Маленькое одолжение - Джим Батчер

Покончив с этим, я почистил тротуар, смахнул снег с перил парадного и лестницы, ведущей в расположенную на втором этаже квартиру Уиллоуби. Потом прокопал тропу к почтовым ящикам. Это заняло у меня меньше времени, чем я ожидал. Снега за ночь выпало много, но он не успел покрыться корочкой наста, так что копать его не представляло особого труда. Мыш стоял на стреме, и я старался не кидать снег ему в морду.

Мы вернулись в квартиру, и я сунул лопату обратно в бочку.

Томас хмуро наблюдал за моими манипуляциями.

— Тебе так уж необходимо было чистить тротуар? Знаешь, Гарри… порой у меня складывается впечатление, что ты просто не понимаешь всей серьезности ситуации.

— Во-первых, — заявил я, — я не слишком чтобы горел желанием выворачиваться наизнанку ради спасения одетой в Армани задницы Джона Марконе. Мысли о нем не лишают меня сна. Во-вторых, мои соседи сверху — пожилые люди, и если никто не почистит тротуара, они окажутся в снежном плену. В-третьих, я не могу не вести себя примерно по отношению к домовладельцам. Миссис Спанкелкриф почти глуха, но знаешь, как-то трудно скрыть даже от глухого, когда к тебе в дверь ломится толпа демонов или зомби. Однако она готова простить мне даже особенно разнузданные оргии, если я, скажем, почищу тротуар перед ее домом.

— Квартиру сменить проще, чем твою задницу, — заметил Томас.

Я пожал плечами.

— Я вчера так наломался, что мне просто необходимо было сделать что-нибудь, чтобы мышцы расслабились и согласились действовать. На это так и так ушло бы время — почему бы при этом о соседях не позаботиться? — я поморщился. — И еще…

— Тебя угнетает тот факт, что дому твоей хозяйки периодически достается из-за того, что в нем живешь ты, — предположил Томас, покачал головой и фыркнул. — Очень на тебя похоже.

— Ну… Да. Но не в этом дело.

Он вопросительно нахмурился.

Я помолчал, подбирая верные слова.

— Существует много такого, над чем я не властен. Я не знаю, что случится в следующие несколько дней. Я не знаю, с чем мне придется встретиться, какой выбор передо мной встанет. Я не могу предугадать этого. И повлиять на это не могу. Слишком все это сложно, — я мотнул головой в сторону лопаты. — А вот это предугадать могу. Я знаю, что если я возьму эту лопату и почищу тротуар, соседям будет проще и приятнее жить, — я покосился на Томаса и пожал плечами. — Для меня это существенно. Дай мне еще пару минут принять душ.

Он внимательно посмотрел на меня и кивнул.

— Ну, — с легкой — очень легкой — улыбкой произнес он, демонстративно повел носом и поморщился. — Конечно, подожду. С радостью.

Я помылся. Мы уже шли к двери, когда зазвонил телефон.

— Гарри, — сказала мне в ухо Мёрфи. — Что, черт подери, там происходит?

— Чего? — не понял я. — А что, черт подери, там происходит?

— У нас как минимум пара дюжин… ну, я думаю, точнее всего это можно назвать «видения». Все, что угодно, от снежного человека и до загадочных светящихся шаров. И конечно, все это спустили в ОСР.

Я открыл, было, рот, чтобы ответить ей, но помедлил. Во все это замешаны Марконе со свитой. Возможно, у Марконе и меньше связей во власти, чем ему хотелось бы, но уж в полиции источники информации у него точно имеются — и наверняка доступ к этой иформации имеется и у его подчиненных. Немного осмотрительности не помешает.

— Ты из конторы? — спросил я.

— Угу.

— Мы поговорим.

Возможно, Мёрфи и не хочется признавать то, что кто-то из ее коллег по отделу может работать на сторону, но она не из тех, кто не верит в факты только потому, что они ей не нравятся.

— Ясно, — сказала она. — Где?

— У МакЭнелли, — ответил я и покосился на часы. — В три сойдет?

— Жду тебя там.

Я повесил трубку и снова повернулся к двери. Мыш двинулся, было, за мной, но я осторожно подтолкнул его ногой в обратную сторону.

— В другой раз, малыш, — сказал я ему. — У этих нехороших парней уйма людской силы, доступ к квалифицированной магии, и мне нужны надежные тылы. Так что побудь уж дома — так, по крайней мере, я уверен, что никакая сволочь не залезет сюда и не заложит каких-нибудь неприятных сюрпризов.

Мыш скорбно вздохнул, но сел.

— И присмотри за Мистером, ладно? Если его начнет тошнить, убери кошачью мяту.

Пес с сомнением покосился на люк в лабораторию.

— Ох, не надо, — хмыкнул я. — Ты в семь раз его больше.

Не могу сказать, чтобы вид у Мыша был слишком уж уверенный.

Томас удивленно переводил взгляд с меня на пса и обратно.

— Он что, тебя понимает?

— Когда это в его интересах, — буркнул я. — Он умнее большинства известных мне людей.

Томас переварил эту информацию и немного неуверенно покосился на Мыша.

— Э… да… послушай. То, что я говорил раньше о Гарри, не считается, ладно? Я это не серьезно. Типа, шутка.

Мыш дернул ухом и царственно отвернулся от Томаса.

— Чего? — оглянулся я в их сторону. — Что ты говорил?

— Пойду, двигатель прогрею, — заявил Томас и ретировался на улицу.

— Это мой дом, — буркнул я, ни к кому конкретно не обращаясь. — Почему всякие тут отпускают шуточки в мой адрес у меня дома?

Мыш воздержался от комментариев.

Я запер дверь — как в физическом, так и в магическом смысле — и вскарабкался на эту гору под названием «Хаммер», чтобы взгромоздиться на пассажирское место. Утро выдалось морозное, но день обещал сделаться еще холоднее; мне после душа это было особенно чувствительно, однако сиденье оказалось приятно теплым. Само собой, я никак не мог признаться Томасу в том, что элементы роскоши предпочтительнее бронестекол, но черт, это было все-таки уютно.

— Ладно, — сказал Томас. — Куда едем?

— Туда, где меня примут по-царски, — ответил я.

— Неужели в «Бургер-Кинг»?

Я провел рукой по лбу и пробормотал про себя слово «братоубийство». Мне пришлось добавить еще «псих несчастный» и «суд присяжных меня оправдает», прежде чем я остыл настолько, чтобы разговаривать по-человечески.

— Поворачивай налево и двигай вперед. Пожалуйста.

— Ну, — хмыкнул Томас. — Раз уж ты сказал «пожалуйста»…