Тимереки - Лаванда Риз

Кей пошатнулась. В душе всхлипнула холодная тоска. В сердце так защемило от боли, что она не выдержав, присела на край ложа, схватившись рукой за грудь.

– Нет … нет! Неужели это неизбежно, – испугано прошептала она.

– Да, мы будем драться. На то мы и воины. Для воина честь умереть в бою.

Кей застонала, закусив губу, она отвернулась, смахивая слёзы.

– Не бойся, солнце! Это не первая моя битва. В нашем племени много достойных воинов. Тимереки отстоят свои земли. Не бойся, не надо плакать, – Алмир крепко обнял её. – Всё будет хорошо моя любимая!

– Я очень боюсь за тебя! У меня здесь, – Кей, рыдая, стукнула себя в грудь, – Нехорошее предчувствие. У меня так болит душа, Алмир!

– Успокойся, со мной всё будет хорошо, я всегда буду с тобой.

Полог шатра резко откинулся, встревоженный голос воина окликнул своего вождя:

– Алмир! Бандерлоги напали! Они пересекли наши территории. Ястребы насчитали несколько сотен воинов.

Алмир повернулся к Кей.

– Мы увидимся ещё, не плачь. И помни, я люблю тебя, всегда буду любить. Уходи с остальными женщинами в джунгли, к святым источникам. Слышишь? – он поцеловал её в губы и, подхватив оружие, покинул вигвам.

Кей сползла на пол и свернулась калачиком. К горлу подступил огромный ком, а плечи сотрясались от беззвучного рыдания. Она не могла понять, что с ней, в сердце вонзилась такая невыносимая боль! Ей хотелось выть от этой раздирающей тревоги.

Кей собралась с силами и вышла, направляясь к главной площади. Воины, большими вооруженными группами покидали селение. Кругом царил страх и суматоха, крики, слёзы, оружие, женщины собирали детей, барабанщики отбивали военный клич.

В этой беготне она натолкнулась на Рагнара, с которым они не общались с тех самых пор, когда он нашел её в джунглях. Рагнар, схватив её за плечи, быстро произнес:

– Где твой рог?

– В шатре, – пролепетала заплаканная Кей.

– Иди и возьми его. Повесь на шею, спрячь в карман, но держи его при себе! Ты меня слышишь? – Рагнар почти кричал из-за шума. – Он спасет вас! Ты поняла?

Она кивнула ему, и он бросился собирать остальных воинов для обороны селения.

Кей все-таки послушала его и, вернувшись, забрала рог. Присоединившись к остальным женщинам, покидающим селение, Кей пошла вместе с Мэл, Литой и Анжелой к святым источникам.

– Как думаешь, тимереки отобьются? – спросила Мэл.

Пожав плечами Кей ответила, стараясь и сама поверить в это:

– Конечно, ведь они уже воевали.

– Но я слышала, что эти бандерлоги жуткие и опасные! – выдохнула Лита. – Что будет с нами!

Анж вскрикнула и, согнувшись пополам, оперлась руками о ближайшее дерево.

– Анж, что? – Кей взяла её за руку.

– Началось, кажется, я рожаю, – Анжела подняла испуганное лицо.

Девушки, переглянувшись, побледнели.

– Ну, ты и время выбрала. Может, потерпишь? – выдавила Мэл.

– Кто-нибудь из нас умеет принимать роды? – Кей обвела подруг глазами.

– Я смогу потихоньку идти, – прошептала Анжела.

– Мы отстанем от остальных, вряд ли нам сейчас кто-то захочет помочь, они боятся. – Лита истерически крутила головой то в одну, то в другую сторону.

– Ничего, я знаю дорогу. Мы же не бросим Анж. Если хочешь, иди быстрее, а я останусь с ней, – проговорила Кей, поддерживая роженицу под руки.

– Ладно, мы все будем держаться вместе. Лита, не впадай в отчаяние! – Мэл, взглянув на Кей, утвердительно произнесла: – Мы справимся!

Они шли очень медленно, а когда начинались схватки и вовсе останавливались. Анж стонала и кусала себя за пальцы. На полпути она легла на землю громко крича.

– Я не могу больше! Я не могу идти! Оставьте меня! Оставьте меня здесь одну!

– Сейчас, разбежались, – буркнула Мэл.

– Давайте перетащим её в те заросли, хотя бы укроемся от посторонних глаз, – Кей кивнула на густой кустарник.

– Они всё равно нас услышат! – Лита, стонала от страха почти как Анж.

– Не ной, лучше помоги, – Мэл подняла Анжелу под мышки. – Кей, как думаешь, сколько это будет продолжаться?

– Я не знаю, сколько будут длиться роды и чем закончиться эта проклятая битва, – всхлипнула Кей, еле держа себя в руках.

– Ну, в одном нам точно повезло. Роды Анж хотя бы отвлекут нас от сражения племён, – добавила Мэл.

Это было двойное сражение жизни и смерти. Со стонами и кровью, криками, ранами, ударами мечей, с пробитыми копьями телами, с отчаяньем и надеждой.