Проект Конкуренция - 2 - Николай Александрович Ермаков

— Так может всё же расскажете об этом месте?

— Разумеется! — девушка махнула рукой за спину и сказала, — Это дом местного лича, и с Вашей стороны было очень неосмотрительно влезать сюда без необходимых артефактов и навыков. Вам очень сильно повезло, что я с товарищами находилась поблизости, и мы смогли с первого удара его упокоить. К сожалению, и Вам при этом немного досталось.

Да, точно, теперь я вспомнил, что этих тварей называют лич! Марат про них рассказывал, после того как мы немёртвых гномов упокоили.

— А вообще, город называется Плон, — продолжила девушка, направляясь к распахнутым воротам усадьбы, — Планета Лайнор. Почти двести лет назад во время войны местные маги применили ультимативное заклятье, переоценив свои силы. В результате со всей планеты спаслись лишь несколько сотен человек, вовремя успевших эвакуироваться межмировыми порталами. Сильное искажение манофона привело к смерти и простых людей, и магов, большая часть из которых потом стала нежитью. Погибли и животные, кроме тех, что являлись носителями флексов, а это наиболее опасные представители фауны. С тех пор звери с флексами расплодились, и пару лет назад форги, воспользовавшись тем, что манофон несколько стабилизировался, открыли здесь форпосты, предоставляя возможность всем желающим подзаработать на добыче флексов и грабеже мертвых городов.

— Форги? — спросил я, уловив в её монологе незнакомое слово.

— Жители планеты Форгейн, — пояснила она, — У них достаточно сильно развита пространственная магия, чтобы поддерживать работу порталов в условиях аномального манофона.

— А для чего нужны флексы? — задал я очередной вопрос.

— Они используются в производстве артефактов, поэтому на них всегда есть высокий спрос. Флексы здесь добывали и до катастрофы, поэтому их можно найти и в домах местных жителей. Они их наряду с монетами использовали в качестве денег. Однако гораздо эффективней и безопасней добывать их в лесу напрямую из животных. А в город в одиночку лучше не соваться, особенно с твоими снаряжением и подготовкой. У тебя ведь даже щита нет! Не говоря уж о доспехе! Этот лич ведь был далеко не самым сильным, кого здесь можно встретить…

До форпоста мы шли около получаса. Сначала наш путь лежал мимо двух-трех этажных домов, аналогичных тем, что я видел ранее. Здесь девушка шла довольно спокойно, рассказывая о местных порядках и о Форгейне. С её слов я узнал, что за переход порталом на Форгейн необходимо заплатить пятнадцать флексов. А вот стоимость портала с Форгейна до Ронги может быть значительно выше — если вообще существует такая возможность.

Вскоре приличный район закончился и мы вошли на территорию местных трущоб. Здесь моя спутница прекратила разговоры, предупредив, что необходимо двигаться тихо и осторожно. Пробираясь по узким кривым улочкам между полуразвалившимися одноэтажными домами вслед за Сэйтаной, я пытался запомнить дорогу, но, откровенно говоря, получалось не очень. А ведь в том доме, где я отдыхал последний раз, остался трофейный доспех и увесистый мешок с драгоценностями и флексами. С собой у меня была лишь малая часть добычи.

После того, как трущобы закончились, а мы без происшествий вышли на поросший бурьяном пустырь, девушка вздохнула с облегчением, оглянулась по сторонам и сказала участливым голосом:

— Ты уж извини, Данил, мне не хочется тебя огорчать, но я думаю ты должен знать, — девушка вздохнула, сочувственно глянула на меня и продолжила, — Твои воспоминания о Земле не могут быть реальностью, это вымысел, хороший, качественный вымысел.

— Как это? — я аж остановился, почти потеряв дар речи.

— Жизнь не может существовать без маны, — виновато пожала она плечами, — А мана существует везде, где есть гравитация. Благодаря ей звёзды светят и дают тепло, благодаря ей существует жизнь на планетах. А там где есть мана всегда есть магия. Среди людей, разумеется, магов меньше, чем среди большинства других рас, но они есть везде, это закон природы, об этом знают все, кто сколько-нибудь сведущ в магических науках.

Да уж… Внезапно… Хотя, может ведь она ошибаться… Но что-то мне подсказывает, что она права…

Дальше мы шли молча — я старался переварить эту ошеломляющую информацию, а Сэйтана тактично не хотела меня тревожить, видимо понимая, как тяжело мне расставаться со своим счастливым прошлым. Я ведь действительно был там счастлив, правда, я этого не осознавал, жизнь была сложная, но… А на самом деле ничего этого не было. Вот тебе, Прыгун, и Юрьев день.

Еще минут через десять мы подошли к запертым деревянным воротам, от которых в обе стороны тянулись ветхие каменные стены, теряясь в вездесущем тумане. Девушка достала кинжал и несколько раз со всей силы ударила рукоятью по тёмным доскам.

— Кто там? — раздался грубый голос с той стороны.

— Сэйтана!

— А кто с тобой? — поинтересовался невидимый мне привратник.

— Чужак, его случайным порталом сюда забросило, — ответила девушка.

— А ты его проверила? — задал следующий вопрос дотошный привратник. Впрочем, Сэйтана заранее меня предупредила, что так и будет. В первые месяцы существования форпоста некоторые из охотников возвращались в Форпост в виде нежити, причем разговаривали и выглядели как живые, а зайдя внутрь и дождавшись удобного момента, устраивали резню. Поэтому сейчас все охотники носят специальные кулоны, которые в случае смерти не дадут подняться нежити.

— Конечно! За кого ты меня принимаешь? — рявкнула девушка, начиная выходить из себя.

— А где остальные дроу? — продолжил выпытывать привратник, не обращая внимания на её гневные интонации.

— Тут мы, тут, Гелен! — раздался резкий голос у меня за спиной, от неожиданности я дернулся и резко обернулся, едва сдерживаясь, чтобы не схватиться за кинжал. Сзади стояли неслышно подошедшие три парня дроу, насмешливо поглядывая на меня.

— А… Ну тогда заходите по одному, руки держим на виду, показываем кулоны! Сначала дроу, потом чужак! — дали, наконец, добро с той стороны, и одна створка ворот слегка приоткрылась ровно настолько, чтобы туда мог боком протиснуться один разумный некрупной комплекции.

Зайдя в ворота последним, я поднял руки, показывая пустые ладони. Во дворе форпоста стояли четыре суровых мужика, закованных в броню, и держали держали меня на прицеле своих арбалетов.

— На вот, держи! — один из них бросил мне левой рукой шарообразный амулет, о котором меня также предупреждала Сэйтана — при соприкосновении с кожей нежити он начинает дымиться.

За ту долю секунды, что артефакт летел в мою сторону, в голову пришла неожиданная идиотская мысль — а вдруг я