Обратный отсчёт - Константин Бояндин

Второй куплет пошёл ещё легче и задорнее. Песня закончилась, и Вадим с удивлением отметил, что настроение, внезапно, стало отличным. Несмотря ни на что.

— Полегчало? — спросил Травматург. — Отлично, значит — правильно выбрал. Ещё раз!

На этот раз синтезатор сыграл всё от начала и до конца без участия человека — умная вещь! А Травматург взял саксофон и ещё раз удивил Вадима — во время проигрышей добавлял очень даже интересные импровизации. Так-так, об этом его хобби в книгах не было ни слова. Интересно, почему?

Был третий раз, и был четвёртый. После четвёртого Вадим почувствовал себя странно — стало жарко, но не так, как бывает после больших физических нагрузок или на жаре — ни пота, ничего такого — просто ощущение зноя, которое, при этом, не мешало.

И тут раздались аплодисменты. Вадим оглянулся. Лаки и Док.

— Так ты говоришь, у тебя нет голоса? — Док улыбнулся. — Вилли, промотай, пожалуйста.

Травматург кивнул, и на экране началось «кино». Вадим чуть не сел. Так всё это записывалось! А предупредить? И прислушался: может, у него голос и не очень выдающийся, но — спел всё чётко, ни разу не сфальшивил.

— Никогда такого не было, — признал Вадим. — Как это случилось? Мне третьего дня ещё Галка выговор сделала, чтобы не издевался над её слухом.

Лаки и Док переглянулись.

— Будем разбираться, — сказал Док. — К слову, как раз хотел забрать тебя на профильное исследование. Опиши подробно, что ты чувствовал после каждого исполнения.

Вадим рассказал. Упомянул об ощущении жара.

— Всего на четвёртый раз! — удивился Док. — Это хорошо. Значит, «шарманку» подобрали правильную. Вилли, там по твою душу — в морге ждут. А мы продолжим. Да, надо было предупредить, что записываем. Упущение. Так что предупреждаю: профильное исследование также записывается. Лаки, не занята? Будешь наблюдателем?

Лаки кивнула и улыбнулась. «Не пугайся», услышал Вадим её голос прямо в голове. «Это не страшно. И это не экзамен, неправильных ответов не бывает».

— Что ты там ему нашёптываешь? — подозрительно воззрился Док. Лаки расхохоталась и чмокнула его в щёку.

— Не ревнуй! Ему сейчас трудно, неужели не понимаешь? Уже и ободрить нельзя?

— Это можно, — великодушно разрешил Док. — Идёмте. Вход здесь.

Повторилось то же, что было в предыдущий раз: пропуск на руке Вадима однократно загорелся жёлтым. Проход разрешён, но в сопровождении.

* * *

— Пусто, — доложил Зеленцов, повторно появившись в наблюдательной комнате. — У Петренко нет передатчика, нет имплантов.

— Хоть одна приятная новость, — проворчал Панкратов. — Как проснётся, вызовите меня — отвезём домой.

— И приставим охрану, — добавил Колосов. — Чую, пару дней надо понаблюдать.

— Согласен, — кивнул Панкратов. — Займитесь Груздевой, капитан. Строго по протоколу, всем сотрудникам — костюмы. Пробросьте нам видео сюда.

— Есть! — и капитан отбыл.

— Если вам интересно, — Агата, до того момента молчавшая, внезапно вышла в эфир. — Петренко не лжёт. Точнее, считает, что говорит правду. Но посмотрите сюда. — И Агата пустила повтор видеозаписи допроса. — Видите её правую руку?

— Она что-то выстукивает, — отметил Панкратов. — Что именно?

— Число «43893», снова и снова. Я проверила. Плетнёв играл в «System Shock 2», даже записывал ролик на рекордно быстрое прохождение игры.

— Понятно, откуда Шодан. — Панкратов вытер платком лоб. — Но сама Петренко не играла?

— Она — нет. И никаких признаков у неё дома. Все фото- и видеоматериалы авторства Плетнёва «Аргус» сохранил сразу же. Учётная запись Плетнёва удалена вместе со всем контентом двадцать часов назад.

— Интересно, кто удалил? — спросил Колосов.

— Отправила запрос, но пройдёт минимум сутки, прежде чем ответят.

— Отлично, держи в курсе. Капитан, что там у вас?

— Найден передатчик, товарищ полковник. Готовы запустить активацию.

— Лейтенант Архипов, вы готовы?

— Так точно, товарищ полковник. Ждём сигнала.

— Сигнал откуда-то поблизости, — заметила Агата.

— Очень надеюсь, что не из этого здания. — Панкратов вздохнул.

На видео Груздева открыла глаза и попыталась усесться — ничего не выйдет, руки и ноги надёжно зафиксированы. И тут же, как по методичке, сигнал — попыталась обработать тех, кто поблизости. И здесь ничего не выйдет, они в костюмах. И вот тогда…

— Есть сигнал, товарищ полковник. Ждём ответа серверов.

Секунды текли медленно — Груздева всё пыталась освободиться, но тщетно. На лице её держалось выражение безразличия.

— Есть координаты, товарищ полковник! Сигнал из соседнего здания, из подвала!

— Спецназ пошёл! — приказал Панкратов. — В соседнем здании куча конторок, и ресторан, — пояснил он. — Подвал, официально, никем не арендуется. Сигнал подтверждён? Снотворное Груздевой, и включите подавление связи. Плевать, я сказал — отключить всю мобильную связь, исполнять!

Здание вздрогнуло, погасло всё освещение — и секунд через пять вновь включилось. На окрестных зданиях разом погасла реклама, выключилось освещение.

— Лейтенант, что произошло?

— Электромагнитный импульс, товарищ майор. Мы уже в подвале, сейчас будет картинка.

Да уж. Картинка так себе — радоваться нечему. Сплошной дым, кое-где искры и вспышки.

— Семнадцать серверов, товарищ майор, — доложил Архипов. — Кто-то привёл в действие электромагнитную мину.

— В двух шагах от нашего отделения, — понизив голос, сказал Колосов. — Генералу это не понравится. Собирайте всё, что можно, — сказал он громче, в микрофон. — Зеленцов, что там с Груздевой? Что с передатчиком?

— Передатчик неактивен, товарищ полковник. Объект в состоянии глубокого сна.

— Удаляйте передатчик. Затем займитесь остальными объектами.

— Успела деактивировать? — поинтересовалась Агата. — И почему серверов семнадцать? Их число всегда кратно трём.

— Оцепить все улицы на два квартала вокруг! — распорядился Панкратов. — Задержать все транспортные средства, способные вывезти серверы. Выяснить, кто проезжал мимо этого здания за последние полчаса.

— Не хочу тебя огорчать, Миша. — Агата — само спокойствие. — Но думаю, уже поздно.