Сердце ночи - Ярослава Лазарева

— Будешь еще следить за моей девушкой?! — с угрозой спросил Грег, приблизив посеревшее от ужаса лицо Коли к своему.

— Отпусти его, — попросила я.

Тот дернулся, но я знала, какова хватка Грега.

— Нет! — задыхаясь, ответил Коля. — Обещаю.

— Если что, пеняй на себя! Я тебя предупредил! - сказал Грег и отпустил воротник куртки.

Коля юркнул в салон и плотно закрыл двери. машина тут же рванула с места и скрылась вдали переулка.

— А сейчас твой черед! - продолжил Грег и повернул к себе обмякшее тело отца.

Свет фонаря хорошо освещал его лицо. Увидев, как раздуваются ноздри Грега, а его верхняя губа начинае! приподниматься, я подбежала. 

— Отпусти его! — умоляющим голосом заговорила я. — Отпусти! Ради меня! Пожалуйста!

Отец скосил глаза в мою сторону. Зрачки были ненормально расширены, губы посинели, из уголка рта текла слюна. Ее узкая дорожка блестела на подбородке. Грег встряхнул его еще раз и отпустил воротник пальто. Отец судорожно вздохнул и попытался выпрямиться. Но его пошатывало.

— Хотел отдать его на забаву Ренате и Гансу, — невозмутимо сообщил Грег.

— Что ты говоришь? — всхлипнула я.

Сквозь слезы я смотрела в его лицо, он все еще был не в себе. Я шагнула к нему и взяла за руку, крепко сжав ледяные пальцы. Грег вздрогнул и взглянул на меня. Я заметила, что его застывшее белое лицо-маска приняло более  человеческое выражение.

—  Пожалуйста! — прошептала я, не сводя с него глаз.

—  Простите меня, — раздался в этот момент хриплый голос отца.

Я увидела, что от его бравады не осталось и следа и что он по-настоящему напуган.

—  Мы заключили сделку, — механическим голосом проговорил Грег, - вы решили, что можете безнаказанно нарушить ее условия, но в моём мире так не принято. За все нужно отвечать. Это понятно?

— Да, —  быстро ответил отец. - Я все понял.

— Ещё раз появитесь на нашем пути, я не буду так великодушен и объясню вам все по своему, - продолжил Грег.

 Он взял пакеты, которые лежали на асфальте и мы быстро пошли в сторону дома. Я не оглянулась. Мне было настолько нехорошо, что казалось, сознание мутится.

Оказавшись в квартире, я сразу бросилась в свою спальню. Меня трясло от рыданий. Я стянула одежду и забралась под горячий душ, но даже под ним меня продолжало трясти, словно от сильнейшего озноба.

— Все! С меня хватит! — бормотала я. — Я устала! Я уже не выдерживаю!

Сев на колени, подставила спину под бьющие струи. Рыдания сотрясали все мое тело. Я уткнулась лицом в ладони и старалась хоть как-то успокоиться, но мой разум был не властен над эмоциями. Напряжение, которое постоянно накапливалось и не знало разрядки, вызвало взрыв. Я упала на дно ванны и каталась, разбрызгивая воду и бессвязно выкрикивая мольбы и жалобы.

Вдруг вода перестала литься. Меня подхватили сильные руки, завернули в полотенце и вынесли из ванной.

— Грег, любимый, я больше так не могу, — шептала я сквозь всхлипывания, прижимаясь к нему. - Мне кажется, ни одному человеку не под силу все это вынести! Я постоянно словно под занесенным мечом. Боюсь нашей с тобой вечной разлуки, боюсь Ренаты и Ганса, боюсь Атанаса, боюсь своих родителей. Я словно одна в какой-то мрачной пустыне! Так больше продолжаться не может!

—  Но меня ты не боишься? — мягко спросил Грег.

Он завернул меня в одеяло, словно ребенка, и устроился рядом.

—  Иногда я боюсь и тебя, — прошептала я и прижалась к нему. — Обещай мне, что ты никогда не причинишь вреда моему отцу! Пожалуйста!

Грег отстранился, глядя мне в глаза. Его лицо приняло замкнутое выражение.

—  Иногда я жалею, что ты не умеешь читать мысли, как я, — сказал он. — Если бы ты могла этому научиться! Есть же люди, которые умеют это делать... Все дело в развитии определенных способностей,   нужна   сверхчувствительность.

У тебя она от природы и за последнее время еще больше развилась.

Я притихла.

—  Может, я не хочу читать чужие мысли? — прошептала я. — Может, так мне спокойнее. Это не в природе человека. Какая психика такое выдержит? Не хочу!

— Тогда просто поверь мне. Твой отец рассчитывает...

—  Не хочу ничего знать! — упрямо повторила я.

Слезы вновь навернулись. Грег прижал меня к  себе и начал осторожно целовать. Холод его губ охладил жар моих влажных щек.

— Люблю тебя,  - прошептал  он. 

- Ты  должна успокоиться. Я знаю, как тебе нелегко последнее время. Да и мне тоже. 0беща, что не причиню твоему отцу вреда.

— Спасибо! - улыбнулась я сквозь слезы.

-Ты так напугал меня, заявив, что отдашь его на забаву Ренате и Гансу. Ты был очень убедителен. Отец ведь не в курсе происходящего, он даже не знает о ком вообще речь. Получается, ты сказал не для того, чтобы его испугать, а потому что действительно хотел это сделать. У меня чуть не случился обморок, когда осознала.

— Прости меня, Ладушка, — умоляюще произнес он. — Я сам не понимал, что говорю!

— Я так устала, — повторила я и уткнулась носом ему в шею.

— Завтра же уедем, — вдруг сказал он. — Необходимо сменить обстановку.

— Утро вечера мудренее, — ответила я и обняла его.

Грег начал ласково гладить мои влажные волосы. Его губы коснулись моих век, и я заснула под его осторожными поцелуями.