Победитель получает все - Саймон Грин

– Действительно. Не исключено, что они действовали вместе.

– Нет, Хок, это уж слишком. Ты же сам слышал, как колдунья говорила о Блекстоуне. Она и впрямь готова целовать землю под его ногами.

– Такое обожание иногда опасно. Достаточно одного разочарования, и дело принимает иной оборот…

– Да, - согласилась Фишер, - Ты прав, Хок. Визаж тоже под подозрением. Ох, черт, мы же внесли в список уже почти всех! И Сталкера?

– Не знаю, девочка. Адам Сталкер - герой, живая легенда… Но Доримант же сказал: все мы способны на убийство, если вынудят обстоятельства. А ты заметила, как Сталкер был напряжен во время нашей беседы?

– Значит, подозреваем и его?

– Да. На своем веку он убил немало людей из лучших побуждений, а в этот раз причина могла оказаться куда более земной. - Хок, тяжело вздохнув, вытянул ноги. - Клянусь, мы сделали все, что в наших силах. Заклятие Гонта действует до первых лучей солнца, выходит, ночь придется провести здесь. Дождемся дня и вызовем помощь. Судебный маг сумеет дать нам правильные ответы, по крайней мере, наложит Заклятие Истины.

– Такое заклятие способен наложить и Гонт.

– Да, ему это под силу, но мы не имеем права принуждать кого-либо подвергнуться подобному испытанию. Не забывай, Изабель, все гости - очень влиятельные люди. Для применения Заклятия Истины нужны очень веские причины.

– Ты прав, - согласилась Фишер. - Идем в гостиную. Чем раньше мы все им выложим и отправим их спать, тем быстрее освободимся и сами отдохнем.

Хок устало потряс головой. Они поднялись с кресел, и Фишер уже направилась к двери, как вдруг заметила, что Хок за ней не идет. Он стоял в центре комнаты и к чему-то прислушивался, склонив голову набок.

– Что случилось? - спросила Фишер.

– Не знаю, - медленно ответил Хок. - Мне показалось, что я слышал какие-то… Нечто странное…

Он обвел глазами комнату и остановился на левой двери.

– Брось, Хок. Это же лаборатория Гонта. Его личное убежище. Да и дверь заперта.

– Да. Но Визаж говорила, что лаборатория ее беспокоит.

Хок приблизился к двери и прислушался. Фишер быстро очутилась рядом с ним.

– Ты что-нибудь слышишь? - спросила она.

– Нет.

– А что ты услышал в тот раз?

– Не могу даже объяснить.

Хок выпрямился и отошел от двери, подозрительно вглядываясь в нее.

– Похоже на рычание или что-то в этом роде…

Снова приблизившись к двери, он подергал за ручку. Ручка легко повернулась, по дверь не открылась.

– Хок, - медленно проговорила Изабель, - здесь есть что-то странное. У меня плохое предчувствие. Лучше пойдем отсюда.

– Не беспокойся, девочка. Дверь заперта.

– Я и не беспокоюсь, но лучше уйдем.

Хок не возражал. Он и сам уже почувствовал холодок в спине. Непонятно, от кого исходил услышанный звук, но в лаборатории явно кто-то скрывался. Какое-то существо притаилось сейчас за дверью и выжидает… Хок отодвинулся, и это ощущение исчезло.

– Да, в доме чародея много таинственного, - пробормотал Хок. - Пошли отсюда.

– Давно пора.

Хок распахнул дверь в холл и быстро вышел из библиотеки. Фишер следовала за ним, держа руку на эфесе меча. Даже в холле они по-прежнему чувствовали себя беспокойно. Хок повел плечом и закрыл дверь библиотеки. При случае надо поговорить с Гонтом о его лаборатории. Хок повернулся к Фишер, и она ободряюще улыбнулась ему. Хок криво усмехнулся, пересек холл и распахнул дверь гостиной. Чародей и его гости смотрели на Стражей со смешанным чувством враждебности и почтительности.

– Благодарю всех за терпение, - сказал Хок. - Первая стадия расследования завершена. Остальное продолжится утром, когда прибудут эксперты.

Боумен выступил вперед.

– Гонт сообщил нам, что мы не сможем покинуть его дом до утра из-за заклятия. Вы приказали наложить запрет?

– Да. Я не мог рисковать. Убийца мог скрыться, а другого способа у меня не было.

– Значит, мы здесь заперты?!

– Совершенно верно. Поэтому советую вам разойтись по своим комнатам и немного поспать.

– Судя по вашим словам, - вмешался Хайтауэр, - мы должны провести ночь вместе с убийцей?!

– Заприте дверь - вот мой вам совет, - пожал плечами Хок.

– Но Вильяму это не помогло, - заметил Доримант.

– Хватит! - повысил голос Хок. - Ситуация не из легких. Я все понимаю, но иначе поступить не могу. Если у вас есть претензии, выскажите их моему начальству утром. А пока никто из вас не подвергнется опасности, если вы разумно себя поведете. Мы с Фишер всю ночь проведем в гостиной. Когда кто-то почувствует беспокойство, достаточно дать знать, и мы тут же будем рядом. Если вдруг что-то произойдет, мы будем в курсе. Но, повторяю, все должны находиться в своих комнатах.

– А если мне понадобится в туалет? - спросил Боумен.

– Воспользуйтесь ночным горшком, - посоветовала Фишер.

Наступило молчание, гости переглядывались, но возражений вслух не последовало. Кэтрин первой поднялась и направилась к дверям, за ней потянулись остальные. Послышались пожелания спокойной ночи. Когда все разошлись, Стражи подошли к чародею.

– Что находится в вашей лаборатории, сэр Гонт? - спросил Хок.

– Всякая всячина. Химикаты и тому подобное. А в чем дело?

– Я ощутил там нечто странное, - замялся Хок. - Там что-то не так…

– О, разумеется, - чародей улыбнулся. - Я забыл вас предупредить. На дверь наложено отталкивающее заклятие. Конечно, только из соображений осторожности. Стоит вам приблизиться, запрет заставляет вас чувствовать себя настолько не в своей тарелке, что вы невольно отойдете от двери и даже не попытаетесь открыть ее. Просто, но эффективно.

– Понятно, - разочарованно протянул Хок. - Считаю инцидент исчерпанным. Мы с Изабель проведем ночь в гостиной. Один из нас поочередно будет на часах.

– Звучит обнадеживающе. Сегодня я заночую в лаборатории. Если я вам понадоблюсь, позовите, я услышу. Ну, до утра. Спокойной ночи, капитан Хок, капитан Фишер.

Он вежливо поклонился и вышел. Хок и Фишер оглядели опустевшую гостиную.

– Теперь нам не пообедать, - грустно пробормотала Фишер.

– Да, тяжела ты, доля Стража, - вздохнул Хок.

– Бросим монетку - кому первому дежурить?

– Твою монету или мою?

– Ты же меня знаешь, - усмехнулась Изабель.

4. ТАЙНЫ

Эдвард Боумен сидел в кресле возле кровати, осматривая свою комнату. Достаточно просторная и со вкусом обставленная, но в цветовой гамме доминировал мрачный розовато-лиловый цвет, что придавало ей нежилой вид. Боумен недоумевал, почему чародей выбрал именно такой неприятный цвет - ведь у него великолепный вкус. Но потом он решил, что Гонт редко пользуется этими комнатами, так что, вероятно, их убранство сохранилось еще со времен прежних владельцев. Да, наверняка так оно и есть. Де Феррьеры всегда отличались… странностями. Боумен взглянул на часы, стоявшие на камине. Часы стучали громко, но стрелки, казалось, замерли на месте. Боумен заворочался в кресле, решил подождать минут сорок пять, пока все улягутся, тогда и навестить Кэтрин.