Стать Демиургом - Елена Петрова

— Гроххэ'шенн, чем я могу отблагодарить вас загостеприимство и помощь? — Мои мысли теплым потоком обласкали закутанную вткань фигуру. Признаваться в том, что разгадала игры Хранителей, я несобиралась. У каждого свои секреты… к тому же мне нужно было обдуматьполученную воистину ошеломляющую информацию.

— Обычно мы обмениваем знания на знания… или наинформацию, — осенним ветром прошептала в голове чужая мысль. — Чтоты можешь предложить нам за помощь?

— Могу рассказать забавную историю о том, как я попалаиз собственного мира на Лареллу, а затем в Академию Эдема… Хотя не уверена, чтовы почерпнете из моего рассказа какие-то знания, разве что информацию…

— Я согласен, — прошипел Гроххэ'шенн.

Прикрыв глаза, я начала вспоминать свое прошлое с тогомомента, как очнулась в доме залесской ведьмы по имени Мирайа. Разговор ородном мире я решила отложить на потом. Хранитель не настаивал…

— Лейна, это просто потрясающе! Нет, ты непонимаешь… — Всю обратную дорогу Кэртен пытался расшевелить меня. Но,погруженная в коварные планы, я не обращала внимания на его восхищенные вопли.

— Лей-на! Да очнись же ты… Ты хоть представляешь,насколько магия Хранителей отличается от нашей? Неудивительно, что СоветТринадцати максимально ограничивает посещаемость Архива…

— Ограничивает? — очнулась я. — Почемуограничивает?

— Ну, Лейна, откуда я знаю? — отмахнулсяКэри. — Ко мне из Совета на доклад никто не ходит… А сама-то как думаешь?

— Понятия не имею… у вас все так сложно, —отозвалась я, переваривая новые данные. — Могу только строить догадки:информация — это власть и возможность контролировать толпу. Вот ваш Совет иконтролирует…

Проводив меня до дверей, а точнее до окна, через которое яблагоразумно влезла в свою комнату, Кэртен отправился восвояси. Необычныйспособ попадать домой он, к счастью, комментировать не стал. А проблема была вТарнуме. Перед занятиями учитель умудрился отловить меня в коридоре, дабыпросветить на тему комендантского часа. Поэтому, чтобы не рисковать нервами —своими и учителя, я решила не геройствовать, пытаясь пробраться мимо егокабинета, а по-простому влезть в окно. Тем более что обгрызенная гарр'крашиклумба была отличным ориентиром.

Утром следующего дня я заметила, что за мной постояннонаблюдают. Определенно, сплетни среди Демиургов распространяются столь жебыстро, как и среди простых смертных. Значит, действовать нужно сегодня.Пришедшая мне на ум гадость была столь феерической, что мне было почти жальрыжего аристократа… с другой стороны — если бы он не пытался напасть на Тигра,я бы в жизни до такой мести не додумалась. У меня единственный шанс раз инавсегда дать понять окружающим, что мой зверинец неприкосновенен. Недоброусмехнувшись, я начала исподтишка наблюдать за Вентером и его прихлебателями.Мне нужно застать парня одного. Это оказалось не столь сложным делом, как ядумала, — Рыжик был ужасно раздражителен, и свита старалась держаться отнего подальше. А нападения он не ожидал…

Итак, удалось! Я нервно прихлебывала щедро разбавленныйконьяком кофе, удобно устроившись напротив дверей и наблюдая, как студенты проходятв столовую, удивленно рассматривая дивной красоты огненно-рыжий коврик у входа,руны на котором складывались в изящную надпись: "Вытирайте ноги".Кэри незаметно подобрался и плюхнулся рядом, испугав меня до приглушенноговзвизга.

— Кэртен, чтоб т-тебе на Страже жениться! Ну нельзя жетак пугать — чуть заикой не стала…

Я нервно присосалась к чашке с кофе, продолжая косить глазомна входную дверь.

— Лейна, ты получишь расходящееся косоглазие, —рассмеялся парень. — Кстати, ты мне так и не рассказала, как собираешьсяпоставить на место своего рыжего любимчика Вентера. Может, поделишься? Глядишьчего присоветую, пока добрый…

— Да я, собственно, уже… — усмехнулась я.

— Что уже? — не понял Кэртен.

— Уже отомстила. Точнее ты являешься свидетелем моейстрашной мсти. — Мои губы непроизвольно растянулись в злораднойусмешке. — Этот парень совершил большую ошибку, когда выбрал меня на рольдевочки для битья.

— Что-то я не вижу ничего необычного, — отозвалсяКэри, окинув зал внимательным взглядом.

— Хочешь, дословно процитирую ключевые фразы? Ясказала, что если он не оставит в покое моих питомцев, то сделаю так, что всестуденты Академии будут вытирать об него ноги. А он ответил, что если мне этоудастся, то прилюдно извинится и оставит в покое мой зверинец.

Кэртен ошеломленно замер и перевел взгляд на огненно-рыжийполовичок перед дверьми столовой.

— Лейна, — слабо простонал парень, — тольконе говори, что это то, о чем я думаю! Так вот зачем тебе потребовались храны синформацией о трансфигурации живой материи в неживую… Память предков… да онубьет тебя за такое унижение!

Демиург смотрел на меня с ужасом и восхищением. Не знаю, зачто его окрестили воплощенным кошмаром Академии, но, похоже, одной выходкой мнеудалось переплюнуть его по всем параметрам.

— Угу, а теперь занавес! — Убедившись, что большенет желающих пообедать, я прикрыла глаза, перекрывая Потоки Сил.

Весьма загаженный на данный момент коврик трансформировалсяво взъерошенного рыжего парня, одетого в потрепанный камзол. Вентер огляделофигевших студиозусов налитыми кровью глазами и разразился прочувствованнойматерной тирадой в их адрес. Образно и с большой фантазией он рассказалсобравшимся о весьма экзотичных способах размножения Демиургов, особо выделивмою скромную персону. Ошеломленное молчание было ему ответом. А затем,разобравшись в ситуации, студенты начали хохотать. Я была права — о нашей ссорезнали все…

— Лейна, — всхлипывая от смеха, простоналКэри, — я, конечно, признателен тебе за это шоу, но за твою жизнь теперьне дам и медной монетки…

— Инфляция, однако. Впрочем, будем откровенны — мояжизнь обесценилась еще вчера, — невесело усмехнулась я. — Разницатолько в том, что теперь меня считают достаточно опасным противником…

Внеочередное заседание Совета Тринадцати Эдема

Большой овальный зал, где преобладают бежевые тона, утопаетв цветах, и только тот, кто присмотрится внимательнее к этой оранжерее, увидиттонкую вязь охранных и антиподслушивающих Сетей, вплетенных в букеты. Всюобстановку помещения составляют тринадцать кресел, расставленных вокруг парящейполупрозрачной столешницы, да четыре поддерживающие свод колонны, изрезанныерунами и нишами для хранов. Шесть окон зала открывают взгляду разительноотличающиеся друг от друга пейзажи. Ночь и день, пустыня и джунгли, жаркое летои вьюжная зима… но дивные виды не интересуют настороженно замерших в креслахДемиургов.