Нерушимый 2 - Денис Ратманов

Лев Витаутович не просто ругался — он извергался вулканом и вворачивал такие обороты, что их убойной силе позавидовал бы боцман, а лингвистической изобретательности — студенты филологического университета.

О, что я о себе только не узнал: и вместо мозга у меня пещеристое тело, и ушиблен я при родах, и тюрьма по мне плачет, и что выпороть бы меня, да толку, если мне в беспредельных боях, скорее всего, уже все конечности переломали…

В общем, я вежливо выслушал все претензии и предположения, не стал оправдываться, врать и юлить — что я, враг себе? Тем более, судя по смыслу жаркой речи тренера, он даже не рассматривал вариант моей победы и просто радовался, что я ушел оттуда не инвалидом. Впрочем, в последнем он не был уверен, его радовало лишь то, что я способен говорить.

— Тебе повезло, что башку твою тупую не свернули! Это ж надо додуматься — перед Новым годом туда соваться! Да ты представляешь, кто там был?

— Я победил, Лев Витаутович, — проговорил я, представляя, как он распахивает глаза и выплевывает беззвучное ругательство…

Впрочем, оно было не беззвучным. А после Витаутович сказал другим голосом:

— Повтори.

— Я победил. Мало того, я абсолютно цел и готов к завтрашнему турниру.

Я замер, ожидая его вердикт. Дисквалифицирует или нет? Будет ли для меня завтра турнир, где мне мало что светит? Почему-то хотелось, чтобы был.

— Повтори.

Вспомнился анекдот про Вовочку, который гуляет по пожарищу и просит директора повторять, что школа сгорела, потому что такой радости просто не может быть.

— Я победил. В финале дрался против…

— Да мне насрать, против кого ты дрался в финале! — снова взъярился Лев Витаутович. — Точно уцелел?

— Ну так, пара ссадин.

— Много выиграл? Впрочем, и знать не желаю. В лигу звали?

— В лигу звали, Лев Витаутович, еще до нашей с вами встречи. Но ночью была разовая акция. Мне с этими людьми не по пути.

Он посопел-посопел и выдал:

— Давай-ка ко мне домой подъезжай, пока еще чего не натворил. Погляжу на тебя. — Он продиктовал адрес и добавил: — Езжай на такси, раз ты теперь богатый. Богатый же?

— Есть немного, выдали призовые. — Я вспомнил, что сегодня совершенно не умею врать, люди чувствуют малейшую фальшь, и попытался найти причину, чтобы не ехать: — Лев Витаутович, мне предстоит еще вещи купить, а то…

— Таксисту скажи, чтобы ехал через Берлин.

— Берлин?

— Да, это бывший немецкий поселок. Так будет короче.

Я немного подумал, поискал правдоподобный предлог и понял, что Витаутович настроен решительно, и соскочить не получится, потому ответил:

— Есть через Берлин, товарищ Тирликас!

— И это, Саня… — Голос тренера не то чтобы подобрел, но стал обычного тона и громкости. — Будешь проезжать, часом Германию не захвати, понял? А то с тебя станется!

Он отключился. Плохо! Будучи худшим лжецом в мире, я поеду к сотруднику спецслужбы! Ляпну что не то — еще в шпионы запишут. Потому нужно быть крайне, предельно осторожным. И вообще, с чего бы я ему понадобился?

Или мои переживания напрасны, и старый тренер просто хочет убедиться, что я цел?

Отнеся пакеты к себе в комнату, я решил сперва отправиться к Витаутовичу и лишь потом — к Наташе. Долго ходил из угла в угол — не хотелось мне ехать к тренеру, я буду там чувствовать себя, как на допросе. А вдруг он уже что-то заподозрил? Он же тоже владеет чем-то, что в моем мире иначе, чем магией, не назовешь. Пусть у него лишь зачатки этой силы, но…

Помаявшись несколько минут, я все-таки вызвал такси.

Судя по сумме, озвученной таксистом — аж пятьдесят рублей — жил Витаутович далеко за городом. Но прежде я заскочил в магазин — не с пустыми же руками ехать! И, пока таксист ждал, шатался по универсаму, ломая голову, что купить.

Ноги сами принесли к алкогольной витрине, где я увидел армянский коньяк в запыленной обтекаемой бутылочке. Под армянскими буквами красовалось знакомое с детства название: «Васпуракан». Помню, к маме на день рождения пришли подруги с мужьями и подарили тот самый «Васпуракан». О, сколько было радости! Как будто ей вручили ключи от машины. Пока не увидел бутылку, я думал, что «Васпуракан» — что-то волшебное. Потом они долго разговаривали про «Васпуракан», хвалили его, говорили, что «мало кто может себе позволить». Я мало что понял, кроме одного: это очень крутой напиток. Сделаешь глоток — и сам крутым станешь.