Жена хранителя теней - Наталья Самсонова

Я кивнула на зеркало. И на короткое мгновение я увидела невысокую улыбающуюся девушку. Которая и правда была очень сильно похожа на меня. Вот только по ее фигуре сразу было видно: она воин. Сильные руки, жилистые кисти и тренированные бедра, обтянутые черными штанами. Подмигнув мне, она растаяла.

— Ты не напугал меня. — Я подошла ближе и коснулась его плеча. — Ты не можешь напугать ту, что готовилась постоянно сражаться за свою жизнь и магию. Хранительница Знаний, помнишь?

— Помню, — он повернулся ко мне и улыбнулся, — помню.

Он был так близко, что мне стало не по себе. Хотелось отступить назад или прижаться сильней. Хотелось коснуться его кожи. Узнать, каков на вкус его поцелуй.

«Лиарет, бесстыдница, о чем ты думаешь!» — осадила я сама себя и, нервно улыбнувшись, отступила на шаг назад.

— Так что нам ждать от Корвуса Версоя?

— Его цель — уничтожение Зеркала, — медленно произнес Данриэль. — С недавних пор он стал содержать научный отдел при Сагерсткой Академии Магии. Думаю, Корвус ищет способ справиться с Разломом.

— И когда он его найдет…

— Если он его найдет, то я сам усыплю Таэсс-Харн, — спокойно сказал Хранитель Теней. — Даже Тени не всегда успевают прибыть на место прорыва и вовремя спасти людей. Иногда одержимые духом маги добираются до Кальстора, нашей столицы. Только за последние десять лет это произошло трижды. Были жертвы.

Мы прошли сквозь арку, и я успела заметить, как тени выплеснулись из Зеркала. Выплеснулись и заполнили собой все пространство.

— Письмена на стенах, — невпопад произнесла я. — Это ведь имена?

— Да, — кивнул Данриэль. — Имена тех, кто был удостоен чести стать Тенью.

Удивительно, но обратный путь был куда короче. Всего несколько поворотов, и мы вновь вышли к балкону. Где уже стоял стол, покрытый белоснежной скатертью. Помимо этого нас ожидал серебряный кофейник, крошечные чашечки и горка колотого шоколада в хрустальной вазочке. Не люблю кофе.

— Кофе?

— Я люблю только запах, — честно призналась я.

— Пробовала добавлять сахар и сливки? — прищурился Данриэль.

— Нет. А разве так можно?

— О, тебя ждет много чудесных открытий.

Хранитель Теней усадил меня за стол и хитро улыбнулся. После чего на столе появился сливочник и блюдце с сахарными фигурками.

Получившийся напиток нельзя было назвать кофе… Или можно? Я совершенно не разбираюсь в этом модном напитке, который в Онхельстере употреблял только алвориг Даллеро-Нортон. Но, в общем и целом, сладкая коричневая жижа мне понравилась. Хоть она и не шла ни в какое сравнение с цветочным чаем.

— Мне показалось, что Хранитель Закона странно на меня смотрел, — медленно произнесла я и положила в рот кусочек восхитительнейшего шоколада.

— Не показалось, — мрачно ответил Дан. — Ты действительно похожа на Талану. Признаюсь, я этого не заметил.

Не знаю почему, но мне стало приятно. Значит, для Дана я — это просто я, а не ставшая Тенью северянка.

— Вы не были знакомы? — спросила я.

— Были, — задумчиво отозвался Хранитель Теней. — Квэнти Риасой была воспитанницей моей матери. Можно сказать, что Талана была мне как сестра, но виделись мы очень редко. Мать с отцом жили в своем доме, в Кальсторе. Впрочем, они и сейчас там живут. После того как на моей руке загорелась метка Теней, я уехал в Таэсс-Харн. Родители не лучшим образом отреагировали на это. А уж после того, как Талана решила стать Тенью… В общем, мы не поддерживаем отношения.

«Мужчин жалеть нельзя, — напомнила я себе. — Они не способны принять жалость».

Потянувшись вперед, я, не без внутреннего протеста, коснулась его руки.

— А ты пробовал сам им написать?

— Письма возвращались нераспечатанными. — Он серьезно посмотрел на меня и тихо сказал: — Не заставляй себя.

— Что?

— Не заставляй себя прикасаться ко мне. Я же вижу, что тебе это тяжело. Пусть все идет как идет.

Я отдернула руку и нервно выдохнула:

— Я не заставляла. Когда мы отправляемся?

— Сегодня после обеда, — Данриэль чуть улыбнулся. — Вечерний прием, затем приватная беседа, и мы вернемся в Таэсс-Харн. Благо, что платы позволяют не оставаться на ночлег.

Коротко кивнув, я допила безбожно остывший кофе и неловко замерла. Вероятно, мне стоит уйти, чтобы подготовить одежду для визита. Но уходить не хочется. Вот совсем не хочется. Данриэль не выглядит несчастным, но мне почему-то кажется, что я нужна ему. Что мое присутствие желанно для него. И что мое неумение прикасаться к людям причиняет ему боль. Но я просто еще не привыкла, что могу, что имею право протянуть руку и поправить его волосы.

Над столом появилась серебряная искорка. Описала круг и пропала. Пока я соображала, что это может быть, Дан легко поднялся и сказал:

— Слуги собрались.

Я встала и тут же тихонько охнула: замерцав, стол исчез, не оставив после себя и воспоминаний. Данриэль рассмеялся:

— Наш замок полон сюрпризов. И он очень хочет тебе понравиться.

Прикоснувшись ладонью к прохладной стене, я искренне сказала:

— Таэсс-Харн уже мне нравится.

— Я рад.

«Но от чертежей я бы не отказалась», — подумала я через пару минут. Данриэль уверенно вел меня сквозь хитросплетения коридоров и при этом успевал показывать на статуи и называть имена Теней, которые их сотворили. Я же едва могла хоть что-то рассмотреть, а уж про запомнить дорогу… Ох, совсем не выходило.

Слуги собрались в главном зале. Как мне сказал Дан, в этом же зале мы будем давать приемы.

— Если найдутся те, кто захочет приехать в Таэсс-Харн.

— Но ведь Тени защищают Север, — нахмурилась я.

— Не все так думают, — хмыкнул Данриэль и вывел меня в центр зала.

Стоя рядом с ним, я внимательно осматривала замерших передо мной людей. Девушки в светлых форменных платьях, несколько женщин постарше. Высокий мужчина со шрамом на лице, молодые парни в темной форме.

«И всех этих людей я должна запомнить по именам», — с ужасом подумала я.

— Я, Данриэль А-Гару Алсой, Повелитель Льда, Великий Лорд Северных Земель, Хранитель Теней Сагерта, представляю вам Лиарет Даллеро-Нортон, мою невесту, будущую хозяйку Таэсс-Харна.

После его слов повисла тишина. В Онхельстере я бы взяла слово и рассказала, как я вижу нашу дальнейшую жизнь. Но здесь, на Севере, традиции были иными. Они должны склониться передо мной, признав своей хозяйкой. Или не склониться — и тогда нам придется всех рассчитать.

Наверное, я буду вспоминать эти несколько минут всю оставшуюся жизнь. Причем нельзя сказать, что люди смотрели на меня недобро или как-то иначе высказывали свои сомнения. Возможно, они хотели увидеть мой страх? Или мои слезы? Ожидали, что я топну ногой? Вот уж нет. А потому я заставила себя расслабленно и доброжелательно улыбнуться. Хотите постоять? Постоим.