Безобидное хобби - Татьяна Андрианова

Вампир одарил собрание широкой клыкастой улыбкой, заставив замереть в сладком предвкушении многие сердца в зале.

— Прекрасные леди и их великолепные лорды, рад приветствовать вас в этот чудный вечер в замке Ужаса и Наслаждений, — интимным звучным шепотом, скользившим словно знойный ветер по прохладе шелковых простыней, начал он. — Мы, воплощение ночного ужаса, готовы подарить вам самые невероятные наслаждения, осуществить самые сладкие грезы, воплотить потаенные мечты… Знаете ли вы, что именно чувствует жертва, попавшая в руки ночного охотника? Предполагаете ли вы, что именно она испытывает в этот момент? Страх смерти? А может быть, сладостное предвкушение? Восторг, растекающийся по жилам от опасной близости вампира?

Свет слегка притушили, загасив часть свечей, и в царящем полумраке собравшиеся люди невольно подались вперед, чтобы не пропустить ни единого слова, которые медленно выплывали из уст рыжего.

«Все. С меня хватит. Я отказываюсь в этом участвовать. К черту обещания! В бездну вампиров и всяких извращенцев, ищущих сомнительного общества клыкастых! Я пойду домой прямо сейчас, даже если придется топать пешком весь остаток ночи и большую часть следующего дня».

Преисполненная решимости, я гордо промаршировала к краю сцены. Думаю, эффект оказался бы гораздо большим, если бы вместо грязных тапок на ногах красовались подкованные сапоги. Алази оказался рядом быстрее, чем я могла произнести слово «нежить». Тонкие, длинные, но удивительно сильные пальцы переплелись с моими так, что разъединить их можно было, только разрезав по живому. Свою конечность терять не хотелось. Если только оттяпать его. Пока я всерьез обдумывала, как умудриться проделать всю процедуру и при этом выжить, вампир неожиданно дернул меня за руку, привлекая к себе. Я вскрикнула, совершила головокружительный пируэт и, к собственному ужасу, оказалась прижата спиной к крепкому мужскому телу. Час от часу не легче. Холодные руки обвили мою девичью талию. Со стороны наверняка смотрелось очень мило, но когда точно знаешь, что эти с виду нежные объятия могут запросто переломать ребра, невольно перестаешь ценить эффектные позы и задумываешься над проблемой, где достать оружие и как его применить на коротком расстоянии.

— Представьте себе, как яростно и сладостно бьется пульс в синей жилке на ее нежном горле.

Я невольно сглотнула комок, образовавшийся в этом самом горле. Кажется, уже пора паниковать и начинать орать: «Мамочка! Спасите-помогите! Вампиры грызут!» Ну правда, жить сильно охота. Ведь и не пожила-то еще… У-у-у…

— Почувствуйте, как мое дыхание страстно скользит по ее коже, мои клыки так остры и опасно близки к этой беззащитной шее. Ощутите многовековой голод живого мертвеца.

Зал вздохнул в едином порыве. Среди напряженного молчания поплыла тихая, волнующая музыка. Алази медленно, не торопясь провел хладной рукой по моей шее, словно предлагая присутствующим убедиться в ее реальности. Его сила мягкой, вкрадчивой волной полилась по залу, даря окружающим полное ощущение собственного голода и жажды теплой красной влаги, пульсирующей в человеческих жилах.

Та женщина, что уже предлагала себя Алази в качестве партнерши на сцене, сладострастно облизнула пересохшие губы и подарила мне взгляд, исполненный такой жгучей ненависти, что, будь ее воля, моя некромантская личность имела все шансы испариться раньше, чем снег от огнедышащего дыхания дракона. Но, видимо, некроманты народ крепкий, и испепелить их вот так запросто не у всякой вампироманки получится.

— Алази, то, что вы делаете, — это неправильно, — доверительным шепотом сообщила я.

Впрочем, вампира нисколько не смутила моя критика.

— Скажи мне, что именно я делаю не так?

Его рука медленно скользнула ниже, к самому вырезу. Глаза фанатки пораженно расширились в ожидании. И не у нее одной. Народ застыл в каком-то завороженном предвкушении. Интересно, чего именно они ждут? Что вампир эффектно сорвет с меня остатки одежды и примется уестествлять прямо на глазах изумленной публики? Или вскроет вену и выпьет кровь залпом, ни с кем не поделившись? Кстати, если верить книгам мамы, высосать всю кровь из взрослого человеческого организма один вампир просто не в состоянии; потребуется несколько сеансов либо помощники.

Крыс на моем плече встряхнулся и зашипел, предъявив зарвавшейся нежити острые резцы.

— Вы не хотите отпустить меня со сцены и вообще сильно смущаете.

— Вы слышали, друзья? — Его голос мягким бархатом скользнул по коже. — Леди не желает быть здесь… со мной… Вы можете в это поверить?

— Нет!!! — в едином порыве воскликнули все.

— Да! — попыталась встать в позу я, но Алази наглым образом мешал изобразить нечто эффектное.

— На самом деле, леди Ангелла, вы этого не хотите.

— Да нет же, очень даже хочу!

Вампир тяжело вздохнул. Интересно, он сделал это по привычке, или ему действительно необходим воздух для не-жизни? Зомби, например, не дышат.

По коже пробежал ветер силы, и я поняла, что в опасности. Зверек на плече ощерился и угрожающе пискнул, готовясь к прыжку.

«Убери его, если не хочешь, чтобы он пострадал». Голос раздался прямо у меня в голове и, как ни странно, вместо того чтобы запугать, заставил вздрогнуть, словно ушат воды вылил.

— Алази, — одними губами, почти беззвучно прошептала я.

Вампиры обладают уникальным слухом, нет нужды шуметь, дабы привлечь их внимание.

— Вы знаете, в чем состоит различие между зомби и вампирами?

Алази принял правила игры. Его хладная щека прижалась к моей, локон защекотал нежную кожу, и я скорее почувствовала его улыбку, чем увидела движение безупречных губ. Близость клыков бодрила и пугала одновременно. Почти до боли хотелось ощутить их опасную остроту и до судорог страха в животе хотелось кинуться прочь, вопя во все горло от ужаса.

— Нет, не знаю, — выдохнул он прямо в ухо, и я невольно дернулась, вздрогнув. — Раньше не задавался подобным вопросом. Сравнительный анализ нежити никогда не был моей сильной стороной. Но думаю, маленькая некромантка пояснит, что имела в виду, раз уж разговор затеян.

— Разумеется, — с трудом прошептала я ставшими вдруг непослушными губами. — Одно из главных отличий состоит в том, что зомби могут ходить днем, а вампиры — нет.

— И что из этого следует?

— А то, что в этом замке очень много дохлых крыс. Их так много, что вполне можно создать целую армию зверьков.

— Глупо бояться того, что меньше и слабее тебя, — заметил он.

— Возможно. Редко кто боится муравьев. Но я слышала, на Черном континенте есть виды, которые обгладывают слона до костей, а он крупное и сильное животное. Думаю, вам следует меня отпустить. Иначе…

— Иначе что?

— Маленькие голохвостые грызуны найдут вас. И каждую ночь, ложась в гроб, вы будете заключать пари, без какой части тела вам суждено проснуться следующей ночью.