Мой темный принц - Ольга Шерстобитова

— Красавчик, хочешь я тебе спою? — спустя время спросила я, чувствуя, как во мне вспыхивает странное желание, словно что-то просится, отзывается…

Откуда взялась мелодия, я не знала. Была уверена, она незнакомая, но струится из души, оплетает невидимым волшебством сад. Я пела о любви и надежде, тихо и мягко, словно рассказывала о чем-то личном. Лебедь, как мне показалось, слушал, становился все печальнее. Дивная птица. Непростая. Как же мне хотелось, чтобы она обрела счастье!

На рассвете, когда небо окрасили в нежно-розовые тона солнечные лучи, моя песня оборвалась, а из глаз покатились слезы. Лебедь склонился, словно надеялся на чудо.

— Желаю всей душой, чтобы ты обрел свободу!

В воздухе запахло озоном, как перед грозой, что-то сверкнуло, осыпалось белыми искрами. Я вскрикнула и почувствовала, как теряю сознание.

Очнулась оттого, что кто-то плеснул в лицо водой, а потом бережно откинул пряди с лица. Мелькнули яркие синие глаза, коснулись щек длинные светлые волосы. Передо мной буквально замерло невероятное, красивое до невозможности лицо мужчины.

— Как ты? — спросил незнакомец.

А голос-то какой! Мягкий, словно шелк касается кожи. Так бы и слушала. Что-то меня не туда заносит. Мужчина с интересом меня рассматривал, и в его сапфировых глазах играли блики восходящего солнца. Потянулся рукой, и я дернулась, вспомнив, что случилось.

Пруд с кувшинками был на месте, а белоснежная птица исчезла. Уплыла? Улетела? Что же все-таки произошло?

Закрыла глаза. Открыла. Незнакомец не исчез. Осторожно села. Разглядела, что незнакомец не одет. Он улыбнулся мне ободряюще, как маньяк, и я прикинула, как бы медленно от него отползти и сбежать. Впрочем, прикасаться не стал, уже хорошо, а то я, когда нервная, могу натворить глупостей. Одно карабканье на елку чего стоило.

Мерещится он мне или нет?

Снова закрыла глаза, сосчитала до десяти, открыла. Незнакомец по-прежнему находился рядом. Ситуация до боли знакомая. Но вспомнить не могу. Ладно, проверю, не глюк ли. Потянулась к замершему обнаженному красавчику, который сидел не шевелясь, тронула за плечо. Теплое. Настоящий, значит. И откуда он тут, интересно, взялся?

— А где лебедь?

— Ариадна, — раздался мелодичный, певучий голос, — я и есть этот лебедь.

— Что? — Я вытаращила глаза, уставившись на парня в упор.

Ну, если рассуждать логически… Вот я же русалка, так почему лебедь не может превратиться в парня?

— Что тут происходит? — неожиданно раздался голос Лира.

Я обернулась. Маг стоял шагах в десяти от нас, сидящих на земле возле пруда. И в отличие от меня, вышедшей в сад в одной ночной рубашке, полностью одетый. На нем даже плащ был.

Неожиданно Лир побелел, вытаращил глаза. Ага, это он моего превращенного лебедя увидел.

— Арандиэль, — почти шепотом сказал он.

— Лир, о боги!

Парни кинулись друг к другу, обнялись, словно не веря собственным глазам.

— Вы что, знакомы? — осторожно спросила я.

— Да, — ответил Лир, очнувшись. — Он брат Эридейле, жены Тира, мой лучший друг. Пропал два года назад, когда решил следовать за судьбой. Я так долго тебя искал, Аран! Уж и не чаял…

Арандиэль посмотрел на Лира, потом на меня.

— Ты не поверишь, Лир, что со мной приключилось!

А мне казалось, что мы поверим уже во что угодно. Тут Лир заметил, в каком виде стоит Арандиэль, обернулся, бросил взгляд на стремительно краснеющую меня и снял плащ. Белокурый красавчик благодарно кивнул, закутываясь и как-то странно вытягивая шею. Видимо, еще окончательно не пришел в себя, обернувшись из птицы в человека. Я же так и осталась сидеть у воды.

— Я путешествовал по Северным горам, почти четыре месяца гостил у гномов, изучая руду и особенности работы с камнем.

В Ларейе и гномы существуют? Ой, как интересненько! А Лир-то хорош, мне ничего не сказал! Ну ни стыда ни совести у этих темных магов!

Быстренько пересела на скамейку, довольно зажмурилась, впитывая солнечные лучи.

— А потом занесло меня в такие края… Про Черное озеро слышал?

Лир нахмурился, кивнул. Опять оно! Теперь и нельзя не поверить, что лес волшебный, а на дне злополучного озера прячется источник силы. И моего лебедя туда как-то занесло. Впрочем, мой темный маг говорил же, что лес притягивает тех, кто потерял и ищет. Уже и не стоит удивляться случившемуся. Наверное, с Араном нам суждено было встретиться. Лес к нему привел, чтобы нашли, спасли, помогли.

— Только поставил защитный круг, прилег, как на берегу оказалась невероятной красоты девушка.

— Вышел из круга? — спросил Лир, не удивляясь.

— Да.

Аран вздохнул, а потом, словно смущался чего-то и чувствовал себя виноватым, тихо ответил:

— Я получил предсказание, что в этом лесу встречу суженую.

— Да и где ее было искать, как не здесь? Как повелся-то на такое! Я понимаю, моя мама попалась в ловушку, мы с Тиром, тогда еще юнцы, отправились на поиски, но ты-то?

— Любовь заставляет откинуть все страхи и сомнения, Лир. А за суженой любой представитель моего народа пойдет хоть на край света, поверит в любое предсказание.

— Принял ту девушку за суженую?

— За духа озера, который сможет помочь ее найти.

— И что потом?

— Не помню. Оказался лебедем посреди того проклятого озера. Превратиться обратно не смог, как ни пытался. Решил, там оставаться не следует, добрался до ближайшей деревни, нашел дом с прудом. Первое время надеялся, что смогу со временем понять, как снять чары.

— Ведьминские-то?

Арандиэль вытаращил глаза, только сейчас понимая, насколько сильно влип и как ему повезло, что моя магия взяла и сработала.

— Меня Агриппина очень уж полюбила, кормила.

Ну хоть что-то в ней имеется хорошее!

— И сколько ты тут?

— Полтора года. Если бы сила не подпитывала, замерз бы зимой.

— А как ты снял проклятие?

Арандиэль посмотрел на меня, Лир, естественно, тоже. Я покраснела, вспомнив свой откровенный разговор с птицей. Уставилась на пруд с белоснежными кувшинками, пытаясь собраться с мыслями и успокоиться.

— Ариадна пела всю ночь, — тихо ответил он. — Правда, мне было почему-то сложно уловить слова. Лишь когда она пожелала свободы, чары исчезли, и я превратился снова в человека. Ты, видимо, очень сильный маг, Ариадна, раз смогла разрушить проклятие злой ведьмы. Чары ведь на этом, похоже, и крепились. Пожалеть и пожелать отпустить.

Да уж, сильный маг. Почти без памяти, нос рыбьим хвостом на счастье.

— Арандиэль, это случайность, поверь. Мне и в голову не пришло, что ты можешь оказаться не птицей.