Эльфийский гамбит. Книга 1 - Наталья Белецкая

Во время прочтения книги меня вдруг осенило: похоже, Ладмила — девственница. К слову, у людей оказалось очень много синонимов этому понятию. Я еще долго не мог разобраться, что значит «не тронутая мужчиной», Ристан-то ее трогал. Или невинная. Что значит невинная? Никаких преступлений не совершала?

Ладно, это не важно. Важно, что ответа на вопрос: «Как очаровать будущую жену?» я так и не нашел, наоборот, стал больше сомневаться в своих силах. Танцевать по-людски не обучен, влезать в окна не желаю, говорить комплименты не умею. Да и с сексом проблема: я не очень опытный любовник, а ведь будет еще и боль.

Так я и уснул. Разбудил меня Рарок до отвращения довольный и уже по парадному одетый.

— Вставай, у тебя через час помолвка! — радостно сообщил он.

— Почему раньше не разбудил? — недовольно спросил я.

— А что, тебе надо долго приводить себя в порядок? Может быть, красить брови и вплетать в волосы цепочки? — провокационно спросил телохранитель.

Красили брови и вплетали в волосы цепочки мужчины, предпочитающие однополый секс. Рарок знал, что я не из их числа. Обычно таких мужчин не вызывали на поединки, да и относились к ним несколько снисходительно. Сразу же захотелось кинуть в Рарока чем-нибудь острым, но мой нож, который всегда лежит рядом, когда я сплю, он крутил в руках. Значит, сумел подкрасться и незаметно забрать.

Под рукой оказалась подушка, она и полетела в этого скрила, а под прикрытием первого снаряда я отправил второй — приснопамятный томик с историей про Мизольду. От подушки Рарок легко уклонился, но мой расчет оказался верен: книга попала телохранителю точно в лоб.

— Вот, значит, как! — он поймал томик и потряс им, — разбрасываешься знаниями! Забираю у тебя пособие по обольщению: не ценишь ты моей доброты!

— Еще как ценю! Кто, рискуя жизнью, полез для тебя за пирожными? — хмыкнул я. — А пособие можешь оставить себе, справлюсь и без него.

Мне действительно хватило часа, чтобы обмыться, одеться, заплести и уложить волосы. Настроение было отличным, не испортило его даже ворчание матери. Я примерно знал, как будет проходить помолвка. Король людей и великая матерь выйдут на середину зала, к ним подведут жениха и невесту, нам с Ладмилой свяжут руки, потом поцелуй и обмен подарками.

Наша королева подготовила хороший подарок его величеству: кинжал из вороненой стали, с магическими камнями в рукояти. Эх, жаль, что такая вещь будет лежать в сокровищнице короля людей, я бы не отказался попользоваться таким оружием. Но дорогой подарок — это знак того, что великая матерь ценит меня так же высоко, как магический кинжал.

Я не знаю, что сделали с моей невестой, но выглядела она ослепительно. В прямом смысле. Платье так и сверкало в лучах заходящего солнца. Однако мне все равно хотелось смотреть на нее, несмотря на боль в глазах. Платье обрисовывало идеальную фигуру моей будущей жены, ее лицо притягивало взгляд. Хотелось увидеть Ладмилу без этого платья и вообще без одежды.

Тогда мне пришла в голову гениальная мысль: «Раз других способов нет, почему бы не соблазнить невесту поцелуем?» Даже хорошо, что это поцелуй на помолвке. Она не будет меня отталкивать и убегать, и у меня будет возможность, показать все, на что способен.

Вроде бы даже подготовился, вспомнив все, что знал о поцелуях. Чего я не ожидал, так это своей реакции. Ее губы пахли местной ягодой, а на вкус были слаще пирожных. Хотелось коснуться не только губ и языка, хотелось ласкать ее всю, везде, чтобы она так же неумело, но страстно отвечала мне, чтобы горячо и часто дышала, вздрагивала от удовольствия. Никогда я не чувствовал ничего подобного. Никогда всего лишь поцелуй не захватывал меня настолько, чтобы я забывал, где нахожусь.

Когда король людей крякнул от удивления, а Лада отпрянула от меня и зарделась, я был готов зарычать на глупое величество. Мысли, будто ночные бабочки, разлетелись в разные стороны, мной владело всепоглощающее желание. С трудом я держал себя в руках.

Когда нас снова разъединили, усадив за праздничный стол, стало легче: вернулась способность мыслить и анализировать. Что это было? Почему я так реагировал? Неужели людишки подмешали что-то в питье или пищу? Но я ведь ничего не ел.

Что это? Шутки Рарока? Может, он сделал что-то со мной, пока я спал? Нет, не похоже, я бы знал о таком способе. Это не могут быть мои чувства, это что-то наведенное, что-то неправильное.

Я планировал понаблюдать на балу, как мужчины у людей ухаживают за женщинами, но план провалился. Мою невесту пригласил на танец усатенький аристократик, он сыпал вычурными комплиментами, а Ладмила смеялась. Я смотрел на это и придумывал сотню смертей для этого усатого выскочки. Мерзкий слизень! С каким бы удовольствием я бы вызвал его на дуэль и убил. Как жаль, что великая матерь запретила вызывать человечиков на дуэли. Ну почему Лада смеется? Мрраш! Почему я сейчас об этом думаю?! Что со мной происходит?

Во время пира я ничего не ел и не пил. Если все же что-то подлили или обкурили, то спустя время яд должен исчезнуть из организма. Полночи после я тренировался, чтобы выгнать даже тень мысли о Ладмиле, но физическая нагрузка приносила только временное облегчение. А потом все начиналось по-новой.

Вдруг прямо сейчас она целуется с этим усатым виконтом? А может уже не целуется, а занимается с ним сексом? Бездна! Что за наваждение?! Я зарычал, вскочил с кровати и заметался по комнате. Взгляд остановился на замаскированном тайном входе. Конечно, отпереть я его мог, но дверь сама закрывалась через пару минут. Как потом открыть ее с той стороны и снова попасть в свою комнату? А что, если заклинить дверь, например, стулом и поискать, скрытые рычаги?

Идея показалась здравой, стул не дал полностью закрыться отъехавшей части стены. Но вот найти, как отпиралась дверь с той стороны, долго не удавалось. Наконец, когда я уже отчаялся, раздался щелчок, дверь отъехала в сторону. Стул к тому времени несколько помялся, но это было не важно. Главное, я знаю, как войти в систему тайных ходов и как выйти. И теперь обязательно узнаю, что Ладмила со мною сделала. Это не могут быть мои собственные чувства. Не могут!