Месть со вкусом мяты - Руслёна

— Ну да, хотел промолчать вначале, — вздохнул Виторус, — да от тебя разве что скроешь.

Они пришли в багажное отделение и, постояв с минуту у конвейера, Гринг неожиданно решительно направился в сторону служебных помещений. Двери раскрылись и мужчины вошли внутрь. И тут до графа дошло:

— Это же мой “коридор”. Я по нему в замок набеги иногда делаю.

— Не знаю, твой “коридор” или нет, но она зашла сюда и не выходила. Я с тобой не пойду, я пока на службе. Что ж, удачных поисков.

Он снова хлопнул его по плечу и вышел. Граф остался в потёмках. Так как все лампочки сразу выключились. И двери исчезли…

Он решительно пошагал в том же направлении, куда ушла в своё время, неделю назад, Ена, его Люси. Вот и стрелка, сейчас будет дверь. Ага, вот она. Он решительно толкнул её и наткнулся на ведро. Потом получил какой-то палкой в лоб. В довершение налетел на старое кресло и перелетел через него.

— Да шерд вас всех возьми! Хоть бы уже убрались здесь. Или специально для меня всё это расставляют!

Легко поднявшись, он нашёл на стене углубление, нажал на него и вышел в холле. И чуть не оглох от криков и визга:

— Бэрримор! Защищайтесь!

— Я сейчас сниму-таки с вас скальп, бледнолицый лорд!

— Леди, не помогайте мне, я сам!

— Леди Йена, я уже поймала папу! Можно уже скальп снимать?

— Неееет! С ума не сходи! Ваш папа нам ещё пригодится живым! Лониэлла, отойди от папани, он мне ещё зарплату не выдал! Лови лучше Треика, он всё равно нифига в замке не делает, с него скальп снимай!

— Да чего сразу Треик!

Перед Горынычем предстала премиленькая, но совершенно безумная картина: Сэм, обычно уравновешенный и флегматичный дворецкий, дрался на “шпагах” с мелким, с племянником, и явно теснил “бледнолицего” к выходу. Тихая трусишка Лони ухватила отца за волосы на макушке и размахивала ножницами, а посреди этого безумства носилась его Люси, его личный финансист Клубничкина. Вот она подлетела к племяшке и отобрала ножницы, щёлкнула в лоб прятавшегося за колонной Треика, тут же ловко отфехтовала Сэма, ухватив шпагу Мэйнарда, помогая ему… ииии… наткнулась на обалдевшего от всего этого шефа.

— Люси, детка, что ТЫ делаешь??? … здесь…

Ена прищурилась, сделала кровожадное лицо и, выхватив у недоумевающего, ещё не увидевшего дяди, Мэйнарда, его “шпагу”, двинулась на Горыныча:

— Как я давно мечтала об этом! Дети, взять этого лазутчика и шпиона! Вот с кого мы снимем скальп!

Горыныч хохотнул, но на всякий случай отступил:

— Опусти оружие, дорогая моя! Люси, что ты делаешь! Ай! — она ткнула-таки в него заострённой палкой и отбросила её в сторону.

— Дети, зааа мной! Игра окончена.

И свершилось чудо. Никогда и никого, кроме отца, не слушавшиеся близнецы, ухватили девушку с двух сторон за руки и пошли наверх, то и дело оглядываясь недоуменно на дядю. Малышка попыталась присесть на ходу, а Мэй кивнул.

Виторус перевёл ошалелый взгляд на Сэма, брата и помотал головой:

— Что это у вас тут сейчас было? Приветствую, Петрус, брат. Как у вас оказалась моя… бухгалтерша? Я… мы на неё всей нашей дружной компанией в розыск подали, а она у нас дома, в замке?

— Привет, Виторус, — Петорус обнял брата, — она прошла твоим “коридором”, который ты просил оставить для себя. Я и оставил. И вот, наша жизнь не будет теперь прежней, брат, благодаря новой гувернантке, — он засмеялся.

— О, ты нашёл подходящую, наконец? — обрадовался Горыныч, но тут же осёкся, — или… это она?

Он обвёл взглядом уже совершенно серьёзного Сэма, бездельника Треика, брата и покачал головой:

— Неужели это Люси?

Все недоумённо посмотрели друг на друга и граф Петрус озвучил это недоумение вслух:

— Почему Люси? Она представилась леди Йена… для друзей.

Улыбнувшись, Горыныч махнул рукой:

— Да, я не достоин её дружбы, однозначно, раз умудрился потерять, и до сих пор не имею чести её так назвать. Пит, пойдём к тебе, выпьем за мой приезд, отметим это дело.

— Скоро обед, может, там, все вместе? Впрочем, по одной можно и пропустить. Пойдём, брат… Горыныч.

Горыныч расхохотался:

— Что, рассказала про прозвище?

Проходя мимо Сэма, увидел на его груди прицепленную булавкой бумажку, на которой была надпись — “Сэр БЭРРИМОР” и только покачал головой.

Он шёл вместе с братом, плечо в плечо, как недавно в аэропорту с Грингом, но тут он был чуть выше, чуть шире. Поднялись в кабинет к Петрусу и уселись в дальнем углу, на который Ена ни разу даже не обратила внимания. А там стояли уютные диванчик и пару креслиц вкруг небольшого столика, который она бы назвала журнальным. Но он был просто виераспойтом, столиком для гостей, у небольшого камина, где приглашённый или нагрянувший нечаянно гость мог расслабиться, забыть о заботах за стенами этого дома. Поделиться своим горем, радостью и это всё с ним тут будет разделено.

Вот братья и сели там. Младший специально привёл старшего сюда, потому что не хотел с ним спорить в очередной раз. Хотел просто пообщаться, может быть, просто задать несколько вопросов в отношении гувернантки… Ненавязчиво, ненароком… Всё равно сейчас Виторус будет говорить о ней.