Вредность - не порок - Катерина Полянская

И еще я просто хочу посмотреть в глаза тому, кто заварил всю эту кашу.

Поглощенная своими мыслями, я не сразу услышала тихое копошение у себя за спиной. А когда услышала — взвизгнула и, выдернув ноги из стремян, вся взгромоздилась на спину лошади. Боязливо огляделась. Бэгги явно не пришла в восторг от перемещений взбалмошной хозяйки. Она остановилась так резко, что я чудом не слетела с ее крупа.

Шорохи раздавались из моей сумки. Мама!

Наклонившись, я с ужасом наблюдала, как шевелится моя торба, развязываются завязки и из получившейся дыры высовывается… рыжая кошачья морда. Тьфу ты! А я уже успела напридумывать себе всяких страхов.

— А ты что здесь делаешь?

— То же, что и ты, — проворчал кот, встряхиваясь и отфыркиваясь. — Или думаешь, я отпущу тебя одну? Нет уж, я с вами. Должен же быть среди вашей чокнутой компании хоть кто-то, кто еще с мозгами окончательно не расстался.

— Ну-ну. — Я наконец-то перетекла в нормальное верховое положение. — Значит, ты бежишь за лошадью! — И столкнула рыжего нахала в снег.

— Вот еще, — фыркнул кошак и проворно, больно цепляясь когтями за мою ногу, забрался обратно.

Я возмущенно ойкнула, но спихивать наглеца не стала.

Так дальше и поехали.

В том, что мне удастся нагнать Алекса и Габриэля, нет никаких сомнений. В конце концов должны же они где-нибудь сделать привал. Вот тогда-то я к ним и присоединюсь. А если нет… Что ж, одной незваной гостьей в Ардраде станет больше.

Задумавшись, я не сразу заметила, что мы уже никуда не едем. Бэгги остановилась и нервно переступала с ноги на ногу.

Впереди стоял мужичонка довольно потрепанного вида: старенькая одежонка не отличается чистотой, кольчуга местами продырявлена, левый сапог просит есть. Кривой шлем он даже не стал надевать — сей элемент одеяния болтался на поясе, привязанный веревкой. В руках это чудо держало ржавый меч с грязной тряпкой вместо рукояти, коим и потрясало перед лошадиной мордой.

Честно говоря, я не сразу сообразила, что меня грабят. Ну вот, а день так хорошо начинался! Когда до меня наконец дошло, я согнулась пополам от хохота.

— А ну, девка, слазь с коня, — откашлявшись, выдал преступный элемент.

— Это кобыла. — Я с трудом заставила себя перестать хихикать.

— Один леший. Слазь!

— Зачем?

— Как это — зачем? — опешил грабитель. — А чем я тут, по-твоему, занимаюсь?

— Э-э… — Я изобразила усиленную работу мысли. — Милостыню просишь? Так ты место неправильно выбрал. На паперти стоять надо. Там, говорят, больше подают.

— Ах ты, поганка бледная! Слазь, кому говорю! — разозлился разбойник и стал с еще большим усердием потрясать обломком меча перед Бэгги. Очевидно, такие недотепистые жертвы ему еще не попадались. — Грабить тебя буду.

Наверное, в этом месте мне полагалось устрашиться и отдать все свои нехитрые пожитки, да еще возопить о пощаде. Но делать это мне почему-то не хотелось. И отчего он решил, будто с меня есть что взять? Хотя… глядя на себя со стороны, я бы тоже так подумала.

Я покосилась через плечо на кота. Лапус упорно продолжал дрыхнуть, делая вид, что происходящее его совершенно не касается.

— Ладно, — согласилась я, спрыгивая с лошади. — Если найдешь что-нибудь ценное, не забудь поделиться.

Мужик тут же рванулся к моей сумке.

— Какого рожна?! — завопил потревоженный кот и для порядка полоснул когтистой лапой по разбойничьей физиономии.

— Мама! — заорал горе-грабитель, шлепнувшись на зад и тыча давно не мытым пальцем в кота. — Бес!

— Сам ты бес, — проворчал Лапус и, повернувшись к нам задом, снова сонно заурчал.

— Ну что, — подала голос я, — как я понимаю, ограбление отменяется?

— Ты… ты… — Корявый палец переключился на меня.

— Ведьма, — подсказала я. — Так что, грабить будешь или я наконец-то могу ехать дальше?

— Да езжай ты хоть к лешему! — Грабитель в сердцах сплюнул в снег.

— А зачем к нему ехать? — удивилась я. — Он уже минут десять как стоит у тебя за спиной.

Незадачливый разбойник обернулся, глаза его расширились, и он кулем рухнул в снег. Тоже мне девица слабонервная нашлась!

Ну да, напротив меня действительно стоял леший. Это был невысокий старичок с длинными зеленоватыми волосами и такой же бородой. Бурый кафтан запахнут на правую сторону, а сапоги, как и полагается каждому уважающему себя лешему, надеты наоборот. Соломенную шляпу покрывал толстый слой мха. В руках леший держал ветвистый посох, обильно усеянный птичьими гнездами, в которых негромко, чтобы не помешать хозяину, чирикали разномастные пташки.

Мое преимущество перед разбойником состояло в том, что я хорошо знала этого лешего. Неудивительно, я же всю жизнь в этом лесу прожила.

— Ну здравствуй, хозяин леса, — поклонилась я Лесовику.

— Ксения! — неподдельно удивился тот. — А я уж и не думал, что свидимся!

— Вот и свиделись. Только я спешу.

— Знаю, — сверкнул Лесовик зелеными глазами из-под кустистых бровей. — Только торопиться тебе покуда некуда. Друзья твои еще до-олго по лесу плутать будут. Как раз успеем побеседовать.

Спорить дальше я не осмелилась. Если уж он решился заколдовать Алекса и Габриэля, значит, дело серьезное. Накинув поводья на сук, я углубилась в лесную чащобу вслед за лешим.

— Вам противостоит большое зло, — тихо предупредил Лесовичок.

— Так ты видел этого мага?!

— Да. Один раз. В ту ночь, когда погибла твоя бабушка.

— Погибла?! — Нет, я решительно перестаю что-либо понимать.

Сколько же все это тянется?

Между тем мы вышли на небольшую заснеженную полянку недалеко от моего дома. Бывшего дома. Казалось бы, зима — такое время, когда все в лесу засыпает, укрывшись толстым снежным одеялом, но здесь все было наоборот. Жизнь словно возвращалась в это место, пробуждая полянку ото сна, чуть было не ставшего вечным.

— Не знаю, откуда он взялся, ведь я дальше вверенного мне леса не ходок. Только пришел он, колдун этот, ободранный весь, помятый и схоронился в моем лесу, вытягивая силы из всего живого. Столько зверей погибло, страсть! Тут я это все заприметил да за помощью к твоей бабке обратился. Она добрая женщина была, не отказала старику. Пошла она к колдуну этому. Долго они о чем-то говорили, уж не знаю о чем, но лес мой после того он изводить перестал. А еще дня три спустя приехали за ним две бабы. Все такие пригожие, в убранстве дорогом да на конях хороших. И уехал он с ними. А дней сколько-то назад опять проезжали через мой лес, только с ними теперича еще двое были, мужик с бабой. Видать, важные персоны!

— Он — тощий блондин, а она — вся такая надменная, с черными косами? — догадалась я.