Бессердечная - Марисса Мейер

Кэтрин прикрыла глаза, постаралась успокоиться и отогнать мысли – так она делала каждый раз, когда они заплывали слишком далеко в область недозволенных прикосновений. Узнай матушка, что думает ее дочь о шуте Короля, лопнула бы от ярости.

Король, вот ужас-то. Вот о ком ей полагалось мечтать на самом деле.

От всего этого у нее совершенно расшатались нервы.

Снова взяв кондитерский рожок, Кэтрин поклялась, что во время королевского чаепития будет держать себя в руках. Она леди, а он – шут, просто новое развлечение. Если она и увидит его снова, что само по себе маловероятно, то будет поддерживать с ним приличный и сдержанный разговор. Ничего легкомысленного, ничего неприличного она на этот раз не допустит.

Конечно, Кэт очень хотелось проверить, будет ли ее так же тянуть к Джокеру после второй встречи, но в глубине души она надеялась, что этого не случится. В конце концов, это бессмысленно – что может ей дать это чувство, даже если она снова испытает его? Родители никогда не разрешат ему ухаживать за ней. К тому же, она так и не решила, как же быть с Королем. Вдобавок, сейчас ее больше всего заботили переговоры с родителями. Как внушить им, что кондитерская – хорошее дело и нужно помочь в этом Кэт. Это самая главная, самая важная мечта… или во всяком случае была самой важной до появления лимонного дерева.

– Силы небесные, что за удивительный аромат?

Кэт отскочила от стола. На месте циферблата часов с кукушкой нарисовался Чеширский Кот – точнее, его голова. Стрелки указывали на его левое ухо и усы, что означало два часа дня.

– Привет, Котик! – Кэт нахмурилась. – Только не проглоти кукушку, пожалуйста.

Кот, возмущенно фыркнув, исчез и появился, теперь уже целиком, на высоком подоконнике. От рыжего оттенка, возникшего после тыквенных пирожков, не осталось и следа.

– Я такими штучками не занимаюсь, – сообщил Кот, – хотя как раз занят изучением вопроса о том, сколько этих штучек я мог бы съесть, пока ты отвернулась и не видишь.

Кэт подозрительно прищурила глаза.

– Ладно, ладно. На самом деле мне, пожалуй, неважно, видишь ты или нет.

– Они для Короля.

Чеширский Кот закатил глаза, зрачки в них запрыгали, как два детских мячика.

– Вечно у тебя все для Короля.

Кэт, улыбнувшись, снова взяла рожок, обтерла краешек и принялась выдавливать тесто на противень.

– Я не успела поблагодарить тебя за то, что ты отвлек всех на балу. Все получилось просто отлично.

– Ну, у меня обычно всегда именно так и получается.

– Гости, должно быть, сильно переполошились?

– Госпожу Дроздобород не так просто выбить из колеи.

– Ясно. Но я говорила о своем бегстве. Было ли всем понятно, что Король собирался… – Кэт вздохнула: – …сделать предложение мне?

– Мне кажется, никто так ничего и не понял, но лишь потому, что люди обычно ужасно безответственны и невнимательны.

Кэтрин медленно выдохнула. Выложив на противень последнюю порцию теста, она стала подравнивать будущие пирожные.

– Вдобавок, – Кот, как обычно, широко улыбался, – все забыли о неудачном объяснении Короля из-за ужасных событий, которые за ним последовали. Надеюсь, о Бармаглоте ты уже слышала?

Кэтрин вытерла взмокший лоб рукавом.

– Конечно. Наверное, нехорошо, что я думаю о каких-то глупых объяснениях после всего, что случилось. А вообще, я никогда не верила, что Бармаглот существует.

– Опасное это дело – не верить в кого-то только потому, что он тебя пугает.

Кэт поставила противень в духовку.

– Но ведь он не появлялся здесь с незапамятных времен!

– Да, нас с тобой тогда еще не свете не было. – Усмешка не сходила с морды Кота и выглядела жутковато, учитывая тему разговора. – Возможно, правда, что он и не улетал никуда, а просто залег и выжидал. Или прилетел сквозь Зеркало, хотя это маловероятно. Правду мы вряд ли узнаем, но теперь этот зверь здесь, и думаю, что это было не последнее его нападение.

Кэт почувствовала горечь во рту.

– Что нам теперь следует предпринять?

– Нам? Я лично не собираюсь ничего предпринимать.

– Ну ладно, не ты. Но кто-то же должен что-то делать. Пусть, в конце концов, Король призовет рыцаря, как в старых легендах.

Чеширский Кот басовито мяукнул.

– Ты видела в королевстве хоть одного рыцаря?

Кэтрин обдумала его слова. Отдаленно рыцарей напоминали только солдаты Трефы в замке, но она подозревала, что их боевые качества вряд ли лучше, чем у миролюбивых Бубновых придворных.

– Надо же что-то предпринять, – повторила она, хотя ее пыл основательно охладел.

– Что-нибудь и будет предпринято – для того, чтобы скорее выкинуть из головы это ужасное происшествие и сделать вид, что ничего не было. – Кот облизал лапу и стал намывать себе усы. – Как всегда.

Кэт стало не по себе. Она знала, что Чеширчик прав – хотя сама ни разу не была свидетелем чего-то столь ужасного, но понимала, что все готовы притворяться и закрывать на это глаза, лишь бы только ничто не вторгалось в их уютную мирную жизнь.

– А как же те несчастные придворные? – шепнула она. – Что с ними сталось?

Улыбка Чеширского кота слегка полиняла – самую чуточку.

– Их уже нашли, милая Кэтрин. Вчера за Лесом Никуды обнаружили два клочка картона.

– Но… может быть, это не…

– Это они. На одном из клочков удалось различить фрагмент ромба – значка бубновой масти.

Кэт отвернулась и крепко зажмурилась. Она вдруг почувствовала себя маленькой и беззащитной. Наказанным ребенком – хотя если кто-то и наказал ее, так только она сама. Два дня она провела как во сне, то думая о встрече с Королем, то мечтая о Джокере, а все это время придворные были мертвы и чудище летало на свободе.

– Вчера я посетила Герцога Клыканского, – сказала она. – У него на шее рана, нанесенная Бармаглотом. Чудовище ранило еще кого-нибудь?

– Не думаю, и это большое счастье. Ведь все случилось в непосредственной близости от госпожи Маргарет Дроздобород.

– Скорей рассказывай!

– Когда огромный монстр вломился в зал, разбив окно, казалось – о, я меньше всего хотел бы показаться эгоистом, но казалось, что он нацелился прямо на меня. А я все еще сидел на голове у девушки, понимаешь ли. Поэтому я исчез… но мной руководил инстинкт, а вовсе не трусость, уверяю тебя…

– Естественно.

– … И появился я на другом конце бального зала как раз вовремя, чтобы заметить, как лорд Свинорыл бросился между леди Дроздобород и чудовищем.

Кэт изумленно открыла рот.

– Да он настоящий герой!