Святые бастарды - Тимур Туров

– Тяф? – подал голос полузадушенный щенок.

Они побежали дальше и практически сразу уперлись в тупик с двумя лифтами – обычным и грузовым. Атаниэль нажал на обе кнопки, створки грузового открылись – и на ребят вывалилась компания из четырех дейвона и двух сатра.

Эти точно не были клерками – одетые в десантные «разгрузки» поверх камуфляжа бойцы «Ложи» мгновенно разделились по двое и завязали бой. Иво метнулся в лифт, пытаясь проскочить между дейвона, получил прикладом автомата по голове и потерял сознание.

В отключке воспитанник слаш был всего несколько секунд. Едва открыв глаза, он понял, что лежит на спине – как он успел перевернуться в падении, Иво не помнил. В бока несильно били створки пытающегося закрыться лифта, подбородок лизал щенок, а рядом лежал автомат – видимо, уроненный кем-то из врагов.

Схватка за несколько секунд превратилась в свалку.

Скорее всего, гостей хотели взять живыми – альв и элохим не смогли устоять, и Мажа уже вязали, а Атаниэль с трудом отбивался от двоих наседавших на него «зеленых».

Иво сел, поднял автомат и нажал на спусковой крючок. Вместо ожидаемой очереди раздался одиночный выстрел, а приклад с такой силой ударил в плечо, что Иво проехал сантиметров двадцать вглубь лифта и едва не потерял сознание в очередной раз.

Однако выстрел произвел магический эффект – Маж и Атаниэль остались в центре небольшого холла перед лифтами, а бойцы «Ложи» попрыгали за ближайший угол, небольшой диванчик и две кадки с золотистыми пальмами.

А в следующее мгновение прямо над Иво прошла очередь, и он почувствовал, что щенок у него на груди описался. Парень втянул ноги, оказавшись полностью в лифте, дверцы тут же захлопнулись, и кабина поехала, хотя на кнопку никто не нажимал.

Лифт опускался тягуче-медленно, и воспитанник слаш успел прислониться спиной к стенке, сунуть под рубашку щенка, вновь замотав его в окровавленный пиджак, и взять автомат так, чтобы он был не на весу, а прочно упирался в плечо, которое по ощущениям уже начало распухать.

Мигнул свет. «Ту-там», – ласково произнес лифт, напоминая об альве, и двери раскрылись.

– Совсем наши охренели, ни ума, ни совести, – укоризненно произнесла старушка-дейвона, стоявшая перед лифтом с большим моющим пылесосом в одной руке и пакетом, из которого торчали разные моющие средства и тряпки, в другой. – Хватают, пытают, орут, стреляют. Своим же потом в глаза смотреть стыдно. Тебе куда?

Иво ошарашенно смотрел на женщину, спокойно вошедшую в кабину.

– К выходу, – пробормотал он. Автомат, так уютно устроившийся в руках, захотелось выкинуть.

– Ребенок же еще совсем! – сморщила треугольное лицо бабка. – Я тебя выведу.

Она нажала на кнопку, лифт снова поехал, затем остановился – и, к удивлению Иво, открылись не те двери, что раньше, а створки за его спиной. Парень вывалился из кабины, мимо него бодро протопала женщина.

Здесь все было далеко не так шикарно, как вверху, – обычные стенные панели, линолеум на полу и пара простеньких протертых кресел. Следуя за бабкой-дейвона, Иво пытался понять ее мотивы, но у него ничего не получалось. Вверху остались Маж и Атаниэль, это угнетало воспитанника слаш гораздо сильнее, чем необходимость каким-то образом выбираться из равелина.

– …!..……! – на незнакомом, но явно восточном языке заявила старушка кому-то, кого парень пока не видел.

Иво приготовился к драке, палец лежал на спусковом крючке, но вышедший навстречу молодой дейвона в форме охранника выглядел пристыженным и даже в какой-то мере испуганным.

– Ты прошел через первый этаж, вышел через колонные ворота, использовал «отвод глаз», понятно? – требовательно заявил охранник.

– Понятно, – кивнул Иво, опустив ствол автомата.

– Спрыгнешь через окно, потом держись левее, под стеной. Через ярко-зеленую траву перешагивай, по брусчатке не ходи.

«Серый» явно был недоволен.

– Я все хорошо сделал? – спросил он.

– Все хорошо, Ахмер. Но все равно здесь плохая компания для дейвона.

Ахмер поморщился и словно между делом взялся за цевье автомата Иво. Воспитанник слаш замер на секунду, а потом отпустил оружие – дейвона ловко перехватил его и вскинул на плечо, не обращая больше на чужака никакого внимания.

Не слушая дальнейшего разговора между бабкой и Ахмером, Иво поднял приоткрытую створку полуметрового окна и выглянул – до земли было метров шесть. Он вылез, повис на руках и прыгнул.

Опыта таких прыжков у Иво не было, и он слегка отбил себе ноги. Спрыгнув с Одиннадцатого равелина, который на самом деле был равелином лишь по названию, воспитанник слаш оказался в двадцати метрах от настоящего равелина – Иоанновского.

«А теперь враг захватил не только равелин, но и саму крепость, и расползается по всему городу», – мысли текли неторопливо, зато ноги двигались быстро.

Иво сбежал по пандусу и едва не встал на брусчатку, но вовремя одумался и перепрыгнул на газон.

Трава там действительно была разной – где-то чуть более яркой, где-то более блеклой. Как и советовал охранник, Иво шел по тусклой зелени. Вокруг было много народа – обычные люди, они заходили на почту, в туристический центр, покупали мороженое и разговаривали.

Парень собирался уже смешаться с толпой и уйти в сторону станции метро «Горьковская», когда с криком «Я-а-а-а-а!» сверху упал Атаниэль. На руках у него был выглядевший мертвым Маж, от которого шел самый настоящий пар.

– Что встал? Бегом! – заорал элохим.

И тут же рядом с Иво вспыхнула трава. Он помчался за Атаниэлем, осознав, что гонка продолжается. Сзади что-то орали, впереди, на мостике, поперек дороги встали трое в форме охранников, однако элохим даже не притормозил – держа легкого альва под мышкой, двухметровый бескрылый гигант продолжал нестись вперед.

Иво отставал все больше.

Трое попытались остановить Атаниэля, но он все-таки прорвался сквозь заслон, раскидав противников. Но элохим это далось нелегко, он шатался, на спине его остались ожоги, а по всему телу возникли длинные кровавые порезы.

Качнувшись в очередной раз, Атаниэль выронил Мажа, а затем упал сам.

Иво понимал, что это конец, но бросить элохим и альва во второй раз не смог. Подхватив почти невесомого Мажа, он попытался взвалить на себя еще и Атаниэля, но рук не хватало, а ноги подгибались. Да еще и щенок за пазухой…

Но тут прямо перед Иво, протаранив шлагбаум, остановился очень странный «уазик».

– Грузи сюда, нацист! – рявкнули из него.

Что-то выяснять времени не было, поэтому воспитанник слаш закинул в машину альва, затем с помощью водителя взгромоздил на сиденье элохим и, только усевшись рядом со спасителем, смог его рассмотреть.

Это был Часовщик – маленький, ушастый и носатый, в мотоциклетном шлеме и гигантских очках, состоящих из множества линз, расположенных одна за другой, одни над другими, под разными углами. Он был одет в толстую кожаную куртку с кучей нашлепок и такие же плотные, наверняка ужасно неудобные по нынешней жаре кожаные штаны. Иво знал, что согласно плану им кто-то должен был помочь на выходе, но кто именно – ему не сказали, так как было опасение, что все пойдет не так хорошо и его допросят с пристрастием.