Рубиновый рыцарь - Дэвид Эддингс

— Тогда весь Запад погрузился во тьму, —предупредила она. — Поскольку без этого искусства Рыцари будут беззащитныперед Азешем, а без Рыцарей королевства Запада падут под ударами орд императораОтта.

— Но у нас нет никаких оснований думать, что Отт сновасобирается начать войну.

— У нас нет также и никаких свидетельств о том, что вэтом году снова наступит лето, — сухо парировала Сефрения и посмотрела наОлстрома. — У меня есть план нашего побега, но сперва мне нужно попасть вкухню и поговорить с нашим поваром.

Барон с удивлением посмотрел на нее.

— Для осуществления плана нужно кое-что, что обычноможно найти в кухне. Мне необходимо удостовериться, что все это у вас есть.

— У двери стоит стражник, мадам, — сказалОлстром. — Он проводит вас на кухню.

— Благодарю вас, мой Лорд. Идем со мной, Флют.

— Что она замышляет? — спросил Тиниэн, когдаСефрения вышла.

— Сефрения почти никогда заранее ничего необъясняет, — сказал Келтэн.

— Да и после тоже, насколько я успел заметить, —добавил Телэн отрываясь от своих рисунков.

— Говори тогда, когда тебя спрашивают, — цыкнул нанего Берит.

— Если я последую твоему совету, Берит, я разучусьразговаривать.

— Ты не смеешь допустить этого кощунства,Олстром, — сказал Ортзел.

— У меня нет выбора, брат. Нам необходимо обезопаситьтебя, и, кажется, это единственный выход.

— А Крегера ты тоже видел здесь? — спросилСпархока Келтэн.

— Нет, но я думаю, что он где-то поблизости. Кто-то жедолжен присматривать за Адусом.

— Неужели этот Адус так опасен? — спросил Олстром.

— Он животное, мой Лорд, и достаточно тупое, —отозвался Келтэн. — Спархок обещал его жизнь мне, если я не будувмешиваться, когда он будет разбираться с Мартэлом. Адус едва можетразговаривать, а убивать для него — истинное наслаждение.

— Он грязный, и от него отвратительно пахнет, —добавил Телэн. — Как-то мне пришлось столкнуться с ним на улице в Каммориии его запах чуть не сбил меня с ног.

— Может быть и Мартэл вместе с ними? — с надеждойспросил Тиниэн.

— Сомневаюсь, — сказал Спархок. — Мнекажется, он до сих пор сидит там в Рендоре. Думаю он прибыл в Лэморканд, чтобывсе подготовить и убраться обратно в Рендор продолжать там свои подлости. Асюда приводить свой план в исполнение послал Адуса и Крегера.

— Миру бы было гораздо спокойнее без этого вашегоМартэла, — сказал Олстром.

— При первой же возможности мы постараемся этоустроить, мой Лорд, — громоподобно заверил Улэф.

В этот момент возвратились Сефрения и Флют.

— Ты нашла все, что тебе нужно? — поинтересовалсяСпархок.

— Да, почти. Остальное я смогу сделать, — онапосмотрела на Ортзела. — Если пожелаете, можете удалиться Ваша Светлость,я вовсе не желаю оскорблять ваше благочестие.

— Я останусь, мадам, — холодно сказал он. —Возможно мое присутствие воспрепятствует этой мерзости.

— Кто знает, Ваша Светлость, но я сомневаюсь, —Сефрения поджала губы и критически взглянула на небольшой глиняный кувшин,который она принесла из кухни. — Спархок мне нужен будет пустой бочонок.

Спархок подошел к двери и перекинулся парой слов состражником. Сефрения подошла к столу и подняла хрустальный кубок. Она долгошептала над ним по стирикски и с мягким внезапным шорохом кубок началнаполняться порошком, похожим на цветочную пыльцу.

— Отвратительно, — пробормотал патриарх.

Сефрения не обратила на его слова внимания.

— Скажите мне мой Лорд, есть ли у вас смола и гарноемасло?

— Конечно, это же необходимо для защиты замка.

— Хорошо. Если все получится, они нам понадобятся.

В комнату вошел солдат, принесший бочонок.

— Пожалуйста, поставьте сюда, — указывая на местоподальше от огня сказала Сефрения.

Солдат поставил бочонок, отсалютовал барону и удалился.Сефрения что-то кратко сказала Флют. Девочка кивнула и заиграла на свирелимелодию странную, гипнотическую и печальную.

Сефрения стояла над бочонком, шепча стирикские слова, держав одной руке кубок, в другой — кувшин. Потом начала ссыпать их содержимое вбочонок. Острые пряности из кувшина и порошок из кубка смешивались в бочонке,но не один из сосудов в руках Сефрении не пустел. Два потока, смешиваясь ввоздухе порождали искристое свечение, и блики от него сверкали на стенах и напотолке. А Сефрения все сыпала и сыпала из двух казавшимися неистощимымисосудов.

Понадобилось полчаса, чтобы бочонок наполнился.

— Ну что ж, — в конце концов сказалаСефрения, — пожалуй достаточно. — Она посмотрела внутрь мерцающегобочонка.

Она поставила оба сосуда в центр стола.

— Следите, чтобы никто не вздумал смешивать ихсодержимое, мой Лорд, — предупредила она Олстрома. — И держите ихподальше от огня.

— А что мы собираемся делать? — спросил Тиниэн.

— Мы должны прогнать ищейку, Тиниэн. Мы смешиваем то,что в этом бочонке со смолой и гарным маслом и наполним этим ковши баллистбарона. Потом подожжем и бросим на войска графа Герриша. Дым заставит ихотступить, по крайней мере на время. Но это не главное. Ищейка дышит не так,как люди. Для человека этот дым вреден, для ищейки — смертелен. Он либозаставит ее бежать, либо убьет ее.

— Это придает надежды, — сказал Тиниэн.

— Ну что, это было очень ужасно, Ваша Светлость? —обратилась Сефрения к Ортзелу. — Вы знаете, это спасет вам жизнь.

Лицо Ортзела было обеспокоено.

— Я всегда думал, что стирикское волшебство — этопросто обман, но в ваших действиях я не увидел шарлатанства. Я буду молиться иискать ответа у Всевышнего, большего я вам сказать не могу.

— Стоит поторопиться, Ваша Светлость, —посоветовал Келтэн. — А то как бы вам не пришлось прибыть в Чиреллос какраз к тому времени, когда вы сможете лишь поцеловать кольцо Архипрелата напальце Энниаса.