Земля огня - Морган Райс

Рис пытался не думать о тех, кого он оставляет позади: о Гвендолин, Кендрике и остальных людях, а больше всего о Старе. Но он был уверен в том, что снова встретится с ними и, что самое главное, вернется с победой и с Гувейном.

В конце концов, Рис и Торгрин были братьями по Легиону, а для Риса эта связь была более священной, чем кровная, более священная, чем все остальное в этом мире. Их связывала честь: если один из них оказывался в беде, то другие разделяли эту беду. Если сын Гвендолин пропал, для Риса это было все равно что потерять своего собственного сына. Рис вспомнил слова Колька, которые тот вбил в него во время тренировок: «Никогда не думайте, что вы сражаетесь в одиночку. Когда один из вас в беде, вы все оказываетесь в беде. Если вы не можете научиться приходить на помощь своим братьям, тогда вы никогда не научитесь быть настоящими воинами. Сражение связано с жертвой. Чем скорее вы это усвоите, тем лучшим воином будете».

Рис жалел только об одном в этом путешествии – о Старе. Хотя он и не признавался себе в том, что у него есть к ней чувства, он вынужден был признать, по крайней мере, то, что он думает о девушке. Рис вынужден был признать, что было в ней нечто, что его влекло. Он не мог сказать, что жаждал оказаться рядом с ней, но он замечал ее отсутствие. Как будто он был лишен крошечной частички самого себя.

Но Рис прогнал эти мысли. Важнейшее место в его сердце все еще занимала Селезе, он оплакивал ее и раскаивался. Совместное путешествие с Торгрином даст Рису время подумать и поддерживать в себе чувство вины по отношению к Селезе. Именно этого он и хотел.

Но, тем не менее, Рис вынужден был признать, что какая-то часть его чувствовала, что он бросает Стару, даже если она оставалась на корабле вместе с остальными.

«Значит, ты просто собираешься уйти?» – прозвучал голос.

У Риса волосы на затылке встали дыбом, когда он услышал голос того самого человека, о котором думал, словно с ним говорила его собственная совесть.

Рис всунул свой меч в ножны, обернулся и увидел Стару с выражением разочарования и грусти на лице.

Рис прокашлялся и попытался придать своему выражению храбрости.

«Мой брат позвал меня в минуту нужны», – ответил он как ни в чем не бывало. – «Какой у меня выбор?»

«Какой выбор?» – переспросила Стара. – «Ты можешь выбрать что пожелаешь. Тебе не нужно отправляться в это путешествие».

«Тор нуждается во мне».

Девушка нахмурилась.

«Тор – великий воин. Он в тебе не нуждается. Он не нуждается ни в одном из вас. Он сам может найти своего сына».

Теперь была очередь Риса хмуриться.

«Значит я просто должен оставить его на произвол судьбы, что бы ни случилось?»

Стара отвела взгляд в сторону.

«Я не хочу, чтобы ты уходил», – сказала она. – «Я хочу, чтобы ты был здесь. Со мной. Со всеми нами на этом корабле, куда бы он ни направлялся. Разве я не в счет? Неужели Тор важнее меня?»

Рис посмотрел на нее, сбитый с толку. Он не знал, откуда все это. Стара вела себя так, словно они были парой, а это не так. На самом деле, большую часть их пути она едва признавала его. Разве не Стара, в конце концов, сказала, что они никогда не будут вместе, кроме как в оплакивании Селезе?

Рис был уверен в том, что он никогда не поймет женщин. Он сделал шаг вперед и мягко заговорил, преисполненный сострадания к девушке.

«Стара», – сказал он. – «Ты всегда для меня была хорошим другом. Но, как ты сама заметила, больше между нами ничего не может быть. Мы оба живем в присутствии призрака, оба ее оплакиваем».

Рис вздохнул.

«Я признаю, что буду по тебе скучать. Я бы хотел быть с тобой, насколько это для нас возможно. Но мне жаль, мой брат нуждается во мне. А когда я нужен своему брату, я иду к нему. Таков я. Другого выбора у меня нет».

Стара смотрела на него, ее сияющие голубые глаза наполнились слезами, и этот взгляд преследовал Риса. Он знал, что он не сможет легко забыть его.

«Тогда иди!» – крикнула Стара.

Она развернулась и убежала прочь через толпу на корабле, и Рис потерял ее из виду, не успев даже попытаться ее утешить.

Но он знал, что для нее нет утешения. Такими были их отношения. Рис не до конца их понимал и он не был уверен в том, что когда-нибудь поймет.

* * *

Гвендолин стояла посреди корабля в окружении всех своих советников. Все присутствующие на корабле собрались вместе, решая, куда теперь отправиться. Разговор был изматывающим и напряженным, у каждого было свое мнение. Гвен попросила Тора остаться до тех пор, пока они не отправятся в путь, и он стоял рядом с ней вместе с Легионом, слушая. Гвен была благодарна за то, что он все еще здесь, что он еще не ушел. Это решение было слишком важным и она хотела, чтобы он был рядом. И более всего, Гвен хотела насладиться каждым мгновением с Тором до того, как они снова расстанутся.

«Мы не можем вернуться в Кольцо», – сказал Кендрик, споря с одним человеком в толпе. – «Оно разрушено. Понадобятся несколько поколений на то, что его восстановить. Кроме того, оно захвачено».

«Мы также не можем вернуться на Верхние Острова», – вмешался Абертоль. – «Нам там нечего было делать еще до того, как их разрушили драконы, а теперь и подавно там ничего нет».

Группа недовольно заворчала, затем последовало долгое взволнованное бормотание.

«Куда же тогда?» – выкрикнул кто-то. – «Куда еще мы можем отправиться?»

«Наши продукты заканчиваются!» – крикнул другой человек. – «А на наших картах нет ни островов, ни земли – ничего рядом с нами!»

«Мы умрем на этих кораблях!» – крикнул третий.

Снова последовало долгое бормотание, ее люди распалялись еще больше.

Гвендолин разделяла их разочарование и понимала их. Она посмотрела на горизонт, спрашивая себя о том же самом. Перед ними находилось бесконечное море, а она понятия не имела о том, куда повести своих людей.

Вдруг в центр толпы вышла Сандара – такая высокая, красивая, благородная и экзотичная со своей темной кожей, сияющими желтыми глазами и величественной осанкой. Это была гордая и грациозная женщина, приковывающая к себе внимание, и все глаза устремились на нее. Толпа притихла, когда она повернулась к Гвендолин.

«Вы можете отправиться к моим людям», – сказала она.

Потрясенная Гвен уставилась на нее, и тишина сгустилась.

«К твоим людям?» – переспросила Гвен.

Сандара кивнула.

«Они вас примут. Я об этом позабочусь».

Гвен была озадачена.

«А где находятся твои люди?» – спросила она.

«Они живут в отдаленной провинции, за городом Волузия, столицей Северного региона Империи».

«Империи?» – в ярости крикнул кто-то в толпе, и люди снова перешли к долгому разочарованному бормотанию.