Лунная радуга - Анна Порохня

Наконец, мы увидели ее белый чепец и услышали недовольный голос:

- Голубушки, а как это вы собрались на рынок, не прикрыв лица? Где ваши пристоли*?

Что? Я посмотрела на сестру, и она недоуменно пожала плечами. Ага, уже лучше, Риви тоже не знает что это такое, а значит, я не покажусь странной, если задам вопрос.

- Зачем нам прикрывать лицо?

- Оооо! – воскликнула госпожа Розмари, качая головой. – Ясно! Вы никогда не были на рынке! Благородные девицы… Хотя руки растут откуда надо… Сейчас я принесу пристоли и тогда уж пойдем.

Она поднялась на второй этаж, а я повернулась к Риви и прошептала:

- Ты что-нибудь знаешь об этом?

- Мне кажется, я что-то слышала… - неуверенно протянула она. – Но никогда не интересовалась этим. Да и зачем? На рынок всегда ездили слуги.

Госпожа Розмари спустилась минут через пять, держа в руке нечто, похожее на широкие шарфики. Накинув их нам на головы, она пристегнула одну часть ко второй на маленькую пуговку, и вышло что-то типа никаба.*

- Сейчас можете снять их, но когда будем подъезжать к рынку, обязательно наденете! Женщины не имеют права торговаться с открытыми лицами! Иначе Тистор* разгневается и накажет! – пояснила хозяйка таверны, погрозив нам пальцем. – Этот бог очень строг к тем, кто не исполняет его заветов.

Что ж, заветы бога, страдающего сексизмом, были нам даже на руку – мало ли кто мог увидеть нас на рынке, а так, какая-никакая маскировка.

Мы вышли из таверны, и пока госпожа Розмари запрягала лошадь в небольшую телегу, подпрыгивали от утреннего холода, проникавшего под одежду.

В воздухе царило затишье, а над лесом медленно поднимался огромный солнечный диск. Его яркие, ласковые лучи пробивались сквозь верхушки сосен и черных елей, озаряя своим волшебным блеском всю опушку вместе с таверной.

Хозяйка таверны показала нам на ворота. Распахнув их, мы дождались, когда телега выедет на дорогу, и уселись на золотистую солому.

- Но! Но, моя хорошая! – крикнула госпожа Розмари и серая лошадка бодро потрусила вперед. – Давай, Земляника, разомни ножки!

Когда мы завернули за громаду леса, солнце вышло полностью и накинуло на все вокруг свою золотую сеть. Природа тут же ожила и в лесной чаще защебетали птицы, загудели насекомые, а утренний ветерок приятно ласкал лицо. Прохлада растворилась между деревьями, прячась от солнечных лучей, и стало совсем хорошо.

- Сегодня должен быть замечательный день! – блаженно улыбнулась старушка, подставляя лицо под солнечные лучи. – Жаль, что ненадолго. Ну, ничего, еще две рундины ненастья и погода успокоится. Завтра пойдем за красным папоротником и в грозовую ночь поставим настойку. Тогда она получается крепкая и ароматная.

- А вы все время жили здесь? – спросила я, надеясь, что женщина хоть что-то расскажет о своей жизни. – В таверне?

- Да, она досталась мне от моей матери, - ответила госпожа Розмари и грустно вздохнула. – Я тоже хотела оставить ее своей дочери, но Агния умерла. Упала в реку, и девочку унесло течением… Ей было пятнадцать лет.

- Нам очень жаль… - я пожалела, что завела этот разговор и разбередила старые раны.

- Да… в этом году ей бы исполнилось двадцать пять лет… - старушка вытерла одинокую слезу и улыбнулась. – Я родила ее поздно. Уже и не надеялась, что у меня будет ребенок, но однажды в таверне появился красавец Мулан и вскружил мне голову. Через три дня он исчез, прихватив все мои сбережения, но оставил мне намного больше. Агнию.

- Каков подлец, - возмутилась я, и она вдруг рассмеялась, посмотрев на нас озорным взглядом.

- Но каков он был в постели! Я бы и сейчас отдала ему все свои сбережения!

Мы тоже рассмеялись, и темная туча прошлого развеялась, оставив лишь легкую грусть от этой истории.

Ехали мы где-то с полчаса и как только миновали перекресток с деревянным указателем, нам стали встречаться такие же телеги с целыми семьями. Кто-то ехал «пустой», а кто-то вез товар на продажу. Мешки с зерном, корзины яиц и другую снедь. У женщин на головах были пристоли и мы с Риви тоже накинули на головы шарфики, догадавшись, что рынок совсем рядом.

Так и оказалось. За высоким холмом, на котором желтым ковром цвели одуванчики, раскинулся большущий город.

- Вартланд… - прошептала сестра и в ее глазах появилась грусть. – Я любила гостить у тетушки…

- Прикрываем лица, милочки! – предупредила нас госпожа Розмари, застегивая свою пуговку. – Помним о завете Тистора!

Вартланд был окружен высокими каменными стенами с башнями и бойницами, а вокруг них простирались сады и возделанные участки земли, похожие на обычные огороды. Еще я заметила виноградники и длинные ряды каких-то кустов, но из-за того, что они были далеко, понять к какой культуре они принадлежали, не представлялось возможным.

Чуть поодаль раскинулось огромное озеро, а посреди него на небольшом островке, возвышался величественный замок с темными стрельчатыми башнями. От него к городским стенам тянулся арочный мост, соединяя сие готическое великолепие с местным мегаполисом.

- А вот и замок герцога Аргайла, - шепнула Риви, прижавшись ко мне теплым боком. – Ты могла бы стать в нем хозяйкой.

- Или узницей, - хмыкнула я, глядя на грозное жилище несостоявшегося мужа. – Все-таки хорошо, что у нас закрыты лица.

- Ты думаешь, герцог появляется на рынке? – хохотнула сестра и шутливо произнесла: - Просыпается ранним утром, берет корзину побольше и отправляется за бомбидорами и репой! Потом он пробует сыр, облизывает ложки с медом и, взвалив на плечи мешок с картошкой, возвращается в замок.

Мы прыснули, и госпожа Розмари с улыбкой посмотрела на нас через плечо.

- Пустосмешки.

Город окружал широкий ров с водой, набегавшей туда из озера, и к воротам вел мощный деревянный мост. Возле них дежурила стража, заглядывая в каждую телегу и тыча в солому копьями. В это время один из них, гнусавым голосом кричал:

- Все, въезжающие в город должны получить метку! Если кто-то попытается выйти из города, не имея метки, будет немедленно заключен под стражу!

- А что случилось, служивый? – спросила хозяйка таверны, протягивая руку. – Кого ловят?

- В Вартланд пробрался вор, - ответил бородатый мужчина с красным шрамом на лбу и прижал к ее запястью круглую печать. – Мотылек. Слышали о таком?

На руке госпожи Розмари появилась черная буква «В» и он повернулся к нам.

- Конечно, слышали! – воскликнула старушка. – Знаменитый пройдоха!

Нам тоже поставили отметины, и мы медленно въехали в город.

- А разве трудно нарисовать такую закорючку? – насмешливо поинтересовалась я, разглядывая безобразный знак.

- Глупая… - госпожа Розмари вскинула брови. – Эту краску использует стража, и смыть ее возможно лишь единственным раствором, секрет которого знают только алхимики герцогства. При выезде из города нам их уберут. Но если кто-то захочет обмануть стражу и нанесет себе отметину чем-то другим, она станет желтого цвета.