Принцесса стоит смерти - Сергей Лукьяненко

— Тогда нужен катер нашей армии.

— Исправные катера есть на третьей и четвертой взлетнойполосе, — Ланс с сомнением посмотрел на меня. — Но мы вдвоем с Лордом подкатимего старту только минут через сорок.

— Втроем, — возразила принцесса.

— Тогда минут за тридцать.

— Ничего страшного. Даже если генератор поля был отключенсразу при появлении Лорда, потребуется еще не меньше часа, чтобы нейтрализующееполе рассеялось. У нас есть время.

Ланс кивнул.

— Хорошо, принцесса. Пойдемте к катеру.

Парнишка шел первым, указывая дорогу. За ним принцесса,последним плелся я. Что-то во мне протестовало против происходящего. Я скореебыл согласен довериться мастерству Ланса в управлении катером, чем толкатьполкилометра огромный тяжелый диск. Может быть, так сказывалось раздражение напарнишку, при котором принцесса снова стала властной и волевой повелительницей?Или же — самая обычная лень?

…Режим мускульного усиления комбинезонов помогал намнедолго. Метров сто мы с принцессой протащили катер, не затрачивая ни малейшихусилий. Потом в батареях кончился заряд, и к нам присоединился Ланс. Увы,замену трудно было назвать равноценной. Драться парнишка умел, а вот сил у негобыло немного.

Мы прошли почти полпути, затратив на это не меньше двадцатиминут и ориентируясь лишь по светящейся в стороне кабине нашего флаера. Потомпринцесса взмолилась:

— Надо остановиться и передохнуть. Я больше не могу.

— Нам не хватит сил сдвинуть катер с места, — пробормотал я,напирая на гладкий металлический борт. — Проще толкать движущуюся машину, чемснова ее разгонять…

— Мы отдохнем минут пять, — предложил Ланс, поглядывая напринцессу. — За это время батареи комбинезонов накопят чуть-чуть энергии, и высможете снова разогнать катер.

Я почувствовал, как потяжелел груз. Принцесса, а вслед заней и Ланс, отпустили его. Несколько секунд я пытался толкать многотонный катерв одиночку, затем остановился. Молча лег на теплый бетон. Принцесса приселарядом. Ланс остался стоять.

— У вас красивое небо, принцесса, — тихо сказал я, глядявверх. — Очень много звезд.

— Ты недоволен, что мы остановились, Лорд?

— Когда убегаешь, нельзя думать об отдыхе. Впрочем, я тожеустал, принцесса. Возможно ты и права.

Ланс ошарашенно смотрел на нас. Принцесса небрежнопроизнесла в его сторону:

— Не обращай внимания на эту маленькую семейную ссору. Лордимеет право спорить со мной.

— Да, принцесса.

Я постарался расслабиться, каждой клеточкой тела вбирая всебя мгновения отдыха. Чистые огоньки звезд и порывы прохладного ветра. Темныйсилуэт катера и фигуру прислонившегося к нему Ланса. Усталое дыхание девушки идалекий, приближающийся гул…

— Что это за звук, Ланс?!

Вскочив на ноги я вглядывался в сторону усиливающегося гула.Мигнула звезда, на мгновение заслоненная скользящей в воздухе тенью. Еще одна,куда ниже над горизонтом.

— Это флаер, — растерянно произнес Ланс. — Флаер, которыйсадится с выключенным двигателем.

Принцесса коснулась моей руки. И сказала — голос ее ощутимодрожал:

— Кто-то рискнул пойти по нашему пути. Только один человекмог решиться на аварийный старт без подготовки.

— Шоррэй, — не колеблясь сказал я. — Только он, я знаю. Мызря полагались на нейтрализующее поле.

Наверное, я ждал этого. Слишком легко все получилось. Апринцесс так просто не похищают, очень уж высока цена. И Шоррэй был согласен еезаплатить.

Скорее всего — за мой счет.

— Мы можем укрыться в помещениях базы, — предложил Ланс. — Язнаю все переходы и тайники, нас не найдут.

— Нас не найдет Шоррэй. Но через час поле исчезнет, и всездесь будет прочесано его солдатами.

Принцесса повернулась ко мне. И тихо сказала:

— Мы проиграли, Лорд. Спасибо, что пытался помочь.

— Почему проиграли? — я почувствовал, как меня охватываетярость. — Во флаере не может быть много солдат, мы примем бой!

— Там не будет солдат, — мягко возразила принцесса. — Шоррэйприлетит один. Но ни ты, ни Ланс, ни мы трое, ни взвод лучших бойцов планеты несмогут победить его.

— Почему?

— Он лучший мастер меча во Вселенной, — просто сказалапринцесса. — Некоторые считают, что он, — принцесса попыталась улыбнуться, ноулыбка вышла неестественной, напряженной, — не совсем человек. Шоррэй подлец инегодяй, но он — лучший меч мира.

Ланс неотрывно смотрел на нас. Я повернулся к парнишке:

— И что ты скажешь, курсант Ланс Дари?

Парнишка упрямо произнес:

— Моя кровь, мой меч, моя честь — ваши. Я умру за принцессу.

Я снова посмотрел на принцессу. Привлек к себе, заглядывая всиние, как земное небо, глаза. Он останется со мной в этой чужой ночи, кусочекземного неба.

— Помнишь, что я сказал тебе во дворце? — спросил я. Ипочувствовал, как дрогнула в моем голосе предательская, прощальная нежность. —Любовь стоит смерти, принцесса. Я люблю тебя. Я любил тебя всегда.

Метрах в десяти от нас послышался грохот. Шоррэй несобирался тратить время на долгий пробег флаера по гладкой посадочной дорожке.Он заставил свою машину сложить крылья и рухнуть рядом с нами.

Отступив от принцессы на шаг я смотрел, как сминаются подтяжестью флаера крылья-амортизаторы, как открывается люк, как выпрыгивает набетон высокий, широкоплечий мужчина, одетый в белый, светящийся неярким матовымсветом комбинезон. Черт побери, да он же ко всему еще и позер! Меч в ярко-алыхножнах, раза в полтора больше обычного размерами, длинные светлые волосы,лежащие в кажущемся беспорядке, твердый уверенный шаг… Голливудский режиссерпродал бы свою бессмертную душу за право снять его в очередном боевике. И врядли бы прогадал.

Шоррэй подошел ближе, и я выступил вперед. Но он словно незамечал меня. Заговорил — и голос, слышанный мной лишь по радио, оказался подстать внешности. Мягкий, но одновременно сильный, почти гипнотический…

— Я рад, что застал вас здесь. Не стоит переносить нашмаленький спор на территорию Храма. Ведь вы собирались туда, принцесса?

Она молчала. Ответил я, тщетно пытаясь придать своему голосуто же спокойствие:

— Не пытайся нас остановить, Шоррэй. Тебе это не под силу.

Он впервые посмотрел на меня. Снисходительно улыбнулся: