Эльфийский посох - Наталья Метелева

Сын Леса едва не закричал, когда ладони коры оплели его, скрывая от чужих глаз. А вот сам он прекрасно видел, как багровый демон — тот самый, из которого рукоять Алкинора выбила дух в храме Солониэль, встал над мечом. Алые глаза твари оглядели опушку, и из ее глотки вырвалось шипение:

— Ты здесь! Ты близко!

Демон поднял пылающий клинок и шагнул на поляну. Поворачиваясь вокруг своей оси, он обшаривал ненавидящим взглядом каждую ветку, выставив меч перед собой и поводя его острием из стороны в сторону, словно оно должно было указать, куда скрылся враг.

— Где ты? — глухо рычал сын Бетрезена. — Ты не мог уйти! Ты здесь! Иди сюда, трусливый гаденыш!

Но лес молчал. И меч молчал, угасая.

— Ты предал меня! — яростно взревел демон, отшвырнув Алкинор. Выпрямившись, он сжал массивные кулаки, едва не вонзив в ладони огромные когти, и прорычал: — Тебе не скрыться от меня, эльф! Я найду тебя, клянусь ненавистью Повелителя! Найду и убью!

Когда раб Бетрезена, яростно ломая ветки, ушел обратно по той же тропе и дрожание земли от его шагов стихло, вяз выпустил Лиэна. Впрочем, охотник тут же пожалел об этом, но кора уже не пустила его обратно в древесное лоно. На него через поляну летела разъяренная дриада:

— Где эта тварь?!

Лиэн, поняв, о ком она, молча махнул в сторону запада.

— Ты видел демона и не убил?! — Дриада вонзила в него гневный взгляд. — Позволил ему и дальше поганить нашу землю? Трус! В дереве спрятался, как младенец в утробе!

Ледяные глаза девы леса скользнули по его руке с ножом.

— И это все оружие, какого ты достоин, эльф? Да ни одно древо моего леса больше не придет такому выродку на помощь!

Фыркнув, она устремилась в погоню за демоном, кинув на прощанье:

— Еще раз увижу тебя в моем лесу — убью, чтоб не позорил эльфов. И умойся, урод! Родник найдешь в пятистах шагах вправо.

Охотник посмотрел ей вслед и дотронулся до горевших, теперь уже от стыда, щек с засохшей коркой звериной крови.

«Ну все, Лиэн, — сказал он себе, — теперь тебя видели и остались в живых. Но не убивать же ее, учитель! Да и драки не было».

Дриада нашла его у родника. Лиэна окружили пять сопровождавших ее эльфиек с луками.

— Тварь как… как сквозь землю провалилась, ни следа! — пожаловалась дриада. — Но свежих разломов нет. Она пришла за тобой, эльф.

— Может быть. А может — по следу своего меча.

— Какого меча?

— Он остался там, на поляне. И демон может вернуться за ним.

Дриада щелкнула пальцами, как будто чуть треснул древесный сучок.

— Данира, проследи.

Пять лучниц словно растаяли в лесу.

— Так кто ты такой?

— Мое имя Лиэн. Я иду из столицы в горы.

Дриада задумалась. Эльф никак не мог определить ее возраст: то она казалась совсем юной, то из зеленых глаз смотрела многовековая мудрость. Ее жезл с изумрудной сферой в навершии говорил о могущественной силе магессы, а такой опыт сразу не дается. Наконец, словно что-то решив для себя, дриада тряхнула головой, убирая с лица пряди рыжеватых волос.

— Ты непонятен мне, — сказала она. — Ты чужак, но тебя признало древо нашего леса и сохранило, как родную кровь. Но перед рассветом кто-то убил волчью стаю, и это был враг, скрытый пологом невидимости. Враг, ушедший незамеченным. Потом на поляне появился ты, и на тебе была волчья кровь.

Она с сомнением посмотрела на его нож, омытый в роднике, — простой костяной нож, даже без магических рун. Как таким убожеством можно перерезать глотки тридцати матерым зверюгам?

Охотник промолчал. Он не мог сказать, кто убивал тех волков, — он, Лиэн, или то чуждое, что таилось в нем. Сила, которая просочилась из кошмара его снов и совершила его руками какой-то жуткий ритуал.

— Так кто же ты, Лиэн? — пытливо смотрели зеленые глаза дриады. — И стоит ли мне оставлять тебя в живых?

Он пожал плечами:

— Если решишь оставить, позволь мне взять одно деревце для рогатины.

— Что ж… Бери.

Она поднялась и растворилась в лесу следом за лучницами.

Правильно говорил старый маг: остроухий ученик был недостоин его посоха. Только палки. Ствол был корявый, но искать что-то лучшее уже не было времени, и это деревце с раздвоенной вершиной единственное на лесной прогалине было освещено лучами восходящего солнца, каким-то чудом пробившимися сквозь высокие кроны.

Лиэн смутно помнил, как учитель творил посох, но старый маг явно не пытался вписать в руну теплый солнечный блик, как это непонятно зачем сделал его остроухий ученик. Произнеся ритуальные слова, эльф обрубил ножом корни, оставив их в земле, и стволик упал ему в руки.

Ясень обещал вырасти могучим, и эту данную ему матерью Природой жизненную силу надо было удержать и сохранить в посохе, чтобы потом обернуть против врага. Потому, едва очистив комель от коры, Лиэн сразу процарапал острием нужные руны. Конечно, эта палка не заменит сгоревший посох, но из оружия у него остался только нож, а к рогатине в руке он уже привык.

С очищенным от веток и коры стволиком он вернулся к лесному роднику. Здесь его снова нашла дриада и уже не отставала ни на шаг. Словно раскаялась в своем решении и обдумывала, а не прикончить ли чужака, пока не поздно.

Лиэн напоил древко, закрепляя рунами силу вод, питающих эльфийские земли. Если бы дриада пристально не наблюдала за его работой, вряд ли она заподозрила бы в ней что-либо магическое.

— Кто учил тебя такой магии? — спросила она, удержав руку эльфа, наносившую руны, похожие на скупой орнамент посуды какого-нибудь нищего имперского селянина.

— Человек. Ну, и гномы немного. А что?

— Чудовищно! Какое уродство! — фыркнула она, но помогать не стала.

Закончив, Лиэн протер стволик листьями, и орнамент исчез, как будто его и не было. Ни к чему, чтобы кто-то еще понял, что это не простая рогатина.

— Что ты делал в столице, Лиэн? — как бы между прочим спросила дриада.

— Хотел увидеть Посох Духа.

— Зачем?

— Чтобы излечиться с его помощью. — Он спокойно продолжал работу над рунами, хотя заклинания произносил мысленно, едва шевеля губами, а эльфийка не давала ему сосредоточиться.

— А ты знаешь, что тебя ищут по всему Альянсу?

— Зачем? — изумился он.

Поднялся, чтобы ополоснуть нож от стружки, и замер. Дриада наставила на него жезл, и ее зеленые глаза словно заиндевели, а взгляд стал жестким.

— Затем, чтобы убить, — процедила она. — Говорят, некий эльф из диких кланов уничтожил наш священный Посох Духа. А еще говорят, что у него была рогатина и костяной нож, а его имя — Лиэн.