Царевна (не) Удач - Натали Лансон

«Передо мной лежат три кубика с буквами "Б", "Л" и "Я".

И пока я не сложу из них слово "СЧАСТЬЕ",

я никуда отсюда не уйду!..»

*Мать её, Леся*

«Когда мы что-то делаем, — размышляла я, сидя на нагретом солнцем камне, — продумываем последствия, поэтому! Два варианта: или эта кретинка планировала меня убить, так как только в этом случае я не смогу вернуться обратно и рассказать о том, кто меня вытурил за пределы Академии… Или второй вариант — Алис конченная имбицилка, а значит, сама виновата!»

— А я, бля, вернусь! — Угрожающе прошипев очевидность для меня, поднялась и огляделась, настраиваясь на первый вариант. Всё-таки готовиться лучше к худшему.

Странное поле настораживало отсутствием привычной для меня цветовой гаммы. Чёрный цвет был буквально повсюду. Однако гари я не чуяла.

В лес, расстилающийся до самого горизонта немногим ниже моей возвышенности, я идти не рискнула, поэтому повернулась в обратную сторону и зашагала между небольшими посадками.

Постепенно ландшафт менялся, как и краски на нём, и я облегчённо выдохнула, когда вышла на дорогу, за чертой которой привычно зеленела трава.

Направление дороги опять же выбрала из расчёта «подальше от мрачного леса». Хоть угрозы я от темнеющей черноты не чувствовала, но тоскливые ощущения округа навевала. Я даже не сразу поняла, что желание плакать — это вовсе не моя настоящая эмоция. Ступив на прокатанную телегами дорогу, я ощутила желание убивать.

Когда за спиной послышался скрежет колеса, поначалу думала спрятаться, но что-то меня остановило. Благоразумие, наверное, да пояс с керамбитами.

Из-за поворота вырулила телега со старичком на облучке. Дядечка был прилично одет, хоть и не богато, а животное, тянущее повозку, конечно, чем-то напоминало лошадь, но в основном костяной вид существа говорил о том, что лошадкой эта тварюшка если и была, то только в прошлой жизни.

Наконец, страх подступил.

Телега остановилась, и дед грозно посмотрел на меня:

— Чего бродишь по краю проклятой земли? Приключений ищешь, девка?!

— Я… нет. С дурой одной повздорила, теперь вот выгребаю.

— Городская?

— А? Да…

— Садись. До города тебя довезу, а то чертей каких подцепишь. — Дед фыркнул, но помог забраться к нему на облучок. — Хотя их и в городе подцепить можно…

Заметив, как я на него покосилась, старичок разразился хриплым хохотом.

— А вы сами откуда? — Как можно дружелюбнее спросила я, надеясь на хотя бы какие-то представления от места, куда меня закинуло.

— Дык из Рвища. Где нам, троллям, ещё блукать?

«Нижний мир… — кивая и улыбаясь, лихорадочно соображала. — Сто пудово он!»

— Ты чья будешь?

На свой страх и риск ответила:

— Родственница Вады Хуг. Вообще в академии вместе с ней живу, но сегодня у меня… видимо, прогул.

Дед опять хохотнул, не заостряя внимания на имени библиотекарши. Наверное, фамилия «Хуг» была распространённой в Рвищах, как «Иванова» в России или «Шевченко» или «Бойко» на Украине.

— На площади стоит стационарный портал, так что проблем вернуться не будет. Прошли те времена, когда нашу братию запирали тут! — Вдруг старичок перешёл на митинговое настроение. — Сейчас можно даже в Верхний мир мотнуться… хотя… эти напыщенные драконы и эльфы… Кожу нашу видят и сразу нос воротят. — Дед выразительно глянул на мои тату. — Невдомёк иродам, что это наша врождённая сила. Мы рождаемся с оберегами! Сама Троцилла отмечает нас своей дланью!!!