычурные вилки забирали прямо из рук.

"Как хорошо, что застольный этикет люди изобрели сами", порадовалась Лотанари, когда перед ней поставили десерт. Взвившийся на дыбы единорог из сахара и безе, изумительная фигурка. Вот только стоит этот единорог на цельном куске шоколада, который подозрительно напоминает… Тут Лотанари усилием воли остановила разыгравшееся воображение и отложила вилку. Ну не может она это съесть.

— Вам что-то не нравится, леди Шан Нейрин? — Повелитель заметил затруднения Лотанари и обратился к ней напрямую.

"Да что ж ты по чужим тарелкам взглядом плаваешь", в сердцах подумала принцесса и честно ответила:

— У меня не поднимется вилка на такую красоту.

Правитель ничего не ответил, только как-то ехидно усмехнулся. Эйтин тихонечко хмыкнула и, ловко разломав своего единорога, превратила десерт в шоколадно-безешную кашу. Которую, впрочем, есть не стала. Видимо, и леди Эйтин Рлис пробило на ассоциации. Или она больше знает.

На десерт невестам отвели порядка десяти минут, после чего леди Дьердре поднялась со своего места и заговорила:

— Сейчас вас проводят в ваши комнаты. Затем, после ужина, который будет подан в ваши покои, мы все встретимся в саду. В самом его сердце. В течение семи дней мы будем принимать дары, что вы приготовили для Леса и Эльфхиира.

— Первой преподнесет свой дар леди Шан Нейрин, старшая принцесса Нериса, — это сказал Гилрин.

— Какой бы дар вы не приготовили, — поднялся на ноги Повелитель, — главное, чтобы он шел от сердца.

"Нет, он точно был среди наших сопровождающих", прищурилась Лотанари.

— От сердца, — фыркнула Эйтин и тут же побледнела, когда предательский зал превратил ее шепот едва ли не в крик.

— Вы хотите что-то сказать, — леди Дьердре подарила проштрафившейся эльфийке недобрый взгляд.

— Ни в коем случае, леди Глейрио, — тут же склонила голову Эйтин. — Откуда у меня слова или свое мнение? Я покорная дочь и сестра, примерная подданная своего Повелителя.

Леди Дьердре не удостоила эльфийку и та, побледнев, прикусила губу. Кажется, произошло что-то серьезное, но что? Лота, пользуясь прикрытием скатерти и тем, что никто из невест не встал, протянула руку и сжала ледяную ладошку Тин.

— Как насчет горячего кофе с молоком? — никого не стесняясь, спросила Лотанари у своей соседки. — Лима готовит просто потрясающий кофе, хотя сама его и не пьет.

— В этот раз буду, — раздалось откуда-то сверху. — Что вы на меня шипите? Явно же пафосная часть законч…

Ворчливый голос лисицы резко прервался, потом послышался чей-то болезненный вздох.

"Ага, зажимать лесной красавице пасть голой рукой — очень, очень неразумная идея", хихикнула про себя Лотанари.

— Первый Обед Сто Четырнадцатого Отбора Невест окончен, — с некоторой долей поспешности объявила леди Глейрио. — Леди Шан Нейрин, в ваши покои будет доставлена книга "Наставление юным лири". Вы предпочитаете книгу на языке Нериса или Эльфхиира?

— Я одинаково хорошо читаю на двух этих языках, — ровно ответила Лотанари.

"Что я сделала не так?! Может, эльфы не пьют кофе? Но те, что прибывали ко двору — пили. Да так, что только за ушами хлюпало", подумала Лота и отпустила руку Эйтин.

— Эсфи ар эльфэль, — звучно произнес Повелитель, повернулся спиной к невестам и телепортировался.

"Так вот как оно выглядит "уйти по-эльфийски", хмыкнула про себя Лотанари. Короткое "приятного дня благородным" и все, никаких долгих и нудных прощаний.

К столу Эйтин и Лотанари подошли две юные эльфийки.

— Мое имя Тилинь, я буду вашей личной служанкой, леди Шан Нейрин.

И Лота, глядя на рыжевато-золотистую косу своей эльфийской прислужницы, как-то очень четко ощутила, что впереди много интересного. Однажды принцессе довелось наблюдать процесс "дележки территории" в исполнении Лимаатрис и это было жутко весело. Точнее, и жутко, и весело. Комнаты в академическом общежитии были рассчитаны на троих, но начиная с третьего курса, Лота и Лима жили вдвоем. Не уживался с лисицей никто, кроме принцессы.