Зеленый гамбит - Вадим Панов

– Нужна система… Что объединяет исчезнувших наёмников?

– Ничего.

– Общее дело?

– Нет, – качнул головой Артём. – Иначе об этом написали бы.

– Общее прошлое?

– Некоторые из них даже не были знакомы.

– Ты знаешь правило: нужна система, – повторил Кортес. – Или она есть, или твоя интересная находка не более чем случайность.

– Исчезают только челы.

– Мало.

Артём лихорадочно пролистал личные дела пропавших наёмников, пытаясь найти хоть что-то их объединяющее.

– Среди них нет ни одного мага.

– Челы и немаги. – Кортес медленно кивнул. – Вот это уже похоже.

– Да ты шутишь!

– Проверь, когда они появились в Тайном Городе. – Кортес сделал несколько шагов по комнате и замер, задумчиво уставившись на молчаливую кофемашину.

– В течение пяти последних лет.

– То есть недавно. – Кортес широко улыбнулся. – Догадываешься, с каким событием могут быть связаны исчезновения челов?

– Я всегда говорил, что у тебя нюх на важные дела, – с уважением произнёс Артём. – Кто мог подумать, что Птиций выведет нас на заговор? – Молодой наёмник пролистнул ещё несколько документов, после чего повернулся к пребывающему в глубокой задумчивости напарнику. – Получается, Великие Дома решили истребить ребят с Выселок?

– Это первое, что пришло мне в голову, – не стал скрывать Кортес.

– Но потом ты изменил точку зрения.

– Сантьяга ясно дал понять, что будет ждать челов. Он хочет с ними поговорить и не собирается первым лить кровь.

– Возможно, мы наблюдаем пример вопиющей самодеятельности, – предложил свою версию Артём. – Люды или чуды могли решить, что Сантьяга слишком рискует, и затеяли свою игру.

– Возможно, – не стал спорить Кортес. После чего достал телефон и набрал номер.

– Комиссар?

– Доброе утро, Кортес, – вежливо отозвался нав.

– Вас всё ещё интересуют странные случаи с челами?

– И даже больше, чем раньше, – рассмеялся Сантьяга. Но почти сразу же стал серьёзным: – Что вы нашли?

– Есть подозрение, что кто-то убивает наёмников, – негромко произнёс Кортес. – Жертвами становятся исключительно челы, не обладающие магическими способностями. Пятеро исчезли, одного обнаружили мёртвым.

Дополнительных объяснений не потребовалось.

– Я понимаю, что вы имеете в виду, Кортес, – протянул Сантьяга. – Ярга вышел на охоту.

– Или кто-то из Великих Домов.

– Хм… – Несколько секунд комиссар Тёмного Двора просчитывал замечание наёмника, после чего возразил: – Крайне сомнительно.

– Считать ваши слова категорическим утверждением? – уточнил Кортес.

– Да, – твёрдо отозвался Сантьяга, на этот раз обойдясь без паузы. – Будем исходить из того, что охоту начал Ярга.

– Но зачем бить «вслепую»? Зачем убивать всех подряд?

– Резкая атака может заставить четвёрку раскрыться, – предположил нав. – Или же у Ярги нет времени.

– Второй пункт мне не нравится, – хмуро произнёс наёмник. – Если времени нет у него, значит, у нас его ещё меньше.

– Начинайте расследование, Кортес, – решил Сантьяга. – Тёмный Двор пока останется в стороне, но вы можете рассчитывать на любую поддержку.

– Как обычно, – усмехнулся наёмник.

– За тем лишь исключением, что нынешний кризис состоит из целого ряда проблем…

* * *

Смоленск, Привокзальная площадь, 24 июня, пятница, 14:15

Что такое память?

Всплывающие перед глазами картинки беззаботного детства? Тот поход в бестиарий Ордена солнечным воскресным днём? Впервые увиденный дракон? Крепкая рука отца, которую сжимаешь, словно ища защиты от злобной твари? Или память – это безделушка, деревянная свистулька, которую старший брат вырезал много лет назад и которая ещё хранит тепло его рук? Или золотая монетка, которую подарила бабушка? Или всё вместе? Всё детство и всё прошлое, помноженные на чувства, что охватывают тебя при воспоминаниях…

Память – это чувства.

В этом Магир Турчи был уверен на сто процентов. Тёплые или недобрые, яркие или потускневшие, и крайне редко – серые, равнодушные. Чувства остаются с нами, потому что именно из них сплетена жизнь. Только из них.

А ещё Магир помнил себя другим: покорным жителем Тайного Города, бессловесным рабом князя, свято верующим в ту чушь, которую ему внушали. Магир помнил, что был счастлив в коконе лжи, мечтал «вписаться» в сытую, спокойную и абсолютно бессмысленную жизнь овоща среди недоразвитых челов… Даже не жизнь – существование! Ибо что может быть постыднее рабства? Работать, брать кредиты, работать, чтобы отдать кредиты, брать новые… Жена, дети, праздники, юбилеи, похороны… Покупать в подпольных лавках настоящие магические артефакты и с их помощью разгонять комаров? Подчиняться тупому человскому полицейскому, потому что «великие дома» договорились о трусливом «режиме секретности» и боятся даже нос высунуть? И заставляют гордых потомков по-настоящему великих семей склоняться перед жалкой «господствующей расой»?

Осознав происходящее, посмотрев на него беспристрастно и взвешенно, Магир ещё долго сыпал бессильными ругательствами, проклиная свою неспособность что-нибудь изменить. Едва не рыдал от стыда и горя, и это Магир тоже помнил. Но особенно ярко в памяти сохранился момент перерождения. Взрывной. Важный. Осознание истинной правды накрыло юного шаса во время туристической поездки в Рим: лежал в кровати с планшетом в руках, читал перед сном новости «Тиградкома», видимо, отключился, а когда проснулся, понял, что жизнь течет совсем не так, как должна. Как он того заслуживает. Истинные, трусливые и жалкие лица правителей Тайного Города выплыли наружу, их постыдные потуги «держаться с достоинством» поразили Магира в самое сердце. А всё вместе заставило не только задуматься, но и захотеть.

Измениться.

Стать другим самому. Пожелать стать другим Тайному Городу. И много работать для того, чтобы это пожелание свершилось.

Нельзя спать. Время дорого и не прощает сна. Время требует идти вперёд и менять то, что не нравится, потому что никто не изменит мир, кроме тебя. Время подсказывает, что только вместе можно переделать мир.

Вместе с Яргой.

Осознав происходящее, Магир по-новому услышал имя, которым трусливые правители запугивали и запутывали жителей Тайного Города. Первый князь Нави! Умный! Справедливый! Несгибаемый! Настоящий герой, замурованный предателями в страшной тюрьме, вырвавшийся из неё и пожелавший переделать мир. Сделать Землю такой, какой он хочет её видеть. Не войти в историю, но создать её!

Получить абсолютно всё.