Самое чёрное сердце - Анна Змеевская

И это дом, где живут дети… Как по мне, местечко больше похоже на типичную вампирскую крепость в миниатюре. Или на инквизиторскую тюрьму.

Впрочем, это и есть тюрьма, где многие так и останутся на всю жизнь. В отличие от любых преступников, добровольно, потому как идти больше некуда. Люди не любят сидхе, это всем известно. Даже если речь о подменышах.

Зато Киро этих самых подменышей откровенно обожает. Всех зовёт по именам, каждому говорит что-то ласковое, задаёт вопросы про занятия, искренне восхищается уймой рисунков, открыток, аппликаций и прочих забавных детских поделок.

Я же искренне восхищаюсь ей самой, наверное, только теперь сполна осознав: у Киро Хаттари не только красивое лицо и прорва самых разных талантов, но и сердце размером с грёбаный Нью-Алькасар. Поразительно, учитывая, сколько всего ей пришлось вынести за свою не особо долгую жизнь. Впрочем, именно так оно обычно и случается — самым хорошим людям на свете приходится огрести столько дерьма, что впору диву даваться, как они не повесились на ближайшем столбе.

Я ведь помню все её оговорки про папашу. Помню и уже ненавижу этого человека. Надеюсь, пересечься с ним мне не придётся, иначе его бесполезная жизнь оборвётся тут же. Это в моей природе: как оборотни защищают членов своей стаи, так и вампиры оберегают свои гнезда. А Киро — часть моего гнезда. Как и вредный кошак Сазерленд, и малость церемонная чета Блэков, и суровый с виду Данбар, и суетливая Престон. Никто не смеет обижать их, угрожать им, причинять им боль.

— Эй, мелкота, ну хватит вам! — послышался строгий женский голос, и в поле зрения возникла симпатичная блондинка. Должно быть, это Адора, если я правильно помню. — Кыш, кому сказала! Поиграйте пока, а Киро перед сном помучаете.

— Это чего, опять она будет играть только с Рэном?! — возмутился рыжеволосый мальчишка, с виду явный пройдоха из тех, что обычно ловко обчищают карманы прохожих на рынках и в метро.

— А мне она вообще пять талеров должна! — крайне веско заявила девчонка, чем-то похожая на рыжего пройдоху.

Они все похожи. Разного возраста и расцветки, с различными чертами лица — но все как один хорошенькие, точно куклы в витринах антикварных магазинов.

Гламор делает их такими. Сидхе выглядят иначе, я знаю это. Я видел. Уж две недели минуло, а перед глазами всё еще стоит лицо Киро; её чудные глаза с пляшущими в чёрной глубине огоньками, изящно изогнутые рога, матовая кожа, точно припорошённая золотом…

Красивая. Абсолютно, невозможно волшебная.

Мериг Майред Мор.

Я даже не произнёс вслух, лишь подумал — но Киро тут же вздрогнула, обернулась, глянула как-то странно. Услышала? Прочитала мысли? Или.

— Люк, это Адора, она управительница в Железном чертоге. Адора, это Люк, он мой. мой. — Киро снова покосилась на меня, на сей раз беспомощно и. вопросительно?

Ну да, вопрос с каждым днём становится всё более сложным. Честно сказать, я и сам не сразу нашёлся с ответом.

— Начальник, — улыбнулся девушке, протянул руку. Адора ответила чуть натянутой улыбкой, из-под полных ярких губ мелькнули знакомо острые клыки. — И друг. Киро обещала познакомить меня со своим сыном.

— Киро не стоит давать обещаний, выполнить которые не в её власти, — откликнулась Адора чуть едко, но затем кивнула на выход из просторной комнаты, смахивающей не то на гостиную, не то на игровую. — Так, чудища, Адди играет с Киро самая первая! Ну-ка отцепились! Стеф, ты за старшую; проследи, чтоб все дожили до отбоя.

Едва мы вышли обратно в холл, она тут же обернулась к нам, смерила меня подозрительным взглядом и сосредоточила внимание на Киро.

— Ну ты даёшь, подруга. Это что, его отец?

— Боги, да с чего ты взяла? — буркнула Киро, поравнявшись со мной. Перед этой сахарной блондиночкой она явно робеет, и наверняка есть с чего.

— С того, что у меня есть глаза, Майред Мор, — отрезала она. — Ладно, опустим степень их родства. Ты ему веришь?

— Я ему верю.

И так решительно это прозвучало, что даже я понял — верит. Наверняка со всяческими оговорками и лишь настолько, насколько в принципе может, но это… радует до невозможного. А ещё обязывает. Я достаточно разбираюсь в людях, чтобы понять простую истину: Киро, с виду такая ласковая, мягкая и незлобивая, никому и ни за что не даст второго шанса.

Вот и правильно. Прощать предателей — труд неблагодарный и бессмысленный.

— Ну тогда идёмте, родители, — вздохнула Адора, отвернувшись и шагнув к тесному боковому коридорчику, — будем воспитывать ваш крыжовничек.

— Что он натворил-то? — со вздохом осведомилась Киро, проведя ладонью по лицу. — Ох, Тьма, как вообще такой кроха умудряется пакостить направо и налево?

— Весь в тебя, Киро-чин, — фыркнула Адора, зыркнув на неё через плечо, но тут же снова посерьёзнела. — Мелкий засранец цапнул Уилла, причём знатно так. Проголодался, что ли?..

Я с сомнением покосился на Адору. Не скажу, что гожусь в эксперты по повадкам маленьких вампиров, в чьей родне затесались сидхе, но по себе помню, что тяга вонзать клыки в человеческую плоть появляется только в подростковом возрасте. Да-да, именно тогда, когда на красивых мальчиков и девочек начинаешь смотреть не только как на приятелей по песочнице.

— Полно вам, миз, он слишком маленький, чтобы кусать ради еды, — возразил, невольно хмурясь. — Разве не все дети кусаются? Наверняка он просто защищался.

— Не сомневаюсь, Уилл у нас тот ещё, хм, подарочек. Но ещё я знаю, что с Рэна станется кого-нибудь цапнуть и трагично прикинуться жертвой.

— Эй, не демонизируй моего сына! — негодующе воскликнула Киро. — Он слишком маленький для таких диверсий!

— Нет, это ты его не идеализируй! Клянусь Тьмой, зелёный пакостник научился манипулировать людьми раньше, чем ползать.

Я с трудом подавил смешок. Понятно, что правда окажется где-то посередине, но мой отец наверняка был бы в восторге — такой малыш, а уже интриган. Сам-то Роберт Асторн только с виду (и по нелестному мнению мамы) творческое тепличное растеньице, на деле же. Ну, после нашего громкого ухода из крепости Асторн дядюшка Мариус три месяца отращивал новые клыки.

Одна из дверей в конце коридора открылась, и в щель выглянула премилая белокурая девочка лет трёх-четырёх на вид. Поглазев какое-то время на меня, она было решила спрятаться обратно, но тут Киро наклонилась и приглашающе развела руки в стороны.

— Ну же, Софи, беги скорей сюда, мой пирожочек!

Про злого плохого вампира в моём лице тут же позабыли напрочь: с радостным верещанием Софи полетела вперёд. Только затем, вдоволь наобнимавшись с Киро, она снова покосилась на меня и не то испуганно, не то застенчиво спрятала лицо у неё на груди.

— В чём дело, Софи-чин? — изумилась она, явно с трудом сдерживая смех. — Не бойся, я же с тобой… Ну брось, пирожочек, разве Люк хоть чуточку страшный?