Дар жизни - Галина Гончарова

В кошельке оказалось…

Твою рыбу!

Сволочи!

Твари, ублюдки, контрабандисты!! Порву на тряпки!!!

Да как они посмели!??

В кошельке лежали три золотые монеты и пять редких розовых жемчужин. Рассветных жемчужин, которые водятся только в нескольких бухтах на побережье, добываются коронными ныряльщиками и строго учитываются. И контрабанда их карается очень жестоко.

Значит, вот как…

Чтобы не донесла, эти твари решили сделать меня своей сообщницей?!

Первым порывом было швырнуть жемчужины в две наглые рожи. Остановило только понимание того, что следующим моим шагом – будет шаг на кладбище. Козе понятно, наглую лекарку просто убьют, чтобы не выдала.

А если оставить их себе?

Если эти жемчужины найдут у меня – это не приговор. Весь жемчуг учесть невозможно, сколько его было уже выловлено, будет выловлено. У меня могли остаться жемчужины от матери, или мне их мог подарить любовник…

Беда в том, что я не могу назвать имен. Если я назову своих родителей… м-да. И любовника у меня нет, завести, что ли?

Стук в дверь не сделал меня добрее.

– Да!?

Стоящий на пороге лекарь аж шарахнулся от меня. Видимо, такое добродушие было у меня на лице написано, что хоть ложками черпай и снадобья настаивай, не хуже будет, чем на змеином яде.

– Утро доброе, госпожа Ветана.

– Господин Крамар, рада вас видеть.

Улыбка удалась мне откровенно плохо, но Дэйв предпочел этого не заметить.

– Госпожа Ветана, не окажете ли вы мне честь? Прошу вас пойти со мной на гуляния.

– Гуляния? – откровенно не поняла я.

– Послезавтра вечером годовщина коронации. По этому случаю на площадях устраиваются гуляния. Я вас приглашаю в зеленый город.

Я подумала пару минут.

А почему бы нет? Все время отказываться я не смогу, придется принять хотя бы пару приглашений, чтобы потом с чистой совестью сказать, как мы друг другу не подходим. Да и погулять хочется.

А может, сказалось мое раздражение, из-за которого я потеряла свою обычную осторожность. Так я бы отказала, но…

А по рождению я могла бы танцевать и на площади в Белом городе…

– Благодарю за приглашение, господин Крамар.

– Дэйв…

– Благодарю за приглашение, господин Крамар, – еще раз с намеком произнесла я. Никаких «Дэйвов», «Дэви» и прочей фамильярности. Мужчина понял все правильно.

– Там будут танцы и «королевское» угощение. Можно приятно провести время, завести полезные знакомства…

Я вежливо улыбнулась.

Ну да.

Полезные знакомства с купцами и королевское угощение, То есть хлеб, жареная на углях птица, средней паршивости танцы…

Но иногда так хочется праздника! А я уже столько времени не танцевала…

Что бы надеть?

Господин Крамар прочел на моем лице тяжкие раздумья и откланялся, а я осталась перебирать содержимое шкафа.

Идти было решительно не в чем. Впрочем… лавка старьевщика всегда к моим услугам. А если покопаться, у него можно найти что-нибудь вполне приличное.

* * *

– Госпожа Ветана, доброго здоровьичка!

– И вам не хворать, господин Мирий.

Я улыбнулась знакомому стражнику. Стражники были у меня частыми гостями. Лечила я хорошо, брала недорого, а что жила в Желтом городе, а не в Зеленом, так и не беда. Дешевле станет. Получали стражники вполне прилично, но ведь у всех семьи, дети, тут каждый медяк будешь экономить.

– Так ежели я хворать не буду, вы без работы останетесь, госпожа Ветана.

Мирий, симпатичный мужчина лет пятидесяти, десятник и прекрасный семьянин, не только забегал ко мне сам, но и приглашал время от времени к детям. С его женой мы дружили, чуть-чуть сплетничали во время моих визитов, я рассказывала ей об изготовлении кремов и притираний, она делилась со мной рецептами пирогов, мы были вполне довольны друг другом.

– Ничего, в белошвейки пойду, – рассмеялась я. – Что случилось?

– Да вот… не поглядите ли?

Погляжу, конечно. Тем более, что повязку на руке было видно издали.

Я привычно развернула бинты, сразу сматывая их в рулончик.

Рана выглядела нехорошо. Красные края, похоже, господин Мирий ко мне сразу же и пришел…

– что случилось?

– Да Угря ловили.

– Угря?

– Контрабандист такой. Нам тут чайка капнула, где у него встреча будет, – посплетничать Мирий никогда не отказывался, но только о делах прошедших. – Подстерегли, да они не растерялись, с ножами на нас пошли…