Девушка, змей, шип - Мелисса Башардауст

Азэд отпустил ее руки, и они продолжили путь к дахме в молчании. До нее было уже не так далеко. Вскоре Сорэйя различила на вырисовывающемся впереди холме едва заметный цилиндр, при виде которого ее должны были захлестнуть ужас и отвращение. Но она едва обратила на него внимание: в голове у нее продолжали звучать слова Азэда. Она повторяла их снова и снова, пока его манера говорить, наконец, не совпала с ее сердцебиением.

Созданные словами Азэда чары развеялись лишь у подножия холма. Дахма зловеще нависала над ними. От отвращения у Сорэйи свело желудок. Она почувствовала, насколько неправильно было здесь находиться. Находиться живой. По ощущениям это напоминало тонкий слой песка на коже. Она старалась не вдыхать полной грудью, чтобы в нее не проникал витающий в воздухе дух смерти.

По мере приближения к вершине холма Сорэйя заметила бледный оранжевый свет, исходящий изнутри дахмы. «Я была права», – подумала она. Конечно, это мог быть другой йату, не обязательно лжежрец. И все же ей казалось, что кто бы ни оказался внутри, он давно ждал ее.

Сорэйя ожидала, что вот-вот Азэд скажет, что они могут развернуться и уйти. Что ей не обязательно доводить начатое до конца. Но он этого не сделал, да и она не была уверена, что хотела от него этих слов. Вместо этого она с удивлением обнаружила, что сама выступила в роли человека, предложившего другому лазейку.

– Лучше подожди меня здесь.

– Так не пойдет, – покачал голой Азэд. – Либо внутрь, либо в обратную дорогу, но только вместе.

Вот он, шанс повернуть назад, которого она ждала. Но Сорэйя знала, что не может так поступить, ведь они уже так далеко зашли.

– Мое проклятие меня защитит, – возразила она. – Я хочу сделать это в одиночку.

Едва эти слова слетели с ее уст, как она тут же поняла, что так оно и было. В этом действе, обещающем распутать нити ее судьбы, было нечто сокровенное. Нечто такое, что ей не хотелось ни с кем делить.

Азэд нахмурился, однако ее решительность, должно быть, произвела на него впечатление, потому как он все же понимающе кивнул.

– Я буду неподалеку. Если понадобится помощь, просто позови.

Сорэйя согласилась, вдохнула холодный ночной воздух и двинулась в направлении дахмы. Она никогда не бывала внутри, что неудивительно: лишь носильщики тел усопших заходили туда. Входя, она готовилась к самому плохому. Будет ли дахма полна полуразложившихся или обглоданных птицами-падальщиками тел? Может, она застанет йату за ужасным ритуалом с использованием частей тел усопших? Ей вспомнились все истории, какими запугивали детей, чтобы они не подходи к дахме. «Если ты зайдешь в дахму или слишком много времени проведешь подле тела усопшего, то Нива, див трупного разложения, найдет тебя и нашлет болезнь».

Однако, едва войдя в дахму, Сорэйя перестала чувствовать ужас и отвращение. С ней осталось лишь ощущение непередаваемой пустоты.

Внутри у дахмы оказалось два уровня. Сорэйя стояла на верхнем, представляющем собой выступающую платформу, образующую кольцо по периметру дахмы. Повсюду вокруг платформы виднелись прямоугольные углубления, по размеру в самый раз подходившие для могил. К огромному облегчению Сорэйи, все могилы оказались пусты. У постройки не было крыши, чтобы внутрь могли залетать птицы, отчего воздух не был столь затхл и отвратителен, как она ожидала. К тому же над головой сверкали звезды.

Платформа, на которой стояла Сорэйя, имела легкий уклон к яме в центре дахмы. Сорэйя аккуратно приблизилась к проходу между могилами, расположенными в три ряда. Проходя мимо третьего ряда, в котором находились самые маленькие могилы, она поняла, что они предназначались для детей.

Дойдя до края платформы, Сорэйя поддалась сомнениям. Она видела, что в расположенной ниже яме горел огонь, свет от которого они видели снаружи. Однако больше она ничего и никого не видела. Сорэйя пожалела, что настояла на том, чтобы Азэд остался снаружи.

«Зачем тебе вообще кого-то бояться?» – раздался у нее в голове вопрос Парвуанэ. Разве див не была права? Сорэйя была опаснее любого человека, какого ей доводилось встречать. Набравшись уверенности, она присела на край платформы и соскользнула вперед, приземлившись на землю.

У нее из-под ног поднялся мелкий белый порошок. Сорэйя осознала, что происходит с костями после того, как стервятники завершают свою трапезу.

В свете огня Сорэйя различала очертания заложенных в стены решеток. Наверное, стоки для дождевой воды. Она подошла к огню и увидела бурдюк для воды и пустую миску с остатками жаркого. Стоило Сорэйе полюбопытствовать, где же хозяин этих вещей, как у нее за спиной раздался голос, похожий на скрежет камня по камню.

– Кто ты? – молвил голос, и Сорэйя его узнала. – Что тебе надо?

Сорэйя рывком повернулась и увидела седого мужчину, стоящего в тени под платформой. Волосы и борода его были неухожены, а глаза красные. Он оказался ниже, чем она помнила. И все равно от его вида ей захотелось сжаться в комочек и отступить. Захотелось избежать осуждения как с его стороны, так и со стороны Создателя. «Зачем тебе вообще кого-то бояться?» – напомнила себе Сорэйя, и сжала опущенные вниз руки в кулаки, собрав в них свою решимость.

– Вы меня не помните? – спросила она ровным голосом.

Мужчина непонимающе уставился на нее, но затем сделал вдох и заговорил.

– Покажи мне свое лицо, – потребовал он, приближаясь к ней. – Покажи, если ты действительно та, о ком я думаю.

Сорэйю вновь обуял страх. Но все же она повернулась к огню, подняла трясущиеся руки и сбросила шаль, открывая старику лицо и струящиеся в нем реки яда, проступающие в ее венах по вине отчаянно колотившегося сердца.

Глаза старика сверкнули: он узнал ее.

– Я помню тебя, шахзаде. Помню ту ночь, – сказал старик с усмешкой. – Напугал я тебя тогда, не правда ли?

Лицо Сорэйи обжег гнев. «Я могу протянуть руку и дотронуться до него. Вот и посмотрим тогда, кто из нас окажется больше испуган», – подумала она. Но нет, Сорэйя не могла навредить ему. Он был ей нужен.

– Вы прятались здесь с тех самых пор? Я думала, йату более могущественны. Разве вы не можете использовать свое колдовство и сбежать?

– А как так вышло, что меня тут никто так и не нашел? – парировал колдун с кислой улыбкой, разведя руки в стороны. – Я наложил заклятие на дахму, отгоняющее желающих причинить мне вред. Однако без книг я могу насылать лишь мелкие проклятия на деревенских, используя останки их родственников.

Слово «проклятия» отдалось эхом у нее в голове, будто шипение змеи. Оно напомнило Сорэйе о цели ее визита.

– Я могла бы раздобыть ваши книги, если их не сожгли.

– Полагаю, не за просто так? – фыркнул в ответ колдун.

– Вы были верховным жрецом и должны знать, где лежит перо Симург. Расскажите.

Если вопрос и удивил йату, то он не подал виду. Он ненадолго смолк, обдумывая ее предложение, а затем кивнул.