Отбор для ректора академии - Алекс Анжело

Понемногу меня охватывал мандраж. Особенно когда мы с Маргарет, Патрик и его друг — они предложили проводить меня, а я не отказалась — вошли внутрь Крылатой станции.

Несколько кораблей зависли в воздухе, цепи от их кормы тянулись к толстым мощным столбам, растущим из земли. Чтобы сесть на корабль, надо было подняться по ступенькам к одной из каменных площадок, у которой уже, судя по всему, зависло наше судно.

— После случившегося тебя вынудили тащиться сюда, — проворчала Маргарет.

Подруга знала лишь об отравлении. Впрочем, о нем было невозможно не узнать — растрезвонили на всю академию. Я скоро и зевнуть не смогу, чтобы об это не обсудили.

Мы прибыли пораньше, но несколько кандидаток уже находились на воздушном причале, кто-то в одиночку, а кто-то, судя по возрасту, с родителями.

Перила поблескивали позолотой, а деревянный корпус судна восхищал искусной резьбой. Паруса звонко позвякивали, уже развернутые во всю ширь. Наверху копошились матросы и капитан. Обычно на такую работу отправлялись маги, что не смогли получить полноценное образование в академии, или слабо одаренные, которые прошли курсы бытовой магии и узкоспециализированных занятий, необходимых для управления воздушным кораблем.

— Ух, ничего себе кораблик. Ректор-то не поскупился, — оглядывая посудину, высказался друг Патрика.

Я подозревала, что парень увязался с нами лишь из-за любопытства.

— Корабль как корабль, — фыркнул Патрик, державший в руке мой багаж. — Будь осторожнее, кто знает, что еще может произойти.

— Ты слишком беспокоишься обо мне, — беззаботно улыбнулась я, пытаясь развеять напряжение, вызванное его нетипичным поведением.

Маргарет оглядывалась, осматривая все прибывающих девушек.

— Это плохо? — неожиданно спросил Патрик, смотря прямо на меня.

Я сглотнула.

— Нет, спасибо. Просто не привыкла. — И отвела взгляд в сторону.

Забота мне была чужда. Я всегда справлялась со всем в одиночку. Пусть я знала, чем именно было вызвано беспокойство Патрика, все равно оно застало меня врасплох. Неожиданно для себя самой я почувствовала благодарность, словно сердце согрели лучами солнца.

— Эльза. — Я вздрогнула, услышав глубокий мужской голос. Рандел, одетый в форменную одежду командира, — похожую я видела однажды на начальнике стражи Бурсбурга, когда приюту сделали крупное пожертвование на празднике. — Вы добрались сами?

— Эм-м, да. Что-то не так? — озадаченно спросила я.

— Мы вас потеряли. За всеми участницами отправили кареты, и когда мы вас не нашли… — Он многозначительно промолчал. Карие глаза смотрели лишь на меня, будто Рандел намеренно игнорировал окружающих.

— Мне никто об этом не сказал. Надеюсь, больших проблем из-за этого не возникло?

— Нет. Главное, что вы здесь. — Взгляд Рандела переместился на что-то позади меня.

Я обернулась. С корабля неспешно, о чем-то разговаривая с матросом, спускался Бенедикт Карр. Его волосы были собраны в короткий хвост, видимо, чтобы их не трепал ветер. Мантия вновь сменилась повседневной удобной одеждой.

По площадке пронесся ветерок, будто забравший с собой спокойствие всех присутствующих — претенденток, их провожающих и, к глубокой досаде, мое тоже.

Забудь, забудь, забудь…

— Извините, мне надо попрощаться с друзьями, — вновь повернувшись к Ранделу, прозрачно намекнула я.

— Да, конечно.

Рандел отправился к кораблю. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в алые цвета. Красное блюдце светила окружала туманное марево, делая его контуры слегка расплывчатыми.

— Кто это был? — прошептала Маргарет, косясь на спину ушедшего.

— Друг, — ответила я и поспешно добавила: — Не мой, а Бенедикта.

— Хах, уже привыкла, подруга? Ректора по имени зовешь… — глумливо рассмеялся друг Патрика, похлопав меня по плечу.

Моя бровь скептически изогнулась. Я недовольно покосилась на руку парня, словно на муху, посмевшую летать рядом, и только собралась произнести чесоточное заклятие, как Патрик сам разобрался со своим знакомым.

— Прекрати, — процедил он, перехватив его руку за запястье и скинув с моего плеча.

«Совсем скоро я не смогу его игнорировать…» — с тревогой подумала я, смотря на Патрика.

— Я оговорилась. Привыкла к тому, как его называли в поместье, — пояснила я, смотря на Маргарет. На ее лице вновь блуждало то самое задумчивое выражение.

Вскоре даже она перестанет мне верить и начнет подозревать, что меня с главой академии связывают близкие отношения.

По Крылатой станции разнесся гудящий вибрирующий звук, послышался женский голос диктора, объявивший скорое отправление Лазурита и попросивший пройти всех улетающих на корабль. Потребовалась всего секунда, чтобы возле судна образовалась очередь из девушек и их огромных чемоданов, обтянутых плотной коричневой кожей, что один за другим уносили матросы.

— Похоже, мне пора, — с неохотой произнесла я. Наша компания медленно, с явным нежеланием приблизилась к кораблю. Пока претендентки поднимались наверх по каменной лестнице, парящей в воздухе, мы стали прощаться.

Маргарет крепко обняла меня и прошептала:

— Будь осторожна, Эль. Я не уверена, но ты наверняка тоже думаешь, что в сегодняшней подставе виновата она. — Подруга отошла, сохраняя серьезный вид.

Да, у меня тоже возникали подобные мысли. Только я не могла отметать того факта, что отбор вызвал ажиотаж в академии и кто угодно мог подшутить над одной из его участниц.

— Эльза, можно я кое-что спрошу у тебя? — Патрик смущенно замялся, опустив взгляд и взлохматив волосы пятерней.

— Да, конечно. Только быстрее. — Очередь перед кораблем стремительно редела.

— Наедине, — добавил парень.

Маргарет хитро улыбнулась и, не дожидаясь моего ответа, отошла в сторону, утянув за собой друга Патрика, что как дурачок засунул руки в карманы и с открытым ртом рассматривал засиявшие паруса.

Где-то поблизости зазвучали мужские голоса, они становились все громче, но я не обращала на них внимания.

— Что ты хотел спросить? — пришлось поторопить приятеля.

Патрик тяжело вздохнул, поджал губы, и лишь потом, словно набравшись смелости, выпалил:

— Ты правда не хочешь участвовать в отборе? И если бы у тебя была возможность, отказалась? Только ответь честно, Эльза. Для меня это важно. — Он замолчал, шумно дыша.

В какой-то момент я хотела соврать, ведь в нынешних обстоятельствах утверждать обратное больше не имело смысла. Но смотря на Патрика, понимая, насколько ему это важно, я просто не смогла утаить правду.

Ему понадобилась смелость, чтобы спросить. Именно этим он так отличался от Бенедикта Карра, и я даже не взялась бы точно ответить, что хуже — наглость или робость.