Ведьма по обмену - Дора Коуст

Последним, с кем мы еще не поговорили, являлся секретарь. Этот пожилой мужчина так же, как и повариха, работал в мэрии уже давно, но показался мне гораздо приветливее остальных.

Правда, его показания сильно отличались от того, что говорил нам нынешний мэр.

– Хороший был человек. Справедливый. Я к нему на службу в самый первый год заступил, так что всякое довелось увидеть. И как из нищеты город вытаскивали, помню. И как неурожай был, помню. И как от нечисти Кентерфил очищали. Любили его все, вот вам крест! Он всего себя отдал этому городу. Ни жену не завел, ни детей, потому что времени всегда не хватало. И днем здесь сидел, и по ночам работал. Жаль его, конечно. Я в эти байки про воровство и побег сразу не поверил, потому что не о нем это, а теперича вот как вышло.

– А вы не могли бы припомнить, кто в тот последний день присутствовал в здании мэрии?

– Отчего же не припомнить? У меня все запротоколировано. Кто на прием был записан, кто так приходил. А кроме того, мы вчетвером были. Мы же каждый день здесь с утра и до вечера находились, не то что сейчас. Сейчас-то уже совсем не то…

– Господин Бельвган, если что, меня ни для кого нет, – выглянул из-за двери мэр. – О, вы еще здесь?

– Уже уходим, – премило улыбнулась я.

– Господин Бельвган, можно нам тот документ, о котором вы говорили?

Документ нам не дали, потому что это отчетность, но имена, фамилии и время посещений мы переписали. Правда, я была не уверена, что нам это поможет. Обойти всех – обойдем, но ведьмовское чутье говорило, что разгадка где-то на поверхности.

– Кроме мести, других причин я не вижу, – произнесла я, когда молчание затянулось.

Мы переходили дорогу, возвращаясь в здание городской стражи.

– Среди опрошенных явного мотива не было ни у кого, – согласился со мной ведьмак. – Помощник мэра мог и не стать мэром. Поварихе все равно, кого кормить, а секретарь и вовсе вел с покойным дружбу.

– Но при этом каждый из них может быть убийцей.

– Согласен. Если нет явных причин, значит, есть скрытые, – придержали для меня дверь, позволяя первой войти в приемную. – Валенсия, напиши и разнеси официальные приглашения на допрос. Мэру, его секретарю и их поварихе. И мальчишкам – сыновьям булочника и кондитера.

– На сегодня, господин следователь? – с готовностью отозвалась девушка, рукой подальше запрятывая любовный роман.

– Нет, на завтра. На разное время. Сегодня у нас еще есть дела.

– Какие дела? – полюбопытствовала я.

– Парни пойдут опросят жителей соседних домов. Вдруг кто-то что-то помнит о том дне, а точнее о вечере, когда мэра видели в последний раз. Местом убийства могла быть мэрия, а нашли покойного далеко за городом. Если переносили не порталом, то делали это ночью. Кто-то мог что-то заметить.

– Логично, – была вынуждена я признать. – Тогда стоит и мэрию осмотреть. Вдруг какие-то улики остались.

– Этим тоже займутся офицеры, но уже завтра.

– А я? – собиралась обидеться собственно я, потому что меня, по-моему, снова решили прокатить с расследованием.

– А вы, госпожа ведьма, а точнее, мы сегодня займемся другим важным делом. Как вы смотрите на прогулку по кладбищу?

Нет, меня и раньше некоторые смельчаки приглашали на свидания, но чтоб на кладбище... Согласилась я из чистого любопытства, хотя на самом деле других вариантов у меня просто не было.

Наша послеобеденная прогулка являлась не чем иным, как очередным расследованием. Оказывается, не меня одну заставил напрячься серебряный крест, а если конкретнее – то, что под ним было замуровано. Жозефу тоже показалось странным это захоронение.

– Утром я сделал запрос и выяснил, что это захоронение никому не принадлежит. Больше того, по документам это место должно быть свободным, а это означает…

– А это означает, что кого-то там похоронили незаконно.

– Если похоронили, – исправил меня мужчина, ловя для нас телегу.

– Думаете, заперли, как в тюрьме?

– На это намекает серебряный крест. Не раскопав, не узнаем.

– Вы шутите! – громко удивилась я, чем напугала и коня, и возничего.

– Нисколько, – довольно улыбнулся Жозеф, будто именно такой реакции и ждал. – Умеете держать защитный контур?

Он был сумасшедшим! Даже сумасшедшее меня!

Хотя… У него мать ведьма, так что есть в кого.

Держать контур защитного купола я умела. Без этих знаний меня бы за порог ведьмовской школы не выпустили, да только имелись у нас серьезные проблемы. Ведьмак сошел с ума и собирался находиться в самом центре защитного купола, раскапывая захоронение.

– А если вас съедят? – ужаснулась я.

– Значит, практику вам подпишет кто-нибудь другой.

Я нервничала. Я так сильно нервничала, что молчала всю оставшуюся дорогу, сохраняя тишину даже на кладбище. Не боялась, нет, но волновалась однозначно. Была бы я одна, не сомневалась бы ни на секунду. Сейчас же я несла ответственность не только за себя. К сожалению.

– Да не волнуйтесь вы так, госпожа ведьма, – усмехнулся мужчина, вооружаясь лопатой.

– Я не волнуюсь! – психовала я, пытаясь замкнуть защитный контур.

Получилось только с третьей попытки, но получилось же!

– Шаг назад, – скомандовал Жозеф и…

Вытащил из земли серебряный крест, откидывая его в сторону, словно он ничего не весил.

Мы оба замерли на местах. Я так вообще не дышала, ожидая, что вот-вот появится тот самый треск или неясный скрежет. Где-то шелестела трава. Вот ворон перелетел с ветки на ветку.

– Странно, – прошептала я, едва размыкая губы. – Ты слышишь что-нибудь?

– Ничего, – нахмурившись, снял мужчина плащ, бросая его на лавочку.

Расширившимися от изумления глазами я наблюдала за непотребством:

– Ты что делаешь? Вы…

– Раздеваюсь, – улыбнулся Жозеф. – Не хочу испачкать рубашку. И да, можно на «ты».

Я старалась не смотреть. Честное ведьминское, старалась не смотреть, но любопытный взгляд то и дело возвращался к мужчине. Рельефные мышцы играли на солнце, красивые изгибы привлекали взор.

Кажется, я покраснела, а потому на время отвернулась, чтобы прийти в себя. Вдох, еще один вдох и выдох. Нещадно не хватало Кота с его едкими комментариями. Вот кто мог бы испортить всю малину в мгновение ока.

Говорят, что можно часами смотреть на то, как горит огонь под котлом, как стекает дождь с крыши и как работает кто-то другой. Если этот другой будет так же хорошо сложен как ведьмак, то я трижды согласна.

– Госпожа ведьма, посмотри-ка, – окликнул меня Жозеф.

Смотреть в землю! Смотреть в землю! Смотреть в землю!