Операция «Хаос» - Пол Андерсон

— Разумеется! — Он улыбнулся. — У меня есть опыт. Во время войны я был в интендантском корпусе.

— Так, — сказал я, — но одно дело — превратить грязь в солдатские пайки, а другое — трансформировать это чудовище!

Мне вдруг сделалось тошно. Я вспомнил, как он напортачил с гидрой. Я понял правду. Аберкромби был так самоуверен и ничего не боялся только потому, что знал слишком мало!

На минуту я буквально оцепенел. Грисволд ковырялся в каких-то приборах. В былые дни он, кажется, использовал их, когда проводил с первокурсниками эксперименты. Он пытался научить их обращаться с химическим оборудованием. Боже, это было так давно, кажется, миллион лет назад…

— Джинни! — Я, спотыкаясь, кинулся к окну, возле которого стояла Вирджиния. За окном в воздухе зависла радуга. — Господи, дорогая, остановись…

Грянул гром, и в комнате появилась саламандра. Полуослепший, я отшатнулся назад.

Ужасающе выросшая саламандра заполняла всю противоположную часть лаборатории.

Поверхности столов и стульев начали дымиться.

— Ах так! — от огня чуть не лопнули барабанные перепонки. Свартальф взвился на верхнюю полку и опрокинул на паразитку бутылку с кислотой. Она этого не заметила.

— Та-ак! Маленькие влажные букашки, вы пытались превзойти меня!

Аберкромби и Джинни подняли свои волшебные палочки и выкрикнули несколько коротких слов. Заклинание трансформации.

Припав к полу в углу, я пытался хоть что-нибудь разглядеть сквозь клубы вонючего пара. И увидел: Джинни пошатнулась, а затем, спасаясь, отпрыгнула в сторону. Она явно поняла, что результат оказался не тот, которого ожидали.

Раздался дробящий все взрыв, в воздух полетели осколки стекла…

Меня прикрывало тело Грисволда, и волшебство всего лишь превратило меня в волка. Джинни стояла позади скамейки на четвереньках. Она была почти без сознания, но невредима. Благодарение, вечное благодарение охраняющим нас Силам! Невредимая…

Свартальф… на полке тявкал пекинес. Аберкромби исчез. Зато к двери мчался, скуля, шимпанзе в твидовом костюме.

На пути обезьяны грохнул взрывом огненный шар. Она завертелась, завизжала и отскочила от поднявшихся клубов пара. Саламандра изогнула спину и заревела.

Это она смеялась.

— Так вы хотели испробовать свои штучки на мне? Всемогущей, Ужасной, Прекрасной?! Ну, вы попрыгаете… как вода на раскаленной сковородке! И я, я — та сковородка, на которой вы будете поджариваться!

Почему-то речь саламандры, отдающая низкопробной мелодрамой, не казалась нелепой. Это была обладающая детским разумом, хвастливая, бесчувственная, алчная тварь, которую выпустили на Землю, чтобы она обратила в пепел и дома человека, и самого человека.

Оказавшись под поляризованным светом, я вновь превратился в человека и вскочил на ноги. Грисволд открыл водопроводный кран и, прижав струю воды пальцем, направил ее на саламандру. Саламандра раздраженно зашипела. Что ж, вода по-прежнему вредила ей, но потушить саламандру мы не могли, у нас было слишком мало жидкости. Теперь для этого понадобилось бы целое озеро.

Голова саламандры качнулась. Она разинула пасть, целясь в Грисволда, и дохнула огнем.

«Суета сует…»

Я перекатился к бунзеновской горелке, на которой кипела никому не нужная мензурка. Глаза Джинни блестели сквозь упавшую на лоб обгорелую челку. От жара перед глазами все плыло, с меня потоками лил пот. Нет, не было у меня никакого озарения, мною руководил голый инстинкт и беспорядочно кувыркающиеся воспоминания.

— Убей нас! — крикнул я. — Убей, если смеешь! Наш слуга более могущественен, чем ты. Он разыщет тебя на краю света!

— Ваш слуга? — Взвились языки пламени.

— Да… Я всерьез говорю! Да, наш слуга: огонь, который не боится воды!

Зарычав, саламандра немного отступила. Она еще не настолько окрепла, чтобы страшное имя Воды не заставило ее колебаться.

— Покажи мне его! — она дрожала. — Покажи… Я посмею…

— Наш слуга… маленький, но очень могущественный, — скрежетал я. — Он ярче и прекраснее тебя! И ему не страшна стихия Воды! — Я, шатаясь, добрался до банки, где лежали обломки металла. Щипцами вытащил пару кусков. — Осмелишься ли ты посмотреть на него?

Саламандра рассвирепела:

— Осмелюсь ли я? Спроси лучше, посмеет ли он сравниться со Мной?

Я глянул искоса. Джинни поднялась на ноги. Она уже схватила свою палочку, глаза ее сузились.

Тишина повисла в комнате, словно в ней сконцентрировалась тяжесть всего мира. И пропали, сгладились все оставшиеся на свете звуки — и треск огня, и невнятное обезьянье бормотание Аберкромби, и негодующее тявканье Свартальфа. Щипцами я взял узкий и длинный кусок магния, затем поднес его к пламени горелки.

Металл вспыхнул голубовато-белым пламенем. Я отвернулся. Глаза не выдерживали ослепительного фиолетового сияния. Даже саламандра сверкала менее ярко. Зверюга было попыталась сравниться с ним, но этот подвиг был ей не под силу… Она отпрянула.

— Смотри! — Я еще выше поднял пылающий кусок. Из-за спины донеслось быстрое бормотание Джинни:

— О, Индра, Абадонна, Люцифер…

Детский разум, не способный охватить более одного объекта в один промежуток времени… но как долго протянется этот промежуток? Я должен полностью владеть вниманием, нам нужно всего две минуты.

— Огонь… — саламандра была обеспокоена. — Всего лишь еще один огонь. Крохотная часть породившей меня силы.

— Способна ли ты на подобное чудо?

Я сунул кусок в мензурку. Из воды вырвался клуб пара. Вода зашипела, пошла пузырями. Но металл продолжал гореть.

— … abire ex orbis terrestris…[10]

— Реакция магния с водой дает оксид магния и водород… — благоговейно шептал Грисволд.

— Это какой-то фокус! — завизжала саламандра. — Это невозможно, если этого не могу даже Я! Нет!

— Оставайся там, где стоишь! — гаркнул я в лучших армейских традициях. — Ты все еще сомневаешься, что мой слуга настигнет тебя всюду, где бы ты ни скрылась?!

— Я убью это маленькое чудовище!

— Вперед, подруга! — согласился я. — Не хочешь ли устроить поединок на дне океана?

В поднятый нами шум вплелись пронзительные свистки. В окнах появились полицейские.

— Я вам покажу! — рев едва не перешел в рыдание. Толкнув сперва Грисволда, я нырнул под лавку. На то место, где я стоял, обрушился фонтан пламени.