Голос сердца - Мария Морозова

Следующее утро начиналось совершенно обыденно. Я проснулась и сразу привычно проверила покои на наличие посторонних. Не обнаружив никого лишнего, поднялась и направилась в ванную, отказавшись от помощи горничных. День сегодня обежал быть теплым, поэтому достала из шкафа легкое платье приятного золотистого оттенка и уложила волосы.

Отметив, что принцесса покинула свою спальню, вышла на балкон, где мы с ней собирались завтракать, мимолетно улыбаясь яркому солнцу. Как вдруг что-то в окружающем фоне показалось мне странным. Прикрыла глаза, с минуту постояла так, прислушиваясь, а потом сообразила. Эмоции Нары, личной камеристки принцессы, были совсем не такими как обычно. В них сквозило какое-то сильное безразличие, отрешенность, даже безвольность. И это было ненормально.

— Нара, — позвала я, выйдя в гостиную принцессы.

— Да, миледи?

— Подойди ко мне.

Девушка приблизилась и вопросительно улыбнулась. Я присмотрелась. Выглядела она совершенно как всегда. На щеках здоровый румянец, улыбка вполне жизнерадостная, взгляд живой и открытый. Но мне все равно что-то не нравилось.

— Как ты себя чувствуешь?

— Все в порядке, миледи, — немного удивленно приподняла брови та.

Но ее эмоции оставались такими же ровными, как озерная гладь в безветренный день. Что за странное несоответствие внешних проявлений и внутреннего содержания?

— Нара, повернись вокруг себя, — попросила я.

Она послушно сделала оборот и посмотрела на меня все с той же доброжелательной улыбкой.

— А теперь подпрыгни. Трижды.

Девушка подобрала юбку и запрыгала.

— Дионея, что происходит? — изумленно спросила Алессандра.

— Я как раз пытаюсь понять, — ответила задумчиво, а потом кивнула Наре: — А теперь открой окно, стань на подоконник и как можно громче прокукарекай.

Камеристка, не задавая лишних вопросов, отправилась к окну, распахнула створки и попыталась залезть на подоконник.

— Нара, что ты творишь? — ошарашенно воскликнула принцесса.

— Выполняю приказ леди Дионеи, — ответила девушка спокойно.

— Нара, замри, — скомандовала я и та послушна замерла с поднятой ногой.

От принцессы повеяло страхом. Немудрено. Когда давно знакомый и в общем-то понятный человек начинает вести себя так ненормально, это явно говорит о чем-то нехорошем.

— Нара, подойди ко мне и сядь на диван.

— Что с ней? — тихо спросила Алессандра.

Склонившись к камеристке, ухватила ее за подбородок и заглянула в глаза. Белки чистые, а вот зрачки расширены. Защитный амулет, входящий в стандартный набор формы всех приближенных к императорской семье слуг, слегка светится мягким зеленым светом. Значит, он активен. Так что вывод напрашивается сам собой.

— Ее чем-то опоили, — констатировала я. — Скорее всего. Чем-то, что подавляет волю и заставляет выполнять чужие приказы.

— Опоили? — принцесса настороженно осмотрелась по сторонам. — Здесь, в Эльнуире? Но зачем?

— Возможно, чтобы она шпионила за тобой. Или за нами обеими. Или чтобы сделала что-то, нужное ее «кукловоду».

— Но она ведь давала мне клятву верности.

— Даже клятву можно обойти, — протянула задумчиво. — Если задать одурманенному человеку правильную установку, он будет искренне считать, что действует во благо.

— И все равно, — не согласилась со мной девушка. — Личные слуги, секретари, императорская гвардия — это самые доверенные лица. А магия, связавшая их с правящей семьей, безупречна.

— Что ж, — хмыкнула я. — Это нужно проверить.

— Позовем лорда Ридеона?

— Пока обойдемся своими силами.

Я присела возле камеристки и снова заглянула ей в глаза. Вчера вечером она была в полном порядке. Значит воздействие недавнее и, возможно, девушка помнит, когда это случилось.