Русалий круг - Софи Авдюхина

– Нет, не просил, – ответила она.

– И все же интересно, почему именно ты должна была ему помогать? – спросила Оля, и опять в ее голосе прозвучала ирония.

– Потому что Маргарита – самая одаренная из всех Огненных, это всем понятно, – ответила Анисья, закрыв щекотливую тему, потому что ей, дочери Муромцев, никто не посмел бы возразить. Оле оставалось лишь уязвленно поджать губы.

– А странно, да, что мы уже здесь, в Заречье, хотя на улице еще такой холод? – как ни в чем не бывало произнесла Анисья, будто до этого все говорили о погоде.

– У нас и в избушке холодно, – кивнула Василиса. – Ночью я проснулась от того, что дрожу.

– Я думала об этом сегодня утром, – подала голос Марья.

– Так что же?

– Заречье – для нас самое безопасное место. Нас могли отправить сюда раньше для того, чтобы… защитить от чего-нибудь.

– Нам опять угрожает опасность? – воскликнула Маргарита, тут же забыв про Олю. – В этом мире хоть когда-нибудь бывает спокойно?

– Ну, Марго, это просто Машино предположение, – возразила Анисья. – Никаких тревожных новостей не было.

– Да, но вспомните, что рассказывал Слава об отце Артема.

– Бессловники очень часто пропадают. Такая уж у них судьба. Значит, он был недостаточно осторожным. А его исчезновение не означает, что Старообрядцы тут же накинутся на всех нас.

– Но вы видели, Ирвинг был здесь? Он появлялся и в Белой Усадьбе, и в Заречье! – сказала Забава.

– И какая связь? – скептически спросила Анисья. – Тем более Ирвинг здесь из-за Полины, я уверена. Он хочет узнать, как действует на нее лечение французского специалиста по… французского целителя.

– Так что с тобой происходит? – спросила Забава, взглянув на Водяную колдунью, которой порядком надоело отвечать на этот вопрос.

– Не знаю. – Она пожала плечами. – Никто пока не знает.

– Это больно?

– Светослав сказал, что это… хм… выглядит отвратительно, – вставила Оля.

– Да? Он так сказал? – спросила Полина.

– Ну, что-то вроде того.

– Он сказал это тебе?

Оля кивнула.

Удивительно, но никто не проронил ни слова, даже Анисья, которая всегда направо и налево раздавала советы и была уверена, что разбирается во всех тонкостях отношений, молча глядела на Полину и ежилась под плащом.

– Он говорит правду, – наконец пожала плечами Полина и уставилась себе под ноги.

– Чушь! – вспыхнула Маргарита. – Не мог он такого сказать. Не забывай, мы все видели твои приступы. Ничего отвратительного в них нет. Либо здесь кое-кто врет, либо твой Светослав слабонервный неженка.

Анисья с Василисой охотно закивали в подтверждение ее слов, но Полина больше не отрывала взгляда от носков своих ботинок и была глубоко погружена в мысли, пока по левой стороне вдруг не вырос сад за невысоким ограждением. Тогда только она обернулась и внимательно посмотрела на кроны деревьев.

– Послушайте… Мне кажется, или деревья шепчутся?..

– Конечно, шепчутся, – ответила Василиса, беря ее за руку. – Неужели ты не знала? И ты, Марго? Это говорящий яблоневый сад. Яблони общаются друг с другом! Просто обычно их не так хорошо слышно, как сегодня.

– Говорящий сад? Я всегда думала, что это обычные яблони! Мы же получали здесь Руны отличия, почему я не заметила этого шепота? – Маргарита тут же зашагала под сень голых веток.

– Говорящие яблони иногда молчат. Это очень умное дерево.

– И полезное, – добавила Анисья. – Если сорвать с такой яблони плод, унести далеко-далеко, а затем положить на заговоренную тарелку, яблоко покажет, что происходит вокруг его яблони.

– Серьезно? – Полина приблизилась к Маргарите, которая гладила пальцами серую корявую ветвь. – Яблоко работает почти как видеокамера?

Когда девочки наконец дошли до конюшни, Анисья быстро отделилась от подружек и побежала к дальнему закрытому стойлу, где ее поджидала Окрошка – белоснежный стройный пегас. Полина поплелась за Маргаритой к деннику Зорьки, а Василиса, обнаружив, что Пряника нет на месте, пошла поискать его на улицу.

– Я бы не прочь тоже прокатиться на пегасе, – сказала Маргарита.

– Попроси у Анисьи Окрошку, – предложила Полина.

– Говорят, пегасы слушаются только своих хозяев, но надо попробовать, ведь, может, все эти разговоры – неправда. Кстати, – Маргарита улыбнулась и добавила шепотом: – В прошлый раз, когда мы ходили на конюшню, Анисья снова просила Севу покатать ее на Вороном. Он, естественно, отказал.

– Ну и правильно! Его Вороной не внушает доверия. Мне кажется, он может не только сбросить всадника, но еще и съесть его.

– Не глупи, никого он не съест. Но я слышала сплетни среди Огненных – нельзя просить Севу, чтобы он прокатил на пегасе.

– Это еще почему?

– Никто мне не ответил, все только хихикали. По-моему, это какая-то глупость.

– Я бы все равно не попросила.

– Неужели тебе не хочется полетать? Не понимаю!

– Хочется, еще как. Но я ужасно боюсь высоты. Хотя это все пустяки. Наверное, я могу пересилить себя. Проблема в том, что я теперь не доверяю лошадям, и даже пегасам.

Маргарита засмеялась и потянула Зорьку за поводья. Полина погладила рыжую морду лошади и двинулась за подругой на улицу. Василиса как раз появилась у дверей конюшни на рослом Прянике, который, затормозив, принялся фыркать и мотать головой.

– Девочки! – Анисья верхом на искрящейся крылатой лошади стояла немного поодаль; увидев Полину, Маргариту и Василису, она торопливо замахала рукой, призывая их подойти поближе. Она спешилась и нетерпеливо продолжила:

– Уйдем подальше, и я вам кое-что расскажу.

– А ты дашь мне прокатиться на Окрошке? – тут же спросила Маргарита.

– Боюсь, что пегасы слушаются только своих хозяев и…

– Да ладно жадничать, Анисья. Если Окрошка станет сопротивляться, я тут же слезу.

– Ну хорошо. Ладно.

Маргарита радостно захлопала в ладоши, чуть не упустив поводья собственной лошади.

– Так что за новость? – с улыбкой поинтересовалась у Анисьи Василиса.

Анисья огляделась по сторонам, затем снова таинственно улыбнулась; щеки ее при этом горели румянцем, а глаза сверкали не то гордостью, не то волнением:

– Мне предложили руку и сердце!

– Что? Серьезно? Правда-правда? – завопили Маргарита с Василисой. Полина тоже попыталась что-то сказать, но слова комом встали в горле.

– Кто же? Кто? – наперебой кричали девочки, а Полина с трудом вздохнула и попыталась прочесть на лице Анисьи ответ. Нет, дочь Муромцев не выглядела такой уж воодушевленной, как если бы получила предложение от… предложение от…