Квалификация-Ангел. Кровные Узы - Лисса Рин

– Без понятия, – сонно отозвалась Лира и с наслаждением потянулась, – если честно, не хотелось бы каждый год менять ни комнаты, ни соседок.

– А ведь точно! – спохватилась Саманта. – Не хочу, чтобы нас расселяли. Ладно, что-нибудь придумаю, – задумалась Саманта и поежилась. – Холодно, блин!

– Может, Велани проветривала с утра, – предположила Лира, снова уткнувшись в расписание, – ты вообще ее видела сегодня?

Саманта покачала головой.

– Странная личность, – прокомментировала она.

– Демонология, наверное, интересный предмет, – Лира неохотно вылезла из-под одеяла и потянулась к стакану с водой на столике.

– И интересы твои странные, – Саманта взяла блокнот, – демонология как раз сегодня. Кстати, о странностях, – вдруг вспомнила Саманта, – пару минут назад при выходе из гостиной я едва не столкнулась со Старшим.

Лира лишь неопределенно хмыкнула в стакан. Шатенка мечтательно закатила глаза.

– Очень симпатичный, правда?

Лира живо представила себе эдакого Кайла местного разлива: эти красавчики все одинаковые.

– Наверное, – рассеянно ответила Лира, не желая признаваться, что она его вообще не видела. – Раз красивый, значит, напыщенный и самоуверенный. А если Старший, значит, еще и зануда.

– Ни фига себе у тебя «наверное»! – изумилась Саманта и хитро прищурилась. – Говоришь так, словно лично с ним встречалась.

Лира неопределенно пожала плечами и хмуро уставилась на свое отражение в зеркале.

– Свет мой, зеркальце, заткнись, отвернись и застрелись, – пробормотала она своему отражению и принялась раздраженно причесываться. – Что у нас первое?

– М-м, история в 9.00, пара, – ответила Саманта, еще раз заглянув в блокнот, – потом одна демонология, введение.

– История, какая бы то ни была, с утра в понедельник – явно перебор, – раздосадовано протянула Лира, кое-как устанавливая на голове вселенский порядок. – А на завтрак у нас чего?

– Овсянка, мисс, – серьезно сказала Саманта, подходя к двери, – сказала, что страшно по тебе скучает.

Лира возвела глаза к потолку. Если человек не любит первое сентября и понедельники, то это хроническое, и ничего тут не поделаешь.

– В этом году столько талантливых детишек пришло, – воодушевленно отметил Элрик, почти что пуская скупую мужскую слезу.

– Не преувеличивай. Такая же кучка лоботрясов, как и всегда, – проворчал Стефан, перебирая свою порцию анкет, – одни хлопоты от этих неоперенных.

– Ну что ты, немного понимания и заботы – и перед нами распустятся прекрасные небесные цветы. Не каждый преподаватель может похвастаться тем, что на его глазах происходит становление настоящего ангела.

– Завидую этим преподавателям. Они не познают всех прелестей подросткового кризиса у ангелов. Как бы из этих цветов сорняки не повылазили, – продолжал бурчать Стефан, складывая анкеты в аккуратную стопочку.

– Этот парнишка незаурядная личность – открытый, жизнерадостный, готовый всегда прийти на помощь, – отметил ректор одну из анкет.

– Бездельник, одним словом, – Линкор скользнул равнодушным взглядом по анкете в руках ректора.

– А эта девушка обладает ярко выраженными способностями темных: целеустремленность, бесстрашие, прямолинейность – однако при этом она светлая до кончиков волос. Необычно.

– Скорее проблематично. Так и будет метаться до последнего, выбирая специальность.

– А вот еще – умный, старательный, ответственный, исполнительный.

– И проест тебе всю плешь, если посчитает, что ты недостаточно высоко оценил его способности.

– А вот…

– Заносчивый.

– Или…

– Легкомысленная.

– Тебе не угодишь!

– Я и не спорю. Просто считаю, что ты сильно преувеличиваешь их мнимые достоинства. Мы должны быть с ними предельно честны и не подавать ложных надежд относительно того, что их ожидает в будущем. Они должны знать истинную природу вещей, с которыми столкнутся, когда выпустятся из Ангелии. И должны быть к этому готовы.

– Трудный будет год, – наконец подала голос Джиллиан, до этого тихо сидевшая в углу ректорской. Она уже трижды внимательно пересмотрела личные дела адептов и выделила наиболее, по ее мнению, многообещающие. Или проблематичные. – Этого вообще не стоило брать – он уже сделал свой выбор и вряд ли его изменит.

– Не думаю, что у него этот выбор был.

– Но Элрик, ты ведь всегда говорил, что выбор есть у всех.

– Не в тот раз. Ему пришлось подчиниться обстоятельствам.

– Это тоже выбор.

– Скорее неизбежность. Но что бы ни произошло, он уже здесь, и наша задача – сделать все возможное, чтобы помочь ему уйти от прошлого. Мальчик весьма талантлив, умен и смел.

– А еще хитер, лукав и изворотлив. От него не стоит ожидать, что он станет жертвовать своими личными интересами ради других.

– Напротив, именно этого я от него и жду. И буду делать все, чтобы его лучшие таланты раскрылись.

– Безнадежное, по-моему, дело, – покачал головой Стефан и тут же замолк, поймав тяжелый взгляд ректора.

– Нет безнадежных детей – есть бездарные взрослые. Я не прошу вас о многом, всего лишь не смотреть на них так, как только что смотрели на его дело.

Замы хмуро переглянулись.

– Я пригляжу за ним, – внезапно смягчился Стефан, выуживая нужную анкету из стопки.

– Тогда и ее возьми, – Джиллиан протянула Линкору совсем тоненькое дело. – Тяжелый случай.

–А сама не хочешь попробовать? – лукаво сузил глаза преподаватель, уже протянув руку за делом, но папку тут же перехватил ректор.

– Элрик?

Джиллиан удивленно глянула на задумавшегося ректора. Элрик медленно, словно в немой борьбе с собой, развернул дело. И тут же его закрыл.

– Нам незачем смотреть на бумажки, чтобы знать, что она прекрасный человек. Как и все, кто здесь учится. Я лично могу за всех поручиться.

– Ладно-ладно, – неожиданно для мужчин Джиллиан тепло улыбнулась, – дай тебе волю, Элрик, ты их всех под свое крыло возьмешь.

– Нет, к сожалению. Ты ведь знаешь Небесный закон: два крыла – один подопечный.

– Можно подумать, тебя это когда-нибудь останавливало, – усмехнулся Стефан, бросив хитрый взгляд на Джиллиан. Та нахмурилась и вернула дело себе. Потом, подумав, выудила из стопки еще два дела. Элрик, окинув их взглядом, одобрительно кивнул, Стефан удивленно поднял брови, глядя на фотографии блондина, улыбающегося во весь рот; русоволосой девочки, подозрительно поглядывающей из-под челки; хмурого брюнета, уставившегося куда-то в сторону; и брюнетки с победно вздернутым подбородком и слегка уставшим взглядом.