Темные тропы - Антон Кравин

Рядом шлепнулась вторая граната. Данила тоже упал, и вовремя: грохнул взрыв, немного оглушив его.

Момент.

И Картограф.

Первый погиб. Но второй жив и где-то рядом. Во что бы то ни стало надо заполучить его – иначе получается, что Момент погиб зря.

По лагерю начали работать еще и пулеметчики. Выстрелов в общем гаме слышно не было, но пули на излете стали часто-часто падать в грязь. Полыхало несколько палаток после прямого попадания гранаты.

У Данилы не было ни оружия, ни напарника, чтобы прикрывал спину, – минимальные шансы выбраться из этой передряги живым. Чтобы увеличить их, прежде всего надо было обзавестись стволом.

Он подполз к ближайшей огневой точке – там как раз раскладывал запасные обоймы снайпер, – огляделся, прыгнул вольному на спину и схватил его за горло, сжимая локтевым сгибом сонные артерии. Снайпер попытался было сопротивляться, но Данила обхватил его ногами за талию и прогнулся в спине назад. Снайпер захрипел и обмяк. Данила досчитал до пяти, ослабил захват, отпихнул бесчувственное тело и провел быструю инвентаризацию трофеев.

Больше всего его интересовал пистолет как оружие ближнего боя. Снайпер был вооружен стареньким «смит-и-вессоном» модели «Милитери-энд-Полис» – Данила мысленно одобрил выбор, проверил магазин и наличие патрона в стволе, после чего сунул пистолет за пояс. Гранат, ни обычных, ни светошумовых, у снайпера, к сожалению, не оказалось, зато нашлись три дымовые шашки – полезное дело для маскировки позиции. Винтовку Астрахан поначалу брать не хотел – длинная она, попробуй, побегай с таким веслом, да и тяжелая, одна только оптика весит ого-го. Но, присмотревшись к модели, изменил решение.

«Орсис» Т-5000 под патрон .338 «Лапуа магнум»! Гарантированное поражение живой силы противника на дистанции до километра, а если руки растут из правильного места, а голова дружит с физикой и математикой – то и до полутора!

Оставлять такую прелесть Даниле не позволила врожденная хозяйственность бывалого вояки. Закинув «Орсис» за плечо, он поспешил на поиски Картографа.

* * *

Теперь штурм был ему только на руку: во время пожара или стихийного бедствия люди инстинктивно хватают самое дорогое. Если Мародер дорожил Картографом – а, судя по всему, так оно и было, – его личная гвардия сейчас ломанется эвакуировать драгоценного пленника.

Лагерь вольных, при всей кажущейся беззащитности и беззаботности, наверняка имел секретные тропинки для отхода Мародера и его приближенных. Оставалось только их вычислить.

А для этого надо было занять высоту. Данила, пригибаясь, устремился к ближайшему холму, откуда вольники вели огонь по гербовцам. Эти вольники были явно из массовки – бестолковые, вооруженные чем попало, да и стреляли скорее для создания шумового эффекта, чем надеясь кого-нибудь поразить.

Все-таки Мародер, гнида такая, толково придумал: небольшой элитный отряд, хорошо подготовленный и вооруженный, – и масса пушечного мяса, которое не жалко пустить в расход.

Данила вбежал на пригорок и с ходу, не сбавляя шага, трижды выстрелил из пистолета. Дважды попал, и два вольника – один бомжеватого вида старикан, другой – качок с бритым затылком – упали замертво. По третьему, костлявому пацану с тонкой цыплячьей шеей, Данила промазал, сам до конца не уверенный, случайно или нарочно. Но пацану хватило и пули, прожужжавшей над головой – точно взвыв, он бросил свой старенький СКС и убежал.

Высота была взята за полторы секунды боестолкновения. Неплохо, капитан Астрахан! Теперь залечь и осмотреться.

Оптика на «орсисе» была потрясающая. Даже тепловизор имелся, не говоря уже о дальномере.

Итак, что у нас есть? Слева и справа с дистанции двести – двести пятьдесят метров по лагерю ведется огонь из минометов и АГС. Огонь перекрестный, угол между директрисами – где-то девяносто градусов. Градусов на двадцать левее АГС идет ожесточенная перестрелка егерей с вольниками, трассеры то и дело рассекают ночное небо, указывая корректировщикам огня, куда стрелять. Еще одна точка прорыва – непосредственно на пересечении директрис, в самом пекле, где рвутся гранаты и мины. Точка явно ложная, егеря туда не сунутся, а вот вольников выманили прямо в мясорубку. На экране тепловизора лощина между двух холмов светится равномерно-белым цветом. Напалм там, что ли, горит?..

Это по периметру. А что внутри лагеря? Горят палатки, это понятно. Бегает пушечное мясо, ну и черт с ним. Раздают боеприпасы со склада, отлично. Где-то рядом со складом должен быть донжон замка – крепость внутри крепости, святая святых, убежище для начальства.

Опаньки! А это что? Машина?! Ну да, точно! Здоровенный «Урал», кузов обшит железом, как вагон бронепоезда. Выезжает из-под тента, где и стоял все время. Следом – разбитый «Газ-66» и новехонький «УАЗ-Патриот».

Да у Мародера тут целый автопарк!

Данила присвистнул от удивления. Запаслив ты, Мародер… Не зря тебя так прозвали.

И куда же эта автоколонна направляется? Ага, понял. Мимо полыхающей лощины, через вон ту здоровенную лужу – на прорыв. И место для прорыва выбрали правильное, аккурат между огневыми точками гербовцев. Те не будут стрелять из страха попасть друг в друга.

Смело и отчаянно. Прорыв через пекло. Значит, Мародер лагерь сдал.

Одного вы не учли, господа хорошие. Для «орсиса» – Данила сверился с дальномером – пятьсот метров вообще не дистанция. Значит, будем грабить карованы!

Лечь поудобнее. Раскинуть ноги, упереть приклад в плечо так, чтобы линия ствола продолжилась от плеча и до правой пятки. Щеку на приклад. Пистолетную рукоятку не обхватывать, а придержать нежно, пальчиками, чтобы не сбить прицел.

Теперь прицел. Поправка на ветер. Упреждение.

Левое переднее колесо «Урала». Выстрел.

Левое заднее. Еще один.

Чтобы не врезаться в затормозивший «Урал», «Газ-66» резко сдал в сторону, его занесло и развернуло капотом к Даниле. По колесу уже хрен попадешь. Ладно, целимся в радиатор.

«Лапуа», конечно, не «Баррет-50», но с такой целью справится. Передернуть затвор, послать вторую пулю туда же. Ага, задымил. Со стороны водителя «газона» – вспышка. Отстреливается, дурачок. Поднять прицел повыше, плавно выбрать спуск. Лобовое стекло – в паутине трещин, внутри наверняка кровавая каша.

Теперь «уазик». Пассажиры высыпались из него, как горох, и тут же залегли. Залегли грамотно, за двигателем и колесными дисками – единственным, что не пробьет пуля «лапуа». Ответный огонь пока не открывают, выжидают, суки.

Показалось или у одного из пассажиров связаны руки? Если так, то это наверняка Картограф.

В этот момент между Данилой и расстрелянной автоколонной легла очередь из АГС, вздыбив фонтаны земли и грязи. Когда дым рассеялся, а в ушах перестало звенеть, Данила прильнул к прицелу и увидел, как трое вольников короткими перебежками приближаются к его позиции, пытаясь заходить с разных сторон. У одного в руках был АКС-74У, он же «ксюха», бесполезный на таком расстоянии, а вот двое других, с «винторезом» и СВД, представляли некоторую опасность.