Милость богов - Ольга Яновская

Вверх уходила ярко освещенная лестница. С того места, где стоял Марк, можно было разглядеть часть коридора второго этажа. Ночной сквозняк откуда-то принес запах соломы. На миг воину показалось, что к нему примешивался аромат степных цветов.

Марк завертел головой, стряхивая наважденье. Где-то там, наверху, должна быть спальня Сигурда, и, возможно, Неждана. Куда ж ещё мог отвести барон понравившуюся девушку?

Внимание привлек тёмный проход. Его тускло освещал дрожащий огонёк затухающего факела, и Марк увидел ведущую вниз, во мрак, лестницу. Даже не приближаясь к ней, наёмник ощутил трепет, и не сомневался, что там разместилась пыточная – царство палача.

Наёмник сделал шаг, вдруг метнулся назад, затаился в тени.

С другого конца коридора, откуда только что пришёл Марк, послышались уверенные голоса и звон железа. Стража, делавшая обход, неторопливо шла по замку.

Отступать некуда. Оставалась только скрыться в подземелье.

Марк невольно поморщился – никто не спешит добровольно в царство палача, – но по коридору уже стучали сапоги стражников. Выбирать не приходилось, и он поспешно нырнул во тьму.

Вниз круто уходили ступеньки, которые откликнулись глухой дробью. Гулкое эхо испуганно заметалось между стен, взвилось под потолок и рассыпалось.

Лестница окончилась коридором, под ногами захрустел мелкий речной песок. На стенах ярко горели факелы. Марку на миг почудилось, что он идёт по парадной зале, а не по подземелью.

Высокие потолки и стены были выглядели так, словно чад от пылающих факелов никогда не касался их, а сами факелы размещались в затейливо выкованных держателях, начищенных до блеска.

Множество дверей располагались по обеим сторонам коридора, похожие одна на другую, словно горошины в стручке.

Марк мысленно восхитился зодчим. Жуткое и вместе с тем величественное получилось зрелище. Где-то в глубине раздалось слабое позвякивание цепей, и Марк неторопливо пошёл по коридору. За некоторыми дверями изредка слышались стоны, звучал приглушенный плач, но наёмник не задерживался.

Вдруг дикий, полный боли крик разорвал тишину. Марк замер, а в следующий миг уже бежал в ту сторону. Миновав поворот, Марк увидел распахнутую настежь дверь. Наёмник остановился, словно ударился лбом о страшное зрелище.

На стене висела Неждана.

Грубые веревки, удерживая девушку над землёй, растёрли до крови запястья.

Рядом в жаровне пылает яркий огонь, зловещие тени мечутся по стенам, резко изламываются на потолке. Чуть в стороне, перед столом с разложенными инструментами стоит палач и неторопливо перекладывает с места на место ужасные предметы, примеривается, чуть задумавшись, вертит в руках, кладёт и снова берёт.

Марк смотрел на Неждану, но видел другую. Время и память бывают жестоки, напрасно говорят, что всё проходит, забывается. Чушь! И через годы воспоминания жгут так же яростно и отчаянно, как раньше. Точно так же Марк смотрел на девушку. Смотрел и уже ничем не мог помочь. И так же рядом со столом высился палач Тит...

Толстяк обернулся, на лоснящемся от пота лице застыло удивление. Жирное тело всколыхнулось, пошло волнами, когда он раскатисто хохотнул. Грязный передник в пятнах не мог скрыть этого.

– Неужели это ты, Марк? – осклабился Тит. – Вот не думал, что выживешь. Наш хозяин, помнится, бросил тебя едва живого.

Неждана открыла глаза, и стон вырвался из её разбитых губ.

Марк встряхнулся, как собака, отгоняя видения прошлого, и ответил вполне спокойным голосом, удивив самого себя:

– Отыскался добрый человек. А ты как здесь оказался?

– Так же, как ты. Пришёл. Когда наш хозяин погиб, барон Вешняк неделю гулял в замке барона Ратая, всё не верил, что победил. Многих слуг, что верными псами слыли, на воротах развесил, как спелые груши. Пришлось покинуть тёплое местечко, в мир податься, – сказал палач. Он врал, его услуги были хорошо оплачены, барон Вешняк не очень жаловал предателей и отправил Тита восвояси. Палач сел, поёрзал, устраиваясь на скрипучем табурете, глянул из-под чёрных широких бровей. – Не смотри так, парень. Знаю о чём мыслишь. Решаешь, убить меня или мимо пройти? Помнишь ещё свою колдунью?

– Помню, – помертвевшими губами ответил наёмник.

Тит бросил равнодушный взгляд на девушку, и в глазах зажглась искорка интереса.

– Ну а тут что забыл?

Марк сделал вид, что не услышал вопроса.

– Освободи её.

Палач с сомнением покачал головой, но возражать не стал.

– Уверен? – спросил Тит, внимательно рассматривая лицо наёмника. – Никак опять твоя зазнобушка?

– Боишься, место потерять?! – зло рявкнул Марк, так, что палач вздрогнул.

Неждана была аккуратно опущена на пол, и Тит замер рядом, сложив руки на огромном животе.

Марк подошёл к лежащей девушке и ножом начал разрезать окровавленные остатки веревки на запястьях.

– Мне и самому надоело тут. Хозяин так охоч до подобных забав, что я сгубленным девкам счёт потерял. Ты вот что, парень, обещай, что отпустишь меня, если помогу. – Толстяк неуверенно улыбнулся, заискивающе глядя в злое лицо наёмника.

– Помочь мне хочешь?

– Да ведь я знаю тебя. К утру здесь камня на камне не останется, так что лучше тебе другом быть, чем поперек дороги встать. Я ход потайной знаю, прямо к спальне Сигурда выведу, а потом и обратно, за стены замка.

– А не врёшь? – прищурился Марк. – Гляди, если в ловушку приведешь, тебе первому горло перережу.

– Что ты! – замахал руками толстяк. – Как можно?! – Он, тяжело переваливаясь с ноги на ногу, подбежал к дальней стене и обернулся. – Здесь тайный ход.

Неждана тем временем пришла в себя и попыталась улыбнуться разбитыми губами. Марк помог подняться девушке и спросил, сочувственно глядя в глаза:

– Как ты? Сможешь идти?

Она кивнула.

– Не волнуйся... Только вот руки от веревок болят.

– Вот и ладно, – облегченно вздохнул Марк и велел Титу: – Веди нас, но смотри, не обмани. В оружейную веди.

– В оружейную? Я думал... – Палач покосился на наёмника, на толстом лице застыло сомнение, но возражать обозленному воину он не рискнул.

– Охраны много?

– Нет. Давненько никто не рисковал нападать на замок. Есть у барона один охранник, на которого Сигурд очень надеется.

Марк спросил:

– Это не тот, который в крепостном рву живёт?

Палач кивнул.

– Хорошая рыбка, встретил, когда ров переплывал. Нет её больше.

Тит застыл с выпученными глазами.

– Тебе повезло.

Марк подтолкнул толстяка.

– Показывай дорогу.