Амулет для нищенки - Наталья Горячева

— Вы всё знаете? — всхлипнула Ляна.

— Да. Он сам пришёл и рассказал мне, но думаю, что он рассказал не всё. За что ты ударила моего брата? — Алман усадил её в кресло и налил стакан воды.

— Он предлагал мне гадости! — обиженно произнесла девушка и снова расплакалась.

— Какие гадости? — спокойно спросил кронпринц.

— Он… он предложил мне… предложил перебраться к нему, когда снимут с меня амулет. И вообще… он вёл себя мерзко! — разрыдалась она.

Алман подошёл к бару и налил бокал вина.

— Выпей немного, это тебя успокоит, — протянул он ей напиток.

— Я не пью спиртного, — всхлипывала она.

— А придётся. Не думаю, что после такого ты быстро придёшь в себя, — и Алман поднёс к губам девушки бокал. — Давай, Ли-а-на, несколько глоточков всего, — упрашивал он, потихоньку вливая в рот девушке игристое вино.

— Он сказал… — глоток. — Что ты… — глоток. — Скоро женишься… — глоток. — А он меня… — глоток. — Заберёт к себе… — глоток.

— Никуда он не заберёт тебя, я не позволю, — ставя пустой бокал на стол, сказал Алман.

— Правда? — лицо девушки разрумянилось, а глаза заблестели от выпитого вина.

— Правда, — подтвердил он и укрыл её пледом. — Ты посиди пока здесь, я пойду, душ приму. И не вздумай плакать, — тихонько дотронулся он до её носика.

Когда Алман вернулся, девушка мирно спала в его кресле.

«Споил всё-таки девчонку», — улыбнулся он и сел напротив, разглядывая спящую девушку.

Длинные пушистые ресницы, дрожали во сне; по-детски пухлые губки приоткрылись, обнажая белые зубки; волосы локонами спускались на плечи, обрамляя красивое личико; грудь при вздохе вздымалась, двумя соблазнительными полушариями, красиво выделяясь через тонкую ткань платья; красивые длинные ноги вытянуты вперёд. Алман жадно посмотрел на девушку и нервно сглотнул.

«Хороша, ничего не скажешь! Понимаю брата, почему он запал на эту прелестницу. Я бы и сам не отказался… Нет, я не буду ломать этой девочке жизнь. Она вернётся на Землю такой, какая пришла сюда. Чистая, нежная, неприступная словно королева», — внезапно появилась тоска, и Алман не понял, что с ним происходит. Налив бокал вина, он залпом выпил его.

«Слишком много места в моём сердце ты заняла, Ли-а-на. Пора это остановить. Мне нельзя расслабляться, у меня другое предназначение в этой жизни, и я должен его исполнить. Но я никогда не забуду эту девочку, которая так радикально отличается от этанок. Храбрая, беззащитная на вид, не боящаяся говорить правду в лицо, и в то же время чистая, как первый снег и нежная, как лепестки розы», — Алман потряс головой, прогоняя наваждение.

За окном была глубокая ночь, и Алман, подняв девушку на руки, понёс в спальню, которую он отвёл для неё. Лиана во сне зачмокала губами, но не проснулась, обвив тонкими ручками шею принца, прижавшись щекой к его плечу. Возле кровати Алман немного постоял, держа на руках девушку. Ему хотелось держать её вечно в своих объятиях и никогда не отпускать. Её лёгкое дыхание, щекотало принцу шею и он, испугавшись, что не справится с соблазном, положил её на постель, прикрыв одеялом.

— Спи спокойно, Ли-а-на, — пропел он её имя и, не сдержавшись, всё же поцеловал девушку в губы.

Выпив бутылку вина, он так и не уснул этой ночью, всё время, думая о Лиане.

«Да что со мной происходит?! — нервничал принц. — Почему мне не хочется расставаться с этой иномирянкой? Надо выбросить эти глупости из головы! Скоро она вернётся к себе на Землю, и всё станет по-прежнему», — решил он.